Тайна корабельного кладбища. И я плавал по Дунаю: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Тайна корабельного кладбища

Глава первая

Была ли у вас когда-нибудь своя собственная тайна? Конечно, не ерундовая, вроде удачливого места для рыбалки или двух патронов, припрятанных от взрослых? А настоящая. Самая настоящая! Ну, такая, чтобы всем завидно было! Если б, конечно, знали…

Очень приятно иметь такую тайну. Думаешь о ней, а вокруг никто ничегошеньки не подозревает. Даже взрослые. Даже самый умный из взрослых. И тогда кажется, что ты самый счастливый человек на свете. Плохо только, что настоящую собственную тайну очень трудно хранить. Да вы, наверное, и сами знаете об одном ее совершенно удивительном свойстве: настоящая тайна как птица в клетке. Сколько ни живет в ней — все на волю рвется. А улетев, сразу перестает быть тайной.

Ромас Дайлидонис хранил настоящую тайну уже целых два дня. Он думал о ней дома, думал на уроках, думал на улице. Думал и загадочно улыбался. Сперва это было очень интересно. Ну, все равно, что разговаривать с человеком-невидимкой. Он тебе — вопрос, ты ему — ответ; ты что-нибудь предлагаешь, он сразу соглашается. Но потом Ромке надоело говорить с самим собой. И он стал размышлять о том, кому из друзей можно рассказать о тайне. Нужно было выбрать такого, чтобы умел молчать как рыба и соображать не хуже Шерлока Холмса, к способностям которого Ромка относился с большим уважением.

Но сразу стало обидно, что кто-то, пусть даже верный друг, узнает о тайне и она перестанет быть его собственной. И Ромка продержался еще день. На этом его выдержка иссякла. Тайна так и рвалась наружу. Заполнив всего Ромку, она уже не умещалась в нем. Вот-вот вырвется, улетит, и тогда…

Нужно было принимать срочные меры. И Ромка решился. Он шел сейчас к Пятрасу, чтобы раскрыть ему все. Шесть лет сидят они за одной партой. Всякое бывало между ними, но Пятрас ни разу не выдал его. Даже после взрыва в пещере, когда Пятрас едва не распрощался с жизнью.

Правда, в поселке и без того знали, что затеять такое мог только Ромка. Тогда он искал вокруг поселка стоянку первобытного человека. Дело продвигалось медленно, и Ромас решил пустить в ход пачку пороха, обнаруженную им дома в кладовке среди всякого старья. Заряд поджигал Пятрас, и его основательно придавило обвалившейся землей.

Настоящим другом показал он себя и в пионерском лагере. Знал, что Ромка собирается тайком пробраться на рыболовный траулер, отплывающий ловить сардину к берегам Африки, но не выдал. Даже помогал ему сушить сухари в дорогу. Только Ромка в последний момент передумал. Началась военная игра, и его назначили главным разведчиком…

Дом, где живет Ромка, стоит на самом берегу ленивой Уши, чуть ниже моста, через который бежит дорога к причалам и рыбной базе. К Пятрасу нужно идти через весь поселок, за погранзаставу. Живет он в самом конце главной улицы. От дома Пятраса совсем близко до моря и корабельного кладбища.

Жаркий майский день клонился к вечеру, и с моря, постепенно набирая силу, тянул плотный ветерок. Такой бывает только у моря, да и то редко: ровный, без порывов, словно сплошной стеной двинулся на берег весь воздушный океан. Ромка глянул на небо и озабоченно покачал головой. Высоко над поселком с непостижимой быстротой и легкостью неслись облака. Их гнал с моря другой ветер, куда более сильный, чем тот, что гудел в туго натянутых проводах над головой. Верная примета: быть шторму к ночи.

Главная улица Жуведры[1] покрыта асфальтом, и местные жители очень гордятся этим. Ни в одном другом рыбацком поселке янтарного взморья нет такого. Настоящий город. Но дома стоят здесь так далеко друг от друга, что улица походит скорее на шоссе, проложенное между отдельными хуторами.

Ромка с удовольствием шлепал босыми ногами по гладкому асфальту. Основательно прокалило его солнце. Но только ли солнце? А что, если именно тут к самой поверхности земли подходит кипящая лава? Тогда можно будет построить электростанцию. Не простую! А такую, что топливом ей послужит подземное тепло.

Ромка читал, что такая электростанция уже строится у нас на Камчатке. Правда, там много действующих вулканов, но, пожалуй, можно обойтись и без них. Была бы лава!

Ромка останавливается и начинает прикидывать, где бы раздобыть бур. Он готов тотчас же приступить к делу. «Нужно только сходить за Пятрасом», — думает Ромка и сразу вспоминает о тайне… Нет, сейчас ему некогда заниматься бурением. Как-нибудь потом.

Когда Ромка, наконец, добрался до дома Пятраса, ветер уже не пел, а злобно завывал в проводах, срывая с вершин дюн прозрачные облачка песка. Сразу захрустело на зубах.

Пятрас натягивал во дворе веревки для сушки белья. Встретил он друга неласково:

— Оправдываться за двойку пришел? Сейчас скажешь, что все знал, но «был не в настроении»? — последние слова Пятрас ловко подделал под голос Ромаса.

И Ромке вдруг сразу расхотелось делиться с ним тайной. Словно Ромка сам не знает, что надо учить уроки. Но что может он с собой сделать, если тайна не идет из головы? Взялся вчера за физику. Раз прочел. Другой. Ничего не запомнил. Вот и получил двойку.

Когда садился на место, Пятрас (он у них звеньевым) показал ему кулак. Другой бы стал спорить, а Ромка согласно кивнул головой: мол, виноват — исправлюсь. Так нет же, на перемене Пятрас собрал звено и устроил другу разнос. Ромка и тогда не обиделся, хотя совершенно твердо уверен, что критику могут любить только круглые дураки.

А теперь вот Пятрас снова не дает покоя. Маленький, плотный, он стоит перед долговязым Ромкой и, часто разводя руками, нудно объясняет другу, что тот подвел все звено. Ветер дует Пятрасу в спину, превратив его черные блестящие волосы в забавные рожки. Один, два, три, четыре, пять…

— Шесть рогов… Как у трех чертей… Держи расческу! — решительно перебивает Ромка. — Ну, я отчаливаю…

Тут только Пятрас догадывается спросить, зачем все же пришел к нему Ромка. Может, дело какое?

— Дело? — пожимает тот плечами. — Клянусь головой осьминога, не было никакого дела. Привет!

«Клянусь головой осьминога» — любимое Ромкино изречение. Придумал он его сам и втайне очень гордится этим. Ему кажется, что нет клятвы звучнее, как нет среди морских чудищ ни одного страшнее осьминога. Куда там! Эти многорукие или, может, многоногие страшилища ухитрились остановить даже «Наутилус» капитана Немо.

— Так…

Но Ромка уже не слышит. Взбежав на дюну за домом Пятраса, он спустился по ее отвесному склону на дорожку, вьющуюся меж песчаных холмов. Ветра здесь не чувствуется. Зато сердито, словно захлебываясь водой и пеной, рокочет море.

Как же теперь быть? Ромка сходит с дорожки и устало опускается на песок. Нет, кроме Пятраса, он никому не может доверить такую тайну. Ни Викторасу, ни Йонасу, ни Альфредасу. Не подходят они для сверхтайных дел. Быстро растрезвонят всему поселку. И от тайны ничего не останется. А тут такое дело! Может, даже государственного значения…

Что ж, придется ему раскрывать тайну в одиночку. Он будет молчать месяц, два, три… Пока не узнает всего. И тогда все поразятся его смелости и уму. Ему будет трудно, ох, как трудно… Но он не отступит. Молчать, молчать и еще раз молчать! Это, конечно, почти что невозможно, но Ромка уже все обдумал. Он поднялся с песка и решительно зашагал по дорожке.

[1] Жуведра — чайка (лит.).