Негативы обошлись ей в десять тысяч долларов. Получив их, Рина тут же сожгла их в пепельнице. Оказавшись в гостинице, Рина тут же послала Неваде телеграмму: «Мне одиноко и страшно, как никогда. Ты все еще мой друг?»
Его ответ пришел на следующий день вместе с чеком на пять тысяч долларов и бронью на проезд от Цюриха до Калифорнии.
Рина нервно смяла телеграмму. Ответ был характерен для того Невады, которого она помнила: «Я твой друг. Невада».
17
Невада откинулся в кресле и обвел взглядом просторный кабинет, в котором повисла напряженная тишина. Дэн Пирс непроницаемо улыбался.
— На этот раз речь не о деньгах, Берни, — сказал он. — Просто настало время сделать фильм о настоящем Западе, забыв о той чуши, которую мы делали уже столько лет.
Норман опустил взгляд на синюю папку со сценарием.
— Дело вовсе не в сценарии, он великолепен. — Он повернулся к Ван Эльстеру за поддержкой. — Он великолепен, правда?
Высокий лысый режиссер кивнул:
— Да, сценарий просто отличный.
— Тогда в чем дело?
Норман покачал головой.
— Момент неподходящий. Уорнер вот-вот выпустит картину со звуком. «Огни Нью-Йорка». Некоторые считают, что с ее выходом придет конец «Великому Немому».
Дэн Пирс рассмеялся.
— Чепуха! Кино есть кино. Кто хочет услышать, как говорят актеры, пусть идет в театр.
Норман повернулся к Неваде и проговорил отеческим тоном:
— Послушай, Невада, разве мы когда-нибудь тебя подводили? Если дело в деньгах, то просто назови сумму.
— Нет, дело не в деньгах, — улыбнулся Невада. — И ты это знаешь, Берни. Десять тысяч в неделю хватит любому, пусть даже налог и вырос до семи процентов. Дело в сценарии. Это первая правдивая история, которая мне здесь попалась.
Норман взял сигару. Невада откинулся в кресле. Он вспомнил, как впервые услышал об этом сценарии. Это было в прошлом году, когда он снимался в «Перестрелке на закате».
К нему подошел один из молодых сценаристов, бледный очкарик.
— Мистер Смит, — робко проговорил он, — не уделите ли вы мне пару минут?
Невада отвернулся от гримера и неуверенно отозвался:
— Ну конечно…
— Марк Вейс, — представился сценарист, ободренный улыбкой Невады, и быстро продолжил: — Мне бы хотелось, чтобы вы прочли этот сценарий. Я работал над ним два года. Это об одном из последних ковбоев-гангстеров Юго-Запада. По-моему, он не похож на все, что снимали до сих пор.
Это был один из недостатков звездного статуса. Все пытались подсунуть ему свои гениальные сценарии.
— Как он называется?
На обложке папки было написано: «Ренегат». Рукопись оказалась увесистой — раза в три больше обычных сценариев.
— Длинный, однако, — заметил он.
Вейс кивнул.
— Да, он длинный, сократить его, по-моему, нельзя. Все здесь правда. Я два года изучал старые газеты по всему Юго-Западу.