— Вы видели его в тот день? В том месте?
— Не гони... Чем будешь расплачиваться за информацию?
— Могу подарить свою карточку. Она пустая, но для такого человека, как вы, это даже лучше. Вы заполните ее пустоту, будете ее творцом, — насмешливо сказала я.
Он тоже улыбнулся.
— Любишь читать мораль?
— В общем-то, да... Я очень старомодная.
— Старомодная? Предпочитаешь снизу?
— Ах вот оно что! — сказала я. — Нет, этим я платить не стану. Да и зачем вам? Чтобы меня унизить?
— Ты себе не нравишься? — Его правая бровь еле заметно приподнялась. — Считаешь себя некрасивой?
Я пожала плечами.
— У меня жена такая же была. — Он скривился. — А за двести тысяч?
— Нет.
— Ладно... Там посмотрим. — Он нажал кнопки на пульте.
Машина осторожно включилась и почти незаметно тронулась. «А вдруг какой-нибудь извращенец? — подумала я. — Сейчас завезет в укромное место и...»
— Боишься? — спросил он, искоса глядя на меня.
Я промолчала. Он достал из кармана пакетик, развернул его.
— А если остановят? — спросила я. — Они же знают, кто отсюда отъезжает.
— Обязательно остановят. — Он на секунду закатил глаза. — Но мы откупимся...
«Мегапарсеком больше, мегапарсеком меньше» — вспомнила я слова Гергиева. Может, он и прав, мой следователь.
— Я слышал, что допрашивали этих козлов, — снова заговорил Виталик. — И мог бы кое-что добавить. Но мне там нельзя было светиться. Я ведь знаешь кто? Я заместитель директора «Олдон групп».
Я недоверчиво покосилась на него. «Олдон групп» — это фирма, производящая учебную литературу для младших ступеней. Действительно, наркоман на руководящем посту там уместен менее всего.
— Во-от, — сладко протянул он. — Поэтому я слушал их рассказы и не вмешивался. Слышал и про тетку... Которую сам видел.
— Действительно толстая?
— Не поймешь. Она была в балахоне, расшитом блестками... Как национальный наряд. Под ним — титьки и пузо... А может, подушки? Неестественно жирная. — Он ткнул пальцем в карту на экране.
Машина повернула направо. Дома сразу кончились, впереди была линия кустарников и дальше пустырь с развалинами какой-то фабрики. Везде остатки стен, разбросанная арматура, трубы, куски бетона с торчащими железными штырями, пластиковые пакеты и все, что остается от использованных лекарств. Целые холмики этого всего.
Тут я впервые испугалась. Мы были совершенно одни на этом пустыре. Я знала, конечно, что Горик должен был колоться в укромном местечке, но мне почему-то казалось, что это закуток у дороги, почти на виду, где-нибудь на съезде с трассы, под виадуком.
Машина продолжала движение по пустырю. Виталик пусто глядел вперед. Наконец, он вернулся в действительность, поглядел по сторонам и сказал машине: «Стоп». Разумеется, она остановилась.
Я нервно толкнула дверцу. Потом толкнула еще раз.
— И во имя чего идут на такие приключения? — спросил он, глядя на мои безуспешные попытки выбраться.
— Виталик, — я старалась не сильно дрожать. — Я только сейчас поняла, что нет ничего, достойного таких приключений. Приношу свои извинения. Надеюсь, вы не извращенец? Для компании «Олдон групп» это было бы слишком.