Фелисити поджала губы.
— Я хорошо чувствую магию, будь то человек или предмет, но может нам лучше позвать Уинн? Лишняя пара глаз не помешает, тем более она обученная ведьма и знает навыки Хранителя. Она сможет распознать заклинания или что-то, что я могла бы упустить.
— Согласен.
На языке Спара вертелся вопрос об эмоциональном самоустранении, но время было неподходящим. Фелисити все еще была уязвлена ситуацией с репортером, и Спар не хотел рисковать и вызвать в ней злость, которая уже пробудилась дома.
Его пара могла быть еще той колючкой. Вместо того чтобы надавить на нее, он забрал папку и взял из держателя два меню.
— Давай, сперва поедим, — протянул он, отдавая ей одно. — У тебя в холодильнике только салат и заветренная морковь. А Страж не кролик, он должен есть мясо.
На ее губах мелькнул намек на улыбку, когда она открывала меню.
— Ага, такова жизнь временно безработного реставратора. Разве ты прежде не слышал термин «бедный художник»?
Глава 17
Уинн сказала, что освободится ближе к ночи. После споров о целесообразности исследования леса ночью, они решили осмотреться вечером, а более тщательно все изучить на следующее утро.
Учитывая, что они втроем не уместились бы на мотоцикле, Фил решила поехать на фургоне. Спар удивленно уставился на машину, когда Фил выехала из гаража.
— Это тоже твоя?
— Ну, на Лоране было бы трудно перевозить произведения искусства.
— Лоран?
Фин усмехнулась.
— Мой мотоцикл.
Спар странно посмотрел на нее.
— У твоего мотоцикла есть имя, Лоран.
— В честь святого покровителя Канады.
Спар открыл дверь белого фургона и забрался на сидение.
— Ты очень странный человек.
Фил потянулась к ремню безопасности.
— Цыц! Не оскорбляй меня, а то разозлишь Джозефину.
— Джозефину? — спросил Спар, после чего застонал. — Нет, не отвечай, дай угадаю. Так ты называешь фургон?
— Ага. — Она улыбнулась и влилась в поток машин
Уинн ждала их у своего маленького домика. Она надела поношенные джинсы и закрытые тенниски, которые выглядели старенькими, потрепанными и довольно удобными для прогулок по пересеченной местности.
Она без единого слова забралась в фургон, даже не возмутившись из-за отсутствия кресел в грузовом отсеке. Уинн просто бросила на пол сумку, села на нее и скрестила ноги по-турецки.
— Миленькая машина, — заметила Уинн, осматривая пустое пространство. — Я бы на такой могла что-нибудь перевести. Даже не пришлось бы делать вторую ходку.
— Она для этого и используется, — согласилась Фил. — Извини за неудобства.
Уинн отмахнулась от ее извинений.