Ночи в Монтане: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он резко втянул воздух и сложил газету.

— Пожалуйста, не забудь про мой заказ. Я тороплюсь. — Чертова сплетница, — процедил Джон сквозь зубы, ставая пакеты с едой на пассажирское сиденье. Какая жалость, что такая приятная женщина, как Надин, и дня прожить не может без слухов.

Ему было неприятно, что она сует свой нос в его жизнь. Или в жизнь Элли. И ему не нравилось, что люди считают их с Элли парой. Потому что они никакая не пара. Прежде, когда начинались пересуды и перешептывания о его взаимоотношениях с какой-либо девушкой, Джон воспринимал это как сигнал, что пришла пора расстаться. Он чувствовал себя загнанным в западню и рвался на свободу.

Но теперь его больше всего беспокоило, как эти слухи могут повредить Элли и ее работе. Ему не хотелось, чтобы ее воспринимали как падшую женщину.

Притормозив перед домом Элли, он подумал было, что стоит ей рассказать о сплетнях в городе. Она имеет право знать. И имеет право принять решение положить конец их отношениям.

При этой мысли его грудь пронзила резкая боль. Поднимаясь по ступенькам, Джон поймал себя на мысли, что не хочет с ней расставаться. Но, если это неизбежно, лучше, чтобы это произошло раньше, чем позже, когда они оба успеют привыкнуть друг к другу.

— Элли?

Он постучал в дверь. Элли не отвечала. Тогда он открыл дверь и вошел. Элли знает, что он должен приехать, а значит, не будет возражать.

— Элли? — позвал он, проходя в кухню. Но она не отзывалась. И тут Джей Ти заметил печенье, лежащее перед лестницей, а потом на ступеньке еще одно.

— Что за?..

Он увидел третье печенье на верхней ступеньке и понял, что они указывают путь… Поставив еду на стол в столовой и бросив шляпу на стул, он, улыбаясь, как ребенок в рождественское утро, взлетел по ступенькам.

И перед дверью в ее спальню застыл как вкопанный.

Эллисон лежала на кровати совершенно голая, за исключением трех печений в самых интересных местах, и ослепительно улыбалась.

— Привет, ковбой.

Глава девятая

Джон прислонился к дверной балке. Губы его сами собой расплылись в счастливой улыбке. Все намерения рассказать ей о слухах тут же улетучились сами собой.

— Привет… ты выглядишь фантастически…

Нагнувшись, Джон поднял с пола печенье:

— По особому случаю?

— Просто не хотела, чтобы ты заблудился.

— С такими указателями — никогда, — заверил он ее, подходя к постели и на ходу расстегивая рубашку. — Значит, сначала десерт, потом ужин?

— Что мне в тебе больше всего нравится, так это твоя сообразительность.

— Дорогая, — Джон уже успел раздеться и теперь присел на постель рядом с ней, — разве могу я упустить такую великолепную возможность? Начнем с самого начала, — с этими словами Джей Ти нагнулся и снял зубами одно печенье с ее груди.

Его сводили с ума стоны, которые издавала Эллисон во время занятий любовью. Это было знаком того, что ей нравятся его ласки, и возбуждало сильнее всего. Нравилось ему и то, что любимая не стеснялась своей наготы и позволяла ему вдоволь любоваться ее телом, ласкать и изучать его самые укромные уголки. Часто во время такого изучения Эллисон заявляла, что больше не в состоянии выносить эту сладкую пытку. Обычно Джон был счастлив удовлетворить ее желание, но только не сегодня.

Сегодня ночью он доведет ее до изнеможения своими ласками, до такого состояния, когда она будет умолять его взять ее.

Он уже хорошо знал, что именно заводит ее. Знал ее самые чувствительные места. Только ему было известно, какие ласки возбуждают ее сильнее всего. К примеру, когда целовал и ласкал ее соски, он знал, как именно надо это делать.

— Еще рано, — прошептал он, беря ее запястья в плен и прижимая к подушке у нее над головой. Джон нежно просунул ее пальцы в решетку кровати и лег на нее сверху. — Подожди, моя милая, я обещаю тебе настоящую ковбойскую поездку.

Элли моргнула. Глаза ее затуманились предвкушением. Из-под опущенных ресниц она смотрела, как Джон покрывает ее тело поцелуями, уделяя особое внимание груди и внутренней стороне бедер.

Наконец его губы замерли в миллиметре от средоточия ее женственности. Он подул на светлые кудряшки внизу живота и поднял голову, чтобы увидеть ее реакцию. Глаза Эллисон потемнели от страсти.

— Как сладко, — прошептал он, целуя ее живот. — Все слаще и слаще, — продолжал он, спускаясь все ниже и ниже, пока его губы не коснулись ее самой чувствительной точки. Женщина дернулась под ним от пронзившего ее острого наслаждения.