Радость спасенного Удалова была столь велика, что он не сразу сообразил, каким же образом его жена научилась летать, причем не взмахивая руками, так как они были заняты сумками.
Ксения опустилась как раз между тигром и мужем.
— Кыш! — приказала она ужасному хищнику.
Тигр пополз задом, стараясь спрятаться за Ложкина.
— Ксения, — сказал Ложкин. — Ты неправа. Я только пошутил.
Оторопевший Удалов увидел наконец, как летает его жена — оказывается, у нее на спине был небольшой пропеллер. Где-то он читал о таком средстве. Но где, забыл.
— Корнелий возвращается с приусадебного участка, — сообщила Ксения. — Корнелий не совсем в курсе, как у нас развиваются события. Ты что, не заметил? Его же неделю не было.
Тигр лежал за Ложкиным, отвернувшись к стене, и делал вид, что его там не лежало.
— Пошли, — приказала Ксения мужу.
Корнелий пошел за женой. Он не оборачивался, хотя тигр мог и прыгнуть. Но тигр не прыгнул. И Ложкин больше не смеялся. Ксению он побаивался. Да кто Ксению не побаивается?
Во дворе никого не было. Перед дверью Ксения загнула руку назад, отстегнула пропеллер.
— Не страшно? — осторожно спросил Удалов.
— Третий день летаю. Удобно.
Только дома, разувшись, Удалов собрался с духом и спросил жену:
— Докладывай, Ксения, что без меня происходило?
— Да как тебе сказать…
Удалов прошел на кухню за женой. Там стояла новая машина, видно, кухонный комбайн, а может быть, соковыжималка.
— Это еще что такое? — спросил Удалов.
— А ты руки мой, не спрашивай, — ответила Ксения резко, словно чувствовала себя виноватой.
— Это же, наверное, бешеных денег стоит, — сказал Удалов.
Ксения не ответила. Она открыла отверстие сверху этой хромированной машины, которая размером была чуть побольше среднего размера кастрюли. Кинула внутрь несколько чищеных картофелин. Машина уютно заурчала.
Через некоторое время в нижней части кастрюли распахнулась стенка, и изнутри выехали одна за другой две тарелки с супом. Суп был наваристый, густой, от него пахло мясом.
— Я видел, — сурово сказал Удалов, словно выносил приговор, — ты клала картофель.
— Остальное синтезировалось, — ответила Ксения. — Из картошки.
— Ксюша, — взмолился Удалов, — что случилось?
Ксения посмотрела на мужа недоверчиво: почему
не сражается, почему не укоряет за траты? Она пошла в прихожую, принесла оттуда газету «Гуслярское знамя». Подчеркнула заметку ногтем:
— На, смотри.
Удалов прочел объявление.
«ДЕЛОВОЙ ОТДЫХ В СВЕТЛОМ БУДУЩЕМ!