Псих, а может, и не псих...: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я прошёл мимо этого бедлама и быстро накидал в свою корзину хлеб, булочки, пару пачек сливочного масла и грузинского чая, другого просто не было, бутылку молока, кефира, две баночки сметаны, пакет с солью, сахаром, перец, горчицу, не представляя, что ими буду приправлять, и подошёл к колбасному отделу. К моей радости, очередь здесь была небольшая. Пока я рассматривал с интересом витрину, подошёл мой черёд, и я услышал рык продавщицы:

— Ты в музей пришёл или в магазин? Бери, что тебе надо, а не глазей, будто впервые всё это видишь.

Я спокойно спросил:

— Извините, а что такое зельц и ливерная колбаса?

— Ты что с Луны свалился или из Америки приехал? Говори, что тебе надо и отходи, а то сейчас мне очередь соберёшь, некогда мне с вами зубы скалить…

Я не стал рисковать и брать эти неизвестные мне продукты, попросил отрезать полкило ветчины, поинтересовавшись только, нельзя ли срезать засохший край. Не буду передавать всю ту мерзость, что услышал в ответ от продавца и стоящих за мной людей, но предпочёл побыстрее ретироваться со своей покупкой.

В кассе, куда я подошёл рассчитываться, меня ожидало приятное и неприятное открытия. У меня тут же изъяли вторую пачку сливочного масла, — оказывается, в руки дают только по одной, посоветовали прикупить очки, чтобы прочитать объявление об этом.

Вся моя покупка обошлась мне меньше, чем в двадцать рублей, что меня изрядно удивило.

По дороге домой вспомнил, что в разговорах больных в моём отделении мелькали суммы зарплат в двести-триста рублей, и покупка теперь не показалась особо дешёвой. Я даже представить не мог, насколько тяжело начинать жизнь сначала, передо мной сразу всплыли удивлённые глаза Лили, не обнаружившей в квартире моих вещей.

Позже я оббегал все ближайшие к моему дому магазины и закупил необходимые для жизни мелочи, не обращая особенного внимания на их топорность, унылость упаковок и отсутствие многого того, чем я привык пользоваться в той недостижимой теперь для меня жизни.

Набегавшись по магазинам, решил передохнуть и перекусить. Вскипятил на газе отмытый до блеска Лилей дядин эмалированный чайник и, соорудив себе солидный бутерброд из сдобной булочки, сливочного масла и ветчины, уселся чаёвничать, размышляя о своей неустроенной жизни и о непонятном будущем.

Из задумчивого состояния меня вывел резкий телефонный звонок. Я ведь даже не обращал внимания на стоящий в коридоре на полочке старенький ещё дисковый аппарат. Мне не от кого было ждать звонка, да и самому ещё не приходилось звонить в этом мире, не знал телефонов, не считая Лидии Николаевны, бумажка с её номером лежала в моём кармане.

Я нерешительно поднял трубку и услышал жизнерадостный голос Димы:

— Дружище, как ты там? Не скучаешь? Чем занимаешься?

— А, Димыч, рад тебя слышать, наслаждаюсь одиночеством, чистотой квартиры и не представляю толком, как смогу устроиться в этом мире, а устраиваться надо.

— А куда ты денешься… Не голодаешь там? А то подбегай к моим, если хочешь, я ведь допоздна сегодня на дежурстве.

— Не волнуйся, дружище, я уже посетил гастроном и уже ознакомился малость с ассортиментом и ценами. Благодаря дядиной заначке, ещё долго не умру.

— Такой здоровенный парень и без этого золотого запаса, я уверен, не пропал бы, и мы по первости не дали бы этого сделать. Завтра ждём в три часа дня на обед, мне мама и Лиля все уши прожужжали…

— Буду, обязательно буду, вы для меня сейчас самая светлая страница в моей нынешней жизни.

— Всё, Витя, будь здоров, надо обходить палаты. В моей работе, сам знаешь, скучать некогда, пока-пока…

Попрощавшись с другом, убрал за собой на кухне и, не давая себе времени на раскачку, отправился в универмаг, надо было срочно обзаводиться собственным гардеробом.

Дело уже было к вечеру, трёхэтажное громоздкое здание кишело от народа. В моей прошлой жизни такого видеть мне не доводилось. В наших респектабельных торговых центрах покупателей обычно бывает очень мало, часто возникает даже мысль, как все эти шикарные отделы выживают при такой конкуренции и малом обороте, ведь торговых центров в городе было несколько, и везде одна и та же картина.

Было-было… Ладно — что было, то было, надо смотреть на то, что есть. Я узнавал и не узнавал универмаг, который сохранился в той моей жизни, но он там выглядел совсем по-иному: наряду с мраморными ступеньками лестницы, вверх и вниз поднимали и спускали людей бегущие ступеньки, вокруг лился яркий свет хрустальных люстр и всевозможных подсветок из отделов.

Сейчас же под моими ногами щерились выбоинами цементный пол и лестница, редкие люстры с запылёнными плафонами давали скудный свет, а мельтешащие люди не давали возможности расслабиться и как следует оглядеться.

Я быстро пробежался по первому этажу. Здесь были отделы, мало интересовавшие меня на данный момент: галантерея и парфюмерия, школьные принадлежности, хозяйственный отдел, из которого пахнуло тяжёлым духом моющихся средств. Сувениры, носки и чулки, нижнее бельё, огромный отдел детских игрушек.

Ага, вот сюда я и загляну в первую очередь. Перед глазами всплыло прекрасное лицо Лили и её манящая, влекущая в объятия фигурка, но путь к сердцу матери, как известно, лежит через её детей.

Игр и игрушек для малышей было много, но, боже мой, какими они были неказистыми и примитивными. Мне приходилось в той жизни покупать детские вещи и игрушки, поэтому эта убогость сразу бросилась в глаза.

Ладно, нечего сопоставлять, это не к чему и нет времени. Я двинул в угол с техникой, там, к моей радости, было людей поменьше, и, стало быть, обзор получше.

Так, пацану покупаем вот эту крутую милицейскую машину, с мигалками и с пультом управления, а в довесок зацепим вот этого робота.

Я оглянулся от прикосновения руки к моему плечу. Рядом со мной стояла симпатичная молодая продавщица в фирменном голубом халатике: