Кирон опешил.
— Ты пойдешь на это ради меня?
— Ты мой законный муж. Разве я могу поступить иначе?
Кирон рассмеялся.
— Астролог Маркус может оказаться прав.
— Не смейся над учеными людьми.
— Но как ты узнала о том, что наказание могут отсрочить?
— Неважно, как я узнала. К тому же это не наверняка: слишком многое зависит от настроения Великого Инквизитора. Знаю только, что раньше такое случалось. Святой Орден может даже ускорить день свадьбы, чтобы потом не пришлось откладывать казнь, — добавила она мрачно.
— Как же так? — растерялся Кирон. — Меня отпустят на свободу, пока у нас не появится ребенок?
— Нет, глупый. Мне разрешат разделить с тобой камеру. Их доброте есть предел.
— Ты хочешь жить в тюрьме с еретиком? Это же клеймо на всю жизнь!
— Я и вдовой останусь на всю жизнь, Кирон. Но таков мой выбор. Ты недоволен?
— Нет, я… Петрина, дорогая, я не могу просить у тебя так много.
— Правильно. Ты и не просил. Твоя совесть должна оставаться чистой. Шолто нервно потер руки.
— Никогда не спорь с женщинами, Кирон. Будет еще хуже.
— Вы по-прежнему хотите, чтобы ваша дочь вышла за меня?
Шолто почесал голову.
— Контракт есть контракт. А потом, если женщина задалась какой-то целью, она ведь все равно своего добьется, насколько я знаю.
— Ну и не будем терять времени, — заявила Петрина. — Это решено. — Она приблизилась к Кирону и прошептала: — Ты можешь изобразить безумие?
Он изумленно уставился на нее.
— Могу ли я…
Она прижала руку к его губам.
— Мне говорили, что Святой Орден учитывает временное помрачение сознания, если есть люди, готовые выступить тому свидетелями.
— Ты многое узнала, — мягко сказал Кирон. — Многое и о многом. Кто научил тебя, Петрина? Она прижала рот к его уху.
— Одна леди приезжала на лошади. Понятно?
Элике! Элике Фитзалан так взволнована его судьбой, что убедила даже Петрину. Голова Кирона пошла кругом.
В дверь постучал стражник.
— Мы придем еще, Кирон, — сказала Петрина. — Уверена, что отец и завтра пожелает меня сопровождать. Я принесу тебе кусок пирога и свинины, прямо из жаровни, и посмотрю, как ты будешь есть.
— Петрина, я хочу поцеловать тебя. — Кирон с сомнением взглянул на Шолто. Кузнец расхохотался.
— Целуй ее, мальчик! Целуй хорошо. Только так и можно победить женщину.