Шаблова. Ну, как угодно. Может, после выпьешь, я подожду.
Николай. Людмила Герасимовна дома?
Шаблова. Дома; да ничего, она отдохнуть легла.
Николай (Лебедкиной). Во всяком случае, разговаривайте потише.
Лебедкина. А я тебе на твоего сына жалуюсь, может помочь мне, а не хочет.
Шаблова. Что это ты в самом деле, Николай! Ты меня не стыди перед благодетельницей! Важность-то надобно оставить. Мы для Варвары Харитоновны всё должны… как рабы… не разбирая.
Николай. Хорошо, маменька, хорошо!
Шаблова. Да, кажись… да заставь она меня человека убить — убью для нее, право; а не то что малость какую.
Лебедкина. Полно, Фелицата Антоновна, я шучу.
Шаблова. Да какие шутки! Нет, уж он такой зародился, ничего-то для дому. У нас, матушка, у бедных людей, кто в дом несет, тот и радетель.
Николай. Прежде нужно честно добыть, да потом в дом и нести.
Шаблова. Нет-то мне ничего противней этой твоей философии. Когда твоей чести дождешься-то, а есть-то всякий день хочется; так уж честно ль, не честно ль, а в дом тащить ты обязан.
Лебедкина. Оставь нас на минуту, нам поговорить нужно.
Шаблова уходит.
Николай и Лебедкина.
Николай. Ух, пообедали же мы!
Лебедкина. А вы не засните!
Николай. Не мудрено.
Лебедкина. Ну, как же, как же, друг мой? Говорите! Проснитесь!
Николай. Вот вам мой совет: привозите деньги, завтра же привозите! Другого вам ничего не остается.
Лебедкина. Хорош совет! Покорно благодарю! Вдруг столько отдать…
Николай. Об чем тут толковать! Сейчас деньги, сейчас; тогда только я своим влиянием обещаю спасти вас от уголовного суда. Ведь вы сами говорили, что поручительство фальшивое.
Лебедкина. Ну, что ж такое! Если бы я попросила, муж никогда бы мне не отказал, значит, это все равно.
Николай. Да ведь вы не просили? Ведь подпись не его!
Лебедкина. Как вы странно рассуждаете! Как же он мог подписать, когда был в параличе!
Николай. А это подлог. Ведь за это знаете что бывает?
Лебедкина. Ах, да не пугайте! Я знаю, что за это очень нехорошо.
Николай. Так привозите деньги. Нет, так достаньте, займите за какие бы то ни было проценты.
Лебедкина. Ах, как не хочется…
Николай. Да ведь вы должны, ведь вы под этот документ брали деньги.