— В Боснии?
— Там и во многих других местах. До недавнего времени я был зарубежным корреспондентом для одного агентства новостей. Специализировался на районах военных действий. — Джон изобразил на лице что-то вроде улыбки. — Если тебе это интересно.
— А чем ты занимаешься сейчас?
— Я — вольный художник. По крайней мере, пока не утрясутся все неприятности.
— Как скажешь, Геннон. Так что сиди дома и покорми Софи, пока я сбегаю в магазин и закуплю продукты.
— Вообще-то, мне кажется, что это не очень хорошая идея.
— Я недолго, — сказала Дора, надеясь, что дрожь, бьющаяся у нее внутри, никак не отразится на голосе. Она как-то не рассматривала всерьез возможность, что Джон будет держать ее взаперти в ее же собственной квартире.
— Сколько это займет времени? — Дора сомневалась, что правильно поняла его вопрос, и, наверное, сомнение отразилось на ее лице, потому что Геннон решил пояснить. — Последний раз, когда ты отправилась за покупками, к дому подъехала полиция, — напомнил он. — Так когда тебя ждать?
Дора вспыхнула.
— Сколько раз повторять тебе, что это никак со мной не связано! И, кстати, не только ты по уши в этой истории. Ради тебя я лгала полиции.
— И теперь ты еще раз подумала и уже раскаиваешься. Ладно, Дора. Я не виню тебя за это. Но и ты должна понимать мое нежелание выпускать тебя. Если тебе нужны продукты, я думаю, что наш добрый консьерж будет только рад помочь. Если тебе нужна газета, то он принесет тебе и свежий номер. Просто на тот случай, если я снова занял первую полосу.
— Если это так, то Брайан опознает тебя. И тогда уже он позвонит в полицию.
Его губы тронула странная улыбка.
— Почему-то я в этом сомневаюсь, — Геннон потер ладонью подбородок.
Доре удалось беззаботно пожать плечами.
— Хорошо. Я пойду вниз и попрошу его.
Но Геннона не так-то просто было провести.
— Почему бы тебе не сэкономить энергию и не позвонить по телефону? — Он поднял трубку и протянул Доре.
Он, кажется, серьезно, очень серьезно озаботился тем, чтобы не выпускать ее из дома. Дора нервно сглотнула.
— Ты уже отсоединил внешнюю линию или только планируешь этим заняться? — спросила она.
— Нет, мне тоже понадобится телефон.
— Хочешь связаться еще с одним из своих «понимающих» друзей?
В эту фразу Дора вложила столько презрения, сколько сумела.
— Человек должен иметь друзей. Возможно, и ты захочешь позвонить Ричарду, — предложил Джон. — Может быть, его все-таки интересует, куда ты пропала. Или дела у вас настолько плохи, что вы даже не разговариваете? — Он поднял руки в насмешливом жесте, когда Дора сверкнула глазами. — Хорошо, хорошо. Я знаю. Не мое дело. Но Ричард — хороший друг, и он мне нужен. К тому же даже одного распавшегося брака, на мой взгляд, вполне достаточно.
— Ты говоришь на основе личного опыта?
— Нет. Это одна из тех ошибок, которые я еще только готовлюсь совершить. Но я уже видел, что такая ошибка сделала с Ричардом.
— Тебе не нужно беспокоиться о нем, Геннон. Ричард счастлив настолько, насколько может быть счастлив человек, — уверенно заявила Дора.
— Ты что, можешь это гарантировать?
— Позвони и спроси его сам. Я бы сама позвонила ему, но, к сожалению, не могу. Он постоянно переезжает с места на место, и никогда нельзя угадать, где он окажется завтра.
— А он сам тебе не звонит?