Универсальный бег: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Взяв в руки самодельный поднос, осторожно вернулся в спальню, поставил на диван рядом со спящей девушкой.

— Просыпайся, любимая! — проговорил нежно ей на ушко. Она потянулась сладко, потом съёжилась, почувствовав боль во всём теле, в запястьях, спине, животе, ногах. Открыла глаза, захлопала ресницами. — Прости, что бужу тебя без букета твоих любимых бордовых роз. Обещаю, больше такое не повторится! — прошептал ей Райэдар.

Она приподнялась, лёжа на боку потянулась к еде. Полотенце упало с плеч, обнажа правую грудь. Девушка смущённо схватилась за угол, натянула на себя, связала на груди узлом с другим углом. Пока она это делала, обнажилось совсем другое. Алирия смутилась ещё сильнее, хотя что было смущаться, после вчерашнего купания?

Райэдар отвёл глаза, и поднял только когда услышал, что девушка взяла ложку. Алирия ела торопливо, втягивала длинные макароны, поглощала сардины и хрустела печеньем, намазывая его вареньем, запивала всё соком, высоко запрокидывая голову. Лежала ведь на боку, опираясь на левый локоть, и пить из высокого стакана было неудобно.

Беглец взял одно печенье, неторопливо грыз его, скорее машинально, потому что был занят — смотрел на любимую. Она заметила это только тогда, когда съела всё, что было на подносе, и подняла на спасителя глаза.

— Ну что ты так смотришь на меня? — немного сварливо сказала она. — Как будто я экспонат какой!

— Ты и есть экспонат, в музее красоты, самое прекрасное, что я когда-либо видел! — прошептал Райэдар.

— Ну ладно, смотри! — буркнула недовольно она. И легла на спину. А когда Райэдар нагнулся над ней, то обняла и подставила шею для поцелуев.

Полотенце свалилось с неё, они лежали на одной его половине. Райэдар целовал её осторожно, стараясь не покусывать сильно, чтобы не понаставить новых синяков. Обнял ласково за плечи, прижал к себе, и целовал уже в губы, в её большой ротик, такой нежный, такой красивый.

Он вошёл в неё только один раз, и больше не стал. Хоть она и не сказала ничего, он по её лицу понял, что вместе с удовольствием она испытывает и небольшую боль. Надо дать зажить ранам и синякам, нанесённым ублюдком Иртусиглом.

Райэдар спускался по её телу, не оставляя нецелованного места. Покусал ласково за животик, сполз ещё ниже, сосредоточив внимание на главной женской тайне, которой вчера коснулся случайно в ванне. Стал нежно работать губами и языком, иногда употребляя и зубы, — но всегда осторожно, только тогда, когда это могло принести ей ещё большее наслаждение, — иногда поглаживал её кончиками пальцев, или дул, немного вытягивая губы. И сколько продолжалось это — Алирия не могла припомнить. Казалось, эти минуты или часы были одним оргазмом.

Потом, когда Алирия насладилась, Райэдар поднялся с дивана и разыскал на трельяже какую-то мазь, — для лица, — стал втирать в синяки и ссадины любимой, аккуратно, самыми кончиками пальцев. Алирия постанывала, не столько от болезненности процедуры, а от сладкой истомы, которую она вызывала.

Они ещё долго лежали рядом, обнявшись, и девушка рассказывала ему шёпотом, на ухо, в первый и последний раз, изливала душу о том, что вытерпела. А Райэдар только крепче обнимал её, поглаживал по спине. Слушал и негодовал, скрипел зубами на то, что ещё не придумали таких мук, каким надо предать маньяка.

— Я один знал что ты жива, потому что чувствовал сердцем! — шептал потом ей Райэдар. — Я и нашёл-то тебя потому, что меня вело к тебе, любовь вела! Люблю я тебя! Я против всех пошёл, лишь бы найти тебя! Теперь меня считают преступником, чудовищем, хотя я всегда только защищал себя, да вершил справедливость! Я люблю тебя! Ты самая прекрасная на всём белом свете!

— Правда? — вопросила она, с сарказмом. Глядела на него, сомневаясь.

— Да! — пылко ответил он. — Ты любовь моя! Я заберу тебя отсюда, увезу туда, где нас не найдёт никто. Мы будем жить далеко-далеко от всех врагов. Я буду, наконец, носить тебя на руках когда захочу, а чтобы ты была вместе со мной всё время, работать не позволю. Ты предназначена совсем для другого: для того, чтобы тебя ласкали, и целовали. Да и не сможешь ты работать… — закончил он, и прикоснулся губами к её шее.

— Почему это? — с неудовольствием спросила девушка. Отстранила его от себя, смотрела в глаза, требуя объяснений.

— Ну, потому… Например, цветы выращивать ты точно не сможешь, — рассуждал Райэдар, — Они поникнут от зависти, если рядом будет такая красота! — беглец положил руки ей на щёки и стал целовать губки, маленький подбородок, носик, глазки. Прервался ненадолго, чтобы сказать дальше: — Или быть продавщицей в ювелирном салоне. Все ведь будут смотреть не на эти безжизненные украшения, а на живую драгоценность. На тебя.

— Почему ты раньше не говорил мне такое? — спросила она, потому что не знала, что ещё спросить.

— Я говорил, да ты не слушала. Или не хотела слушать.

Так, обнимаясь и шепча друг другу ласковые слова, они провели весь день, и когда начало темнеть, поднялись с дивана.

Райэдар укладывал оружие в сумку, когда заметил, что Алирия, сидящая на краешке дивана, закутавшись в банное полотенце, как будто ищет что-то взглядом.

— Твоя одежда была совершенно негодна. Я выкинул её.

Она согласно кивнула.

— Я раздобуду тебе новую. Такую, что понравится. — Райэдар улыбнулся любимой. — Я ведь знаю твои вкусы.

— Я не смогу с тобой пойти, — ворчливо сказала она. — Не в полотенце же на улице заворачиваться!

— Посиди немного тут. Я вернусь очень быстро.

— А если вдруг вернутся люди, которые тут живут? — нетерпеливо спросила Алирия.

— С чего именно сегодня? Не вернутся. А на всякий случай, закроешься на щеколду. Мне откроешь после того, как постучу четыре раза.

Алирия кивнула, соглашаясь, но на глазах её заблестели слёзы.