— В любом случае, мы с тобой уже повлиять не можем, пусть время опять расставляет всё по своим местам, я это делал уже не один раз и бывало получалось.
И он кисло улыбнулся, а затем взглянул на часы.
— Мамань, я сейчас тоже покину тебя, и, опережая возможные вопросы, ставлю в известность — моя стезя проляжет сейчас к известной тебе особе с именем Аня, но очень тебя прошу, сопоставляй мой не благовидный поступок согласно твоей только недавно высказанной теории.
Глава 15
Как ни странно, но младший сын в этот день вернулся домой, когда часы показывали всего лишь четверть двенадцатого.
Фрося машинально отметила этот факт и перелистнула очередную страницу волнующего душу любовного романа.
Проводившая в последние годы перед смертью много времени за чтением, Клара Израилевна оставила Фросе довольно богатую библиотеку.
К этому надо ещё добавить, что вездесущий, и почти всемогущий Марк регулярно снабжал её дефицитной художественной литературой, как подписными изданиями, так и отельными книгами, ценившимися любителями чтения и собирателями редких и изящных томов для домашней библиотеки.
После смерти своей любимой мамы Клары, Фрося поменяла в квартире почти всю мебель, вместо стоявшей в зале устаревшей и громоздкой, она приобрела шикарный изящный югославский гарнитур.
Одна из секций горки, занимавшей всю длинную сторону зала, была полностью от пола до потолка забита книжными томами.
После отъезда Марка, у Фроси появилось много свободного времени, и она постепенно приобщилась к чтению художественной литературы, и сейчас перед ней лежал увлекательный роман английской писательницы Шарлотты Бронте «Джейн Эйер».
Семён заметил в комнате у матери не яркий свет льющийся от настольной лампы и тихонько постучал в дверь.
— Заходи сынок, я ещё не сплю, завтра же выходной, а тут книжка попалась очень интересная.
Семён зашёл в комнату и присел на край кровати.
— Мамуль, ответь мне, пожалуйста, зачем ты опять полезла в эту мясорубку, связанную с криминалом и ещё туда Таню втягиваешь?
Фрося сняла очки, положила их на открытую страницу и присела на кровати.
— Отвечу, а почему и нет.
Начнём с того, что моя зарплата, как, впрочем, и Тани, семьдесят рубчиков, а за эти денежки достойно вряд ли проживёшь в нашей стране.
Да, ты знаешь, что у меня остались большие деньги после Марка, но они же постепенно тают, а кроме питания, мне хочется хорошо одеваться, пользоваться косметикой и духами, ездить на собственном автомобиле и стоит ли всё перечислять, сам не маленький, знаешь уже счёт этим проклятым деньгам и расходам.
Пойми сынок, я не хочу на старости лет материально зависеть от своих детей или на крошечную пенсию высчитывать, купить мне сто грамм колбасы сегодня или через неделю, а главное, мне стало скучно прозябать в этом уродливом покое.
Сёмочка, я понимаю, что твой вопрос не столько связан с моей новой коммерческой активностью, сколько с тем, что я втягиваю в незаконные заработки Таню.
Кстати, она дала своё принципиальное согласие на эту работу ещё до того, как познакомилась с тобой, но думаю, что это не имеет особого значения.
Я не знаю, что она тебе рассказывала о себе, я лично сама мало, что знаю о её жизни, но мне точно известно, что она не получает ни копеечки алиментов от бывшего мужа и мыкается с детками на те же семьдесят рубликов, что получаю и я.
Сёмочка, сегодня у тебя забрали красивую игрушку, и ты обиженно сложил губы и выговариваешь матери упрёки, которые она совершенно не заслуживает.
Завтра ты улетишь в свой Новосибирск и закрутишься в интересной и насыщенной жизни, а Танюхе надо будет теперь, не только думать о хлебе насущном, но и страдать по этому бабьему угоднику, который, по всей видимости, разбил её молодое истосковавшееся по любви сердце, получившее случайно эти несчастные крохи любви.
— Мам, я знаю, что лучшая защита — это нападение, поправь меня, если я в чём-то ошибаюсь, но накануне ты приняла в штыки мои отношения с Таней, а сейчас стала на позицию, которую я совершенно не понимаю.
— Сынок, а куда тебе меня понять, ты же Марка готов был сожрать, что он уводит у тебя твою мамочку, осуждал нас за аморальное поведение, и мы вынуждены были с моим любовником скрываться от твоего всевидящего и всё понимающего ока.
Вот сейчас ты погоцал с детками, одарил их красивыми подарками и смоешься, а каково матери, про её душу и тело я уже не говорю, скажи лучше, какой ответ ей держать перед своими детьми.
Замечу тебе, она ещё достаточно молодая, весьма симпатичная и на язык остренькая, около неё может появиться ещё какой-нибудь мужчина, и, что тогда… опять дать этому соискателю на любовь влезть в душу, растревожить тело, и допустить к своим детям?
Сыночек, ты не понимаешь бабью долю, а она, я тебе скажу доподлинно, опираясь на свои примеры, очень отличается от мужской.