- Идите сюда, дорогая, и дайте мне хорошенько вас разглядеть.
Она указала мне на место рядом с собой, хотя я бы предпочла сесть на стул. Пока я цаплей шагала на своих каблуках к столу, пока усаживалась, расстёгивая пиджак и одёргивая юбку, она не сводила с меня своих смеющихся глаз.
- Знаете, если бы не этот испуг на лице, я бы ни за что вас не узнала. Скажите, я могу рассчитывать, что когда-нибудь смогу вызвать у вас другие эмоции?
Моё лицо запылало.
- Я вовсе не…
- Да бросьте, - засмеялась она. – В день, когда я должна была познакомиться со своей будущей свекровью, меня всё утро тошнило от страха. И, как оказалось, напрасно: мать Моргана была замечательной женщиной. Правда, на следующее утро тошнота вернулась. Так я узнала, что беременна Дэвидом.
Я не поняла и половины из того, что она сказала. Именно поэтому предпочла промолчать.
Миссис Рассел, в свою очередь, предпочла не заметить моё замешательство.
- Итак, вы и Дэвид. Чудесно. Правда, мне пока не удаётся сопоставить странную девушку, с которой оба раза мы встречались при крайне необычных обстоятельствах, и вас.
Она снова окинула меня оценивающим взглядом. По её лицу было видно, что то, что она видит, ей нравится. На мне был один из моих обычных офисных костюмов – чёрный пиджак и юбка-карандаш, – но блузку под него я выбрала весьма яркую, сродни приподнятому настроению, в котором находилась все последние дни. Сегодня она была ярко-зелёной. Этот цвет всегда предавал мне уверенности.
- Интересно будет узнать, какая из этих двух совершенно разных девушек вывела из равновесия моего сына, - закончила миссис Рассел.
«Вывела из равновесия». Хорошее определение. Оно точно подходит к тому, что чувствую я. Дэвид полностью вывел меня из равновесия, да так, что ничего не оставалось, как балансировать, смещая свои чувства, эмоции, готовые вырваться слова, чтобы вернуть всё в привычную взвесь.
- Давайте я добью вас окончательно и скажу, что эта ситуация для меня нетипична. Не то, чтобы Дэвид никогда не знакомил меня с девушками. Но до этого дня он не обрывал мне телефон с предостережениями и упреждениями. Наш с вами обед – моя идея, и Дэвид её не одобрил. Честно признаться, это задело мои материнские чувства, и теперь я очень хочу понять, почему. Неужели, я произвожу впечатление…
- Вы производите впечатление матери, которой не всё равно, что происходит в жизни её сына. Не более того.
Это было первая связная фраза, которую мне удалось сформулировать и вставить в не прекращающийся поток слов миссис Рассел. У неё их было так много, и каждое заслуживало отдельного анализа, но вряд ли сейчас стило его проводить.
- Вы полагаете?
- Конечно, я ещё недостаточно хорошо вас знаю, чтобы утверждать обратное, но…
Миссис Рассел захохотала так неожиданно и громко, что я даже вздрогнула.
- Вот об этом Дэвид и говорил. Чтобы я не пыталась давить на вас. А я, извините, не удержалась.
- У вас это хорошо получилось. Особенно, когда вы упомянули других девушек.
- А рассказ про свекровь вас не смутил?
- Я не поняла ни слова. Надеюсь, вы этого не заметили.
Внезапно она протянула мне свою руку:
- Элинор!
В ответ я крепко её пожала.
- Элизабет. Для друзей просто Бет.
Смешно, но Дэвид позвонил мне через пять минут после того, как мы с Элинор расстались
- Ты понравилась моей матери, - сказал он вместо приветствия.
- И что ты чувствуешь по этому поводу?
Он ответил не сразу, так, что я даже немного заволновалась.