Новый Библейский Комментарий Часть 3 (Новый Завет): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Четкая симметрия этих трех иллюстраций (2—4, 5—6 и 16—18) нарушается пространным рассуждением о молитве, при этом разъясняется, что такое неправильная (7,8) и правильная молитва (9—15). Молитва Господня, таким образом, служит не просто литургическим предписанием, но и образцом молитвы для верующего.

Примечания. 1 См. выше: коммент. к 5:16. 3 Не следует понимать сказанное здесь как призыв к беспорядочным приношениям. 6 Речь идет о кладовой как о самом уединенном месте в доме (вероятно, о комнате без окон, которая была единственной в доме, где были запоры). 7 Не говорите лишнего — это словосочетание можно перевести как призыв «не разглагольствовать, не нагромождать пустых фраз»; греч. слово, использованное здесь, более нигде в Новом Завете не встречается. Здесь подчеркивается не многословие и повторы (как предполагает перевод AV), но бессмысленное сотрясение воздуха со стороны молящегося, который считает, что таким образом можно привлечь внимание Бога. Истинная молитва — это не формальный акт и не спектакль, но тесное общение с Богом. 9—13 Молитва, приведенная у Матфея, длиннее, чем у Луки в 11:2—4. Версия, которая обычно приводится в большинстве переводов, еще длиннее, однако знакомая всем завершающая формула благодарения встречается только в более поздних рукописях Евангелия от Матфея. 14,15 Может создаться впечатление, что эти стихи позволяют считать, будто наше прощение достигается тем, что и мы прощаем других. См., однако, 18:21–35, где связь между прощением других и нашим прощением выявляется более четко. Слово долги в ст. 12 напоминает нам об этой притче.

6:19—34 О богатстве и безопасности (см.: Лк. 11:34,35; 12:22–34; 16:13). Блок кратких изречений (19–24) и последующие поучения (25—34) объединены темой материальных сокровищ. В противовес этим преходящим ценностям, которые больше всего занимают наше внимание, Иисус призывает Своих учеников поставить на первое место Бога, тем самым отдавая дань вечным ценностям и доверяя нашему небесному Отцу удовлетворять все наши материальные потребности здесь, на земле.

В ст. 19—21 нас призывают выбрать непреходящие ценности и указывают, что устремленность к земным сокровищам не только затмевает перспективу будущего, но и неразумна сама по себе, потому что такое богатство не может быть вечным.

Кажется, что ст. 22,23 выпадают из контекста, однако здесь тонкая игра слов. Греческое слово, переведенное как чист, буквально означает «единственный», но также и «щедрость», а словосочетание око… худо в ст. 23 — метафора скупости и зависти. Таким образом, здесь осуждается эгоистическое стремлению к материальным благам и звучит призыв всем сердцем посвятить себя Богу. В ст. 24 снова внимание сосредоточено на этих моментах. Арамейское слово «маммона» служит для обозначения того, что мы подразумеваем под словом «деньги» (не обязательно добытые нечестным путем).

В ст. 25—33 приводится подкупающий своей простотой призыв следовать примеру птиц и цветов, которые являются прекрасной иллюстрацией щедрой заботы Бога о всех Своих созданиях. Здесь говориться о том, что следует оставить все тревоги об обеспечении своих личных потребностей и потребностей своей семьи; Бог снабжает пищей птиц, но они все же должны искать ее! Безмятежное доверие учеников, в отличие от беспокойства и озабоченности язычников, зиждется на принятии Бога как своего Отца Небесного (32). Отсюда следует практический вывод — полагаться прежде всего на Бога (33) и доверять Ему во всем.

В современном мире многие (в том числе и христиане) не имеют всего, в чем нуждаются. В данном отрывке нет прямого ответа на этот вопрос, но нам следует помнить, что людям свойственно неправильно использовать даже то, что им все–таки дает Бог.

Примечания. 22 Необычное сравнение глаза со светильником для тела означает либо, что свет воспринимается организмом через него, либо, что более вероятно, он помогает человеку сориентироваться на пути. 27 Локоть — мера длины. 33 Отдавать предпочтение царству Божьему перед всем означает ставить на первое место Его как царя; правда — праведная жизнь как следствие такого решения. 34 Это краткое изречение довольно пессимистично и призвано предостеречь нас, что предыдущие стихи обещают необходимое обеспечение наших нужд, но не избавление от забот.

7:1–6 Об осуждении других людей (см.: Лк. 6:37,38,41,42). В ст. 1–5 звучит предостережение от осуждения людей, так как и мы тоже можем стать объектами критики; слово «судите» может относиться как к суду Божьему, так и к человеческому. Но ст. 6 указывает, что и у христианина есть право на суд, которым он должен воспользоваться.

Примечание. 6 К святыне следует допускать только тех, кто способен оценить ее. Конкретных разъяснений на этот счет не дается, но следует помнить, что есть время говорить и время слушать (Еккл. 3:7). Истина Божья не должна отдаваться на поругание.

7:7–11 Ободрение молящегося (см.: Лк. 11:9–13). Настойчивость в молитве (все повеления переданы глаголами несовершенного вида, что предполагает непрестанные молитвенные обращения, а не единичную просьбу) может привести к получению ответа, но не в силу использования каких–то особых приемов, а по воле Бога, к Которому мы обращаемся. Если даже злые отцы (что отражает признание грешной природы человека) стремятся сделать доброе для своих детей, то насколько больше может Бог. Однако это, конечно, не является гарантией того, что мы получим тот ответ на молитву, которого ожидаем. Бог дарует нам только то, что пойдет нам на благо, а не то, чего нам хочется!

7:12 Золотое правило (см.: Лк. 6:31). Этот стих завершает наставления Иисуса и является обобщением всего сказанного о правилах жизни Его последователей. Выражение закон и пророки возвращает нас к теме, которая начата в 5:17. Еще одно заключение о законе и пророках см. в 22:37— 40. Другие учителя преподносят аналогичную истину в негативной форме: не поступать с другими так, как мы не хотели бы, чтобы с нами поступали; Иисус же избирает более действенную утвердительную форму.

7:13—27 Истинные и ложные последователи Иисуса (ср.: Лк. 13:24; 6:43–46; 13:25–27; 6:47–49). Этот блок поучений завершается четырьмя яркими примерами, в которых противопоставляются истинные и ложные ученики. В этих четырех аллегорических картинах различие между двумя категориями учеников рассматривается с разных точек зрения, создавая основу для размышления и самооценки.

Первый пример (13,14) иллюстрирует резкое различие между спасенным и погибшим; два типа ворот и два пути ведут, соответственно, в погибель и в жизнь. Истинные последователи Христа в меньшинстве, они добровольно отстраняются от широкого пути, хотя это вопрос жизни и смерти.

Второй пример (15—20) раскрывает более сложную ситуацию. Лжепророки предстают перед людьми невинными овечками (в овечьей одежде), но на деле они суть волки хищные. Отсюда вывод: не всякое пророчество нужно принимать за чистую монету, его необходимо проверять. Пророков узнают по плодам, а не по словам. Эта метафора — плод — несколько раз встречается у Матфея в качестве критерия оценки поведения, благоугодного Богу (ср.: 3:8—10; 12:33–37; 21:43).

Третий пример (21—23) показывает еще более сложную ситуацию: речь идет о тех, которые считают себя истинными последователями Христа и стремятся доказать это своей харизматической деятельностью, но в действительности не имеют реальных отношений с Господом, к Которому взывают. Лжепророки из ст. 15 были обманщиками, но они обманули и самих себя. Ни заявление людей о приверженности Иисусу, ни даже видимые признаки христианской деятельности не имеют значения, если только Он Сам не знал их. Его авторитет судьи непререкаем: только от Него зависит и только Он решает, кто войдет в Царство Небесное.

И наконец, в ст. 24–27 говорится о людях благоразумных и безрассудных. И те и другие слушают слова Господа, разница же в том, что одни претворяют их в жизнь, а другие нет (ср.: «плоды» в 16—20). Это разделение проходит в среде последователей Христа. Итог — нас заставляют задуматься над тем, базируются ли наши отношения с Христом на истинном или формальном исповедании веры и что составляет основу жизни настоящего Его ученика.

Примечания. 15 Лжепророки известны и в Ветхом, и в Новом Завете (ср.: Втор. 13:1 — 5; Иер. 23:9–32; Мф. 24:11; 1 Ин. 4:1–3. 21 Господи — это перевод греческого слова kyrios, которое здесь используется только как титул Бога. В обиходном греческом это обычное уважительное обращение, и тот же оттенок оно носит и в Евангелиях. Здесь, однако, это знак особого почтения, даже поклонения. 22 В тот день — в день последнего суда.

7:28,29 Заключение (ср.: Мк. 1:21,22). Обычная заключительная формула поучений в Евангелии от Матфея здесь несколько расширена и включает в себя описание реакции слушателей. Противопоставление Иисуса книжникам (т. е. законоучителям) напоминает сказанное в 5:21—47, где власть Иисуса, Его авторитет раскрываются в простой фразе, ставящей Его выше книжников: «А Я говорю вам». Заключительные призывы в этом фрагменте еще больше усиливают это впечатление, и Его слушатели осознают это в полную меру («народ дивился»). Следующие две главы посвящены тому, как слово Иисуса раскрывается в действии.

8:1 — 9:34 Чудеса, сотворенные Иисусом

Матфей собрал здесь девять рассказов о чудесах Иисуса (в одном из которых объединены две чудодейственных истории; 9:18–26). Они составляют три группы (по три чуда в каждой: 8:1–7; 8:23 — 9:8; 9:18–34), разделенные краткими отступлениями, в которых внимание сконцентрировано на повелениях Иисуса (8:18—22; 9:9—17). Матфей рассказывает эти истории более сжато, чем Марк, оставляя в стороне большинство живописных подробностей и сосредоточивая внимание на Самом Иисусе. В результате создается яркое впечатление неодолимой власти Иисуса над болезнями, демоническими силами и природными стихиями и силы Его воздействия на Своих последователей, которые принимают для себя кардинальные решения. Все это раскрывает дополнительные грани Его авторитета, который Он продемонстрировал в первом блоке поучений.

8:1–17Три чуда исцеления (см.: Мк. 1:40–45,29–34; Лк. 5:12–16; 7:1–10; 4:38–41). Эти три истории собраны вместе и завершаются заключительной формулой–цитатой, подчеркивающей их значение (17). Их объединяет и то, что исцеленные принадлежали к тем категориям, которые не считались полноправными в обществе: прокаженный, язычник и женщина.

Прикосновение Иисуса к прокаженному явилось мощной демонстрацией того, что Его любовь и сострадание преодолевают все социальные запреты. Повеление пойди покажи себя священнику (как в Лев. 14:10—32) служило свидетельством уважения Иисуса к закону и Его исцеляющей силы как Мессии. Другое же повеление — никому не сказывай, — напоминает нам об опасности преувеличенного внимания к этим вещам.

Сотник и его слуга были неиудеями из оккупационных войск. Причиной того, что посещение Иисусом язычников не поощрялось, была проблема взаимоотношений иудеев и язычников: иудейский учитель не должен был осквернять себя вхождением в дом язычника. Искренняя и непосредственная просьба воина, который видел практические результаты власти Иисуса над болезнью, свидетельствует о его вере, которую было трудно найти и в Израиле. Цитируя высказывание Иисуса в ст. 11,12 (ср.: Лк. 13:28,29), Матфей подчеркивает значение этого парадокса для будущей истории народа Божьего. Многие придут с востока и запада (и этот язычник стал прообразом их) и присоединятся к еврейским патриархам на мессианском брачном пире, присутствие на котором все иудеи считали своим неотъемлемым правом. В то же время сыны царства будут извержены и займут место за пределами царства, предназначенное, согласно бытовавшему мнению, для язычников. Отныне доступ в небесное Царство определяется не национальной принадлежностью, но верой. Таким образом, чудодейственное исцеление на расстоянии (ср.: 15:21—28, где также рассказывается о языческом «пациенте») было надлежащим ответом на веру язычника (13).

Простая история об исцелении тещи Петра приводит к выводу о служении исцеления, которое Иисус осуществлял в Капернауме (город, в котором обосновался Иисус во время Своего служения в Галилее; 4:13). Обращает на себя внимание различие в описании одержимых бесами и страдающих болезнью и их лечения. Описывая это служение как исполнение пророчества в Ис. 53:4, Матфей напоминает нам, что не было более важной миссии для раба Божьего, чем искупление греха. Это ключевая мысль в Ис. 53. Но сюда входит и удовлетворение наших физических потребностей.

Примечания. 2 Слово прокаженный относилось к больным, страдающим разными кожными заболеваниями; не все они были одинаково серьезными или заразными. 14 Дом Петров— вероятно, в Капернауме Иисус жил там. 17 Еврейские существительные в Ис. 53:4 буквально передают физические страдания, даже несмотря на то что контекст подразумевает их первоначальное использование как образных речевых оборотов.

8:18–22 Цена ученичества (см.: Лк. 9:57— 60). Матфей проводит грань между народом — людьми, которые заинтересованно слушали Его, но не посвятили себя Ему, и учениками, для которых посвящение Иисусу стояло на первом месте. Они разделяли с Ним трудности странствий по Галилее и отсутствие дома, и даже долг по отношению к семье имел для них второстепенное значение. То, что Иисус отказал в просьбе одному из учеников, который хотел похоронить своего отца, может казаться весьма странным: ведь это священный долг сына. Между тем слово мертвец — здесь яркая метафора, представляющая людей, не относящихся к категории учеников Христа и лишенных духовного начала. Язык не в меньшей мере, чем само повеление, отражает бескомпромиссность выбора.

8:23–27 Власть над силами природы (см.: Мк. 4:36–41; Лк. 8:22–25). Здесь описано первое чудо, связанное с явлениями природы. Оно показывает, что Иисус обладает той же властью над природой, которая в Пс. 106:23–30 приписывается Богу. Реакция учеников (ср.: Пс. 106:31,32) поднимает на новый уровень оценку суверенной силы Христа, данную Матфеем. Однако, хотя вся история рассказана главным образом с этой целью, замечание Матфея, что за Ним последовали ученики Его (23), вызывает ассоциации с предыдущим фрагментом и может служить иллюстрацией того, как происходило становление учеников: когда на море возникает шторм, вера в спасительную силу Иисуса получает вознаграждение. Матфей часто предостерегает от опасности слабой веры (маловерные, 26; ср.: 6:30; 14:31; 1:8; 17:20).

8:28–34 Захватывающее зрелище: изгнание бесов (см.: Мк. 5:1–20; Лк. 8:26–39). Хотя об изгнании бесов уже говорилось в общих чертах, это описание конкретного случая расширяет видимые масштабы власти Иисуса, добавляя к ней Его контроль над сверхъестественными существами. В этой строго выверенной краткой версии отсутствуют детали и внимание сосредоточено на борьбе Иисуса с бесами. Обладая сверхчеловеческой проницательностью, они признают Иисуса Сыном Божиим, однако их свидетельство, хотя и истинное, не считается заслуживающим уважения источником.

У Марка и Луки говорится только об одном одержимом бесами, у Матфея же (как в 20:30; ср.: 9:27) речь идет о двух, вероятно, потому, что эта история призвана засвидетельствовать силу Иисуса, а по иудейскому закону для подтверждения истины требовалось два свидетеля.