Лес как будто стал ещё гуще. В узком просвете межи деревьями виднелись звёзды. Кроны лесных великанов вздымались высоко в небо. Сильно дохнуло ароматами ночного леса. Вдали пропела какая-то странная птица. Заухал филин. Под ноги всё время попадались толстые корни ни деревьев. Зазевавшись, можно было споткнуться о них и упасть. Тьма была такая, что если даже дорога и шла по краю обрыва, то всё равно этого было не разглядеть.
— Осторожно! — Мужчина светил под ноги фонариком.
— Ну как, долго ещё? — спросил Тасиро, которому показалось, что тридцать минут уже точно прошло.
— Нет, ещё немного. Потерпите чуток. Днём мы дошли бы быстрее, а сейчас приходится плестись.
Дорога петляла. Она то шла на подъём, то неожиданно спускалась вниз. И так без конца. В какую сторону они шли — было неясно. У Тасиро возникло впечатление, что они кружатся на одном месте.
— А-а, пришли наконец, — сказал рабочий.
Сколько Тасиро ни всматривался в темноту, он не мог понять, где же здесь посёлок. Огней не было совсем.
— Скоро появятся дома. О-хо-хо! Вы, наверно, здорово устали, — посочувствовал мужчина.
Они прошли ещё немного, и наконец Тасиро заметил тёмные очертания домов. Они вошли в посёлок, который примостился на пологом горном склоне. Усадьбы были обнесены низенькими каменными заборчиками.
— Я знаю тут один дом, наверняка там ещё не спят, — пробормотал мужчина и направился к низенькому неказистому строению.
Дом был не лучше какой-нибудь горной хижины, да это и понятно — ведь в посёлке жили в основном дровосеки и угольщики.
— Эй, послушай! — крикнул рабочий, постучав в двери тёмного дома.
Изнутри кто-то откликнулся. Вскоре дверь открыли.
— Добрый вечер, — поклонился мужчина.
Он тихо обменялся несколькими словами с хозяином. Смысла разговора Тасиро не уловил. Их пригласили войти.
В помещении горел тусклый светильник, едва рассеивавший мрак.
— У нас так грязно, но вы входите, — пригласил хозяин Тасиро.
— Вот познакомьтесь! — сказал рабочий. — Я поведал ему вашу историю. Так что теперь сами всё расспросите.
Едва освещённая комната пребывала в страшном запустении. Казалось, в доме никто не живёт, — циновки на Полу обветшали, утвари никакой. Хозяин отыскал какую-то убогую подушку для сидения и предложил её Тасиро. В тусклом свете Тасиро едва мог разглядеть его высокую худую фигуру. Лицо хозяин почему-то всё время держал опущенным.
— Простите, что побеспокоили вас в вечернюю пору, — сказал Тасиро.
— Ничего страшного. К сожалению, кроме чая, мне вам предложить нечего.
Тасиро сделал глоток. Жидкость оказалась на редкость противной, тепловатой. Напиток был терпкий и безосный.
Судя по всему, в доме никого не было. Стояла гробовая тишина, какой не бывает, даже если люди уже угомонились и спят.
— Извините, что всё так наспех, — с места в карьер начал Тасиро, — но вы, наверно, уже слышали о моём друге. Я разыскиваю своего приятеля. Вам, кажется, что-то! известно о нём?
— Да, — после паузы ответил хозяин. Он так и сидел спиной к Тасиро. В полутьме черты его лица разглядеть не удавалось. — Я слышал про ваше дело. Кроме меня вам может помочь ещё один человек. Сейчас мы его позовём. Подождите немного.
— Этот человек совсем рядом живёт, — пояснил рабочий.
— Премного вам обязан. Да, доставил я вам хлопот сегодня, — переживал Тасиро.
— Обо мне не беспокойтесь. Главное — хоть что-нибудь разузнать о вашем приятеле.
Прошло ещё две-три минуты.
— Выйду ненадолго в туалет, — сказал рабочий.