— Учитель, — продолжила Пенелопа, — изгнал его. Он старший сейчас, так что имел на это право. Он изгнал Джека и подарил ему новое имя. Крысолов. За то, что за ошибки кого-то одного, Джек наказывал всех. Как крысолов из сказки наказал жителей Гаммельна.
Молчание, воцарившееся в машине, было настолько напряженным, что Виктору казалось, что его можно ощутить физически. Что каждое его движение сопровождается невидимыми и почти неощутимыми ударами тока.
— Он ведь был вашим другом. Вы не вступились за него? — спросила Грейс. В ее голосе слышались нотки разочарования.
— Он убил стольких не рожденных детей, Грейс. Я не могу утверждать, что я сам чистенький, но просто не могу простить этого человеку, который клялся мне, что не тронет ни единой живой души и будет хранителем, а не убийцей, — Виктор покачал головой и посмотрел на Грейс. Ему было неприятно и больно понимать, что Грейс его осуждает. Ее осуждение, почему-то, смущало его больше, чем чье-либо еще.
— И что с ним теперь?
— Наверное, продолжает работать в стиле Гаммельнского Крысолова, — тихо ответил Виктор. — Вот и спросим сегодня.
— Почему Чистильщики не забрали его? — Грейс на секунду обернулась, что бы взглянуть на Иеронима, и снова уставилась на дорогу.
— Мы не знали о его существовании, все достаточно просто, — холодно ответил Чистильщик. — Или же никто из тех, с кем он работал, и кто остался недоволен, не смог добраться до нас и заказать его.
— Что вероятнее, — подтвердил Виктор.
Виктор понимал, что должен радовался, что Чистильщики ничего не знали о Джеке. В конце концов, так он, по крайней мере, все еще оставался жив. Быть может, так его еще можно было переубедить. Но вся проблема была в том, что Виктор был уверен, что Крысолова нельзя заставить мыслить иначе. Он был сам по себе, он жил по своим законам и ничто и никогда не сможет заставить его свернуть со своего пути.
«Быть может, — с тоской подумал Виктор, — лучше бы ему было попасться Чистильщикам и погибнуть…». Он сам боялся собственных мыслей, но не мог заставить себя думать иначе.
— Мы больше не будем говорить об этом, ладно? — протянул он и отвернулся от Грейс, уставившись в карту. — На втором перекрестке поверни налево…
Глава 27. Подмога
Они выехали за город и достаточно далеко уехали, и Виктор невольно залюбовался растущими вдоль дороги подсолнухами, а после пшеницей, а потом и чем-то еще. Иероним вчитывался в молитвослов, будто пытаясь вычитать там себе уверенности в своих решениях, Пенелопа дремала, подтянув ноги и завернувшись в потрепанный плед.
Машина начала глохнуть совершенно неожиданно. Они прокатились вдоль дороги и установились, Грейс несколько раз попыталась завести машину, но тщетно. Тогда девушка включила аварийные сигналы и предприняла еще одну попытку, оказавшуюся все так же напрасной.
— Мы что, сломались? — спросил Виктор. Грейс раздраженно отмахнулась и вышла из машины. Она открыла крышку капота и, сначала хорошенько покопавшись во внутренностях автомобиля, выпрямилась, захлопнула капот и замерла, держа руки на поясе и недовольно хмурясь.
Виктор не выдержал и вышел следом.
— Вышел, как будто в машинах разбираешься, — пробурчала Грейс. — На первый взгляд неисправностей нет. Вообще, — она разочарованно шикнула. — Есть идеи, почему машина не заводится?
— Мистика? — выдавил Виктор.
— Совершенно даже и не смешно, — выдавила Грейс.
Виктор прислушался к своим ощущениям. Ему действительно казалось, что в этом месте что-то было не так. Как будто кто-то не хотел их видеть и чинил им препятствие.
Внезапно запах ладана отступил, уступая место чему-то еще. В воздухе повеяло лавандой и шалфеем и Виктора, внезапно, осенило.
— Это действительно мистика. Кто-то ставит блоки и пытается нас остановить.
— Крысолов?
— Даже не знаю, — Виктор пожал плечами. — Думаешь, ему захотелось бы пахнуть шалфеем и лавандой?
Некоторые ведьмы оставляли в тех местах, куда было направлено их заклинание, какие-то знаки, как визитные карточки. Пробившиеся сквозь асфальт цветы, ручейки, или же неизвестно откуда взявшиеся запахи. Такие вещи сложно заметить простому человеку, но не подобным Виктору. Разве что совсем молодой и неопытный член Колоды мог забыть о том, что такие детали играют роль, но ошибившись всего пару раз, они начинали прощупывать каждый дюйм подозрительного места, разузнавать все, вплоть до мелочей. Как детективы, они искали улики, все, что может привести их к разгадке.
Все это должно было бы Виктора встревожить, но вместо этого он уставился вдаль, стал всматриваться в горизонт, туда, откуда они только приехали. Ему казалось, что эта нелепая попытка остановить их бессмысленна потому, что что-то стремительно приближалось к ним. И целью этого чего-то была именно помощь.
Грейс села обратно в машину, захлопнув дверь с такой яростью, что даже Иероним вздрогнул. Виктор влез в машину следом, скосил взгляд на девушку и вопросительно вскинул бровь.
— Мне не нравится застревать черт знает с кем, черт знает где, на черт знает сколько времени, — пояснила Грейс. — Надеюсь, сейчас нас не подберет какой-нибудь сумасшедший дальнобойщик.
— Ну, по крайней мере, от дальнобойщика ты бы знала, чего ждать… — Протянул Виктор. Ощущение, что кто-то приближается к ним не оставляло его, но в то же время ему не хотелось спрятаться, сбежать, или приготовиться к бою. Как будто бы то, что движется к ним, на самом деле принесет им пользу.