— Поедешь с ним, Джонсон, — распорядился инспектор, кивая головой в сторону «скорой». — Мистер Геннон не из тех людей, которых обыкновенная пневмония может надолго вывести из строя.
— Почему бы вам не надеть ему наручники и не приковать к носилкам? — вспылила Дора.
— Дора, — мягко сказал Фергус, обнимая сестру и уводя в гостиную, — почему бы тебе пока не рассказать мне, что тут происходит? — Он протянул Доре стакан с хорошей порцией бренди. — Как только я узнаю, в чем дело, мы сможем вместе найти выход.
Инспектор отправился в гостиную вместе с ними и теперь хотел получить ответы на некоторые вопросы.
— Извините, сэр. Но, если вы не возражаете, я должен поговорить с этой леди. Мисс Кавана, девочка здесь?
Но Фергус прервал его:
— А кто вы такой?
Инспектор назвался.
— Что ж, инспектор, вы должны понимать, что моя сестра находится в шоковом состоянии и не станет отвечать ни на какие вопросы, пока не прибудет ее адвокат. Если вы захотите подождать, спуститесь вниз. Уверен, консьерж найдет для вас чашку чая.
— Мне очень жаль, сэр, но я должен это знать. Ребенок здесь, мисс Кавана?
— Она спит, инспектор. Пожалуйста, не беспокойте ее.
— Я должен уведомить иммиграционную службу…
— Нет! — Дора прикрыла рот ладонью. — Вы не можете увезти ее! Я обещала, что позабочусь о ней.
— Мне очень жаль, мисс, но…
Дора поняла, что эмоции тут не помогут. Тогда она решила попробовать другой ход.
— Отец Софи просил меня заботиться о ней до тех пор, пока не сможет делать это сам.
— Отец? Еще раз извините меня, мисс. Но это надо сначала доказать.
— Отца Софи, — повторила Дора терпеливо, — только что увезли отсюда в больницу. Я — единственный человек в этой стране, которого девочка знает. Если вы заберете ее, она останется совсем одна, напуганная до смерти. Я обещала Джону Геннону, что присмотрю за ней, и во что бы то ни стало я выполню свое обещание.
— Мы сделаем это, инспектор, — твердо сказал Фергус, продолжая наступление. — Думаю, самым лучшим для моей сестры и для ребенка будет сейчас отправиться ко мне домой, в Марлоу-Корт. — Фергус подал инспектору свою карточку. — Вы можете положиться на мое обещание, что сестра прибудет со своим адвокатом в участок завтра же утром.
Полицейский посмотрел на карточку Фергус а.
— Это уж не мне решать, сэр, — произнес он, чувствуя себя не в своей тарелке.
— А вам и не придется. — Фергус взял телефон и протянул его инспектору. — Будьте добры, позвоните заместителю верховного комиссара. Уверен, он поручится за меня.
Доре было очень жаль инспектора. Одно дело — встретиться с молодой и растерянной женщиной, совсем другое — оказаться лицом к лицу с Фергусом Каваной, тем более с Фергусом Каваной во гневе. Его сестры могут позволить себе любую вольность по отношению к нему. Могут называть его Мамашей Гусыней, когда он слишком уж опекает и беспокоится о них. Но весь остальной мир должен помнить, что Фергус — председатель правления компании «Кавана индастриз», и горе тому, кто об этом забудет.
— Хотите посмотреть на Софи? Убедиться, что с ней все в порядке? — Дора пришла на помощь инспектору.
Облегчение, которое почувствовал тот, было почти осязаемо.
— Это было бы… — Он сделал жест, который говорил красноречивее слов.
Софи мирно спала, обняв тряпичную куклу.
— Спасибо вам, мисс. Конечно, я дам знать работникам социальной службы, где находится девочка. И скажу, что они могут предъявить свои претензии к мисс Кавана в установленном законом порядке, обращаясь прямо к мистеру Кавана. — На какое-то мгновение Доре показалось, что инспектору даже понравилась эта мысль.
— Как вы узнали? — спросила она, провожая полицейского до двери. — Я имею в виду, что Джон здесь?
— Это из-за детской одежды, которую вы купили, сказав констеблю, что она — для вашей племянницы, дочери миссис Шелтон. Когда же констебль написал рапорт, участковый сержант заметил, что вы солгали. Его жена ходила на те же курсы для молодых мам, что и миссис Сара Шелтон. Это значило, что вашей племяннице сейчас около шести месяцев. Вы же купили одежду совсем не для данного возраста.