Амундсен: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Амундсен не раз уходил с товарищами в горы на несколько дней и даже недель. В декабре 1893 года он отправился с двумя приятелями в большой лыжный поход по очень трудной, пересеченной местности, где на десятки километров тянутся необитаемые горные области. Экскурсанты намеревались пройти от Кродерена до Нюмедаля, выйти к озеру Мьос, пройти вдоль него, затем спуститься на юг к Конгсбергу. Сначала передвижению очень мешал глубокий и рыхлый снег, в который лыжи проваливались. К тому же давал себя знать и недостаток тренировки. На горном плато наст был лучше, зато здесь дул сильный ветер прямо в лицо. Через несколько дней началась оттепель, и на спусках лыжи обрастали огромными комьями мокрого снега. Теплая погода — температура поднималась до 10° тепла — внезапно сменилась трескучими морозами. Однажды после бессонной ночи, проведенной в спальных мешках прямо на твердой снежной поверхности, пришлось выступать в поход в метель при сорокаградусном морозе. Последние остатки провизии к тому времени были уже с'едены, и надо было спешно, во что бы то ни стало, пробираться в населенные местности.

Утомительный поход в полном снаряжении, со спальными мешками, примусом, провизией, метеорологическими инструментами и пр. продолжался несколько дней и был закончен благополучно. Амундсен и его товарищи получили кое-какое представление об условиях путешествия в далеких полярных областях. Но все же представление это не могло быть полным. Спустя два года Амундсен вновь предпринял продолжительную лыжную экскурсию, сопровождаемый только одним из братьев. На этот раз путешественники узнали во всех подробностях, какие трудности, опасности и лишения связаны с любой серьезной полярной экспедицией. Амундсен как бы участвовал в генеральной репетиции «похода к полюсу»! И, проверив на ней свою силу, крепость нервов и упорство воли, понял, что может приступить к настоящей работе.

ИСЧЕЗНУВШИЕ ЛЫЖНИКИ

В середине января 1896 года многие столичные жители прочитали в газетах такое об'явление:

«Исчезли два лыжника, вскоре после нового года покинувшие Кристианию, чтобы пройти через Телемаркен по Хардангерскому плоскогорью к Эйфьорду. О них нет никаких вестей вот уже две недели. Это два брата Амундсены. Один из них студент, другой лейтенант запаса; первый из братьев особенно отличался непреодолимым стремлением к приключениям и исследовательским путешествиям. Они оставили Кристианию третьего января и прошли через Телемаркен до хутора Муген у озера Мьос, чтобы пройти затем к Хардангеру по Большому плоскогорью».

Это об'явление вызвало в городе большую тревогу: только-что в горах погиб во время лыжной прогулки один молодой спортсмен. Теперь, очевидно, такая же участь постигла и обоих Амундсенов.

Начались поиски пропавших без вести. Газеты ухватились за сенсационный материал и из номера в номер печатали сообщения, относящиеся к их поискам. По телеграфу был послан запрос в Берген. Но никто не видел пропавших братьев и ничего не слышал о них. Кто-то из студентов-медиков, друзей Руала, сам отправился в лыжный поход по их следам, чтобы разузнать, что случилось с Амундсенами.

В связи с исчезновением братьев Амундсенов две крупнейшие столичные газеты даже вступили между собой в яростную полемику; с пеной у рта они спорили о том, можно ли было опубликовывать фамилию пропавших лыжников и причинять такое горе их родственникам до установления факта гибели юношей. В одной газетной заметке, между прочим, говорилось: «младший из братьев — ловкий и сильный парень, совершивший недавно плавание по Ледовитому океану».

В те дни норвежские газеты уделяли много места обсуждению вопросов, связанных с судьбой Ф. Нансена, еще в июне 1893 года, ушедшего в свое знаменитое полярное плавание на «Фраме». Достиг ли он своей цели? Где он находится сейчас? Все ли у него благополучно? Но теперь братья Амундсены на момент оттеснили Нансена с его «Фрамом» на задний план!

Наконец, после долгого и томительного ожидания, на двадцать второй день после исчезновения лыжников, пришла успокоительная телеграмма:

«Пропавшие лыжники братья Амундсены благополучно прибыли в Болкешо».

Хоть это и был «тренировочный» лыжный поход, но Амундсен говорил — потом, что его зимнее странствование по диким горам, полное опасностей, оказалось гораздо труднее той работы, подготовкой к которой оно было. Оно потребовало от лыжников такого же крайнего напряжения всех сил, как во время приключений, пережитых Амундсеном в Антарктике.

К походу братья подготовились старательно, словно к настоящему полярному путешествию. Их снаряжение состояло из горных ясеневых лыж с ремнями, просторной обуви, шерстяного белья и чулок, шерстяной же верхней одежды — какие Нансен применял в своих экспедициях, брезентовых курток с капюшоном, вязаных шерстяных шапочек, толстых меховых шапок, перчаток и рукавиц, спальных мешков из оленьего меха, провизионных мешков из непромокаемой материи, карманного барометра, трех компасов, снежных очков, маленькой спиртовой лампы и т. п.

Целью путешествия был переход через Хардангерское плоскогорье и малонаселенную высокогорную область на юго-западе Норвегии с отдельными вершинами, достигающими до 1 600 метров в высоту, узкими долинами и многочисленными озерками. В избранном направлении — от маленькой горной усадьбы Мутен на восточной стороне до усадьбы Гарен на западной — ширина плоскогорья около 80 километров, и Амундсен рассчитывал одолеть его самое большее в два дня. Путь до плоскогорья не представлял особых трудностей, и братья собирались пройти его в короткий срок, совершив по дороге восхождение на вершину горы Гауста (1884 метра).

Сперва все развивалось по плану. На гору они взобрались не обычным путем вдоль восточных ее отрогов, где дорога отмечена каменными вехами, а с севера, где подниматься было значительно труднее — но ведь Амундсену была нужна тренировка! Погода была прескверная. Седьмого января наступила такая оттепель, что лыжи пришлось взять на плечи и итти пешком. Путешественники предполагали еще в тот же день пересечь озеро Мьос и выйти к Мугену, откуда и должен был начаться их настоящий высокогорный поход, но не смогли покрыть пяти километров и остановились на ночлег в какой-то крестьянской усадьбе. На другой день температура понизилась, что давало надежду на улучшение наста. Однако путешественников ждало разочарование. Не успели они отойти и десяти километров от места ночевки, как с северо-запада налетела сильнейшая буря. В одно мгновение вся местность скрылась из глаз, окутанная снежными вихрями. Лыжники продолжали свой путь нелепую, руководствуясь компасом и, борясь с непогодой, медленно продвигались к Мугену.

Добравшись до Мугена, братья остановились там на отдых — это было последнее жилье, которое могло встретиться им на протяжении всего похода через горы. Утром 12 января путешественники распростились с гостеприимными хозяевами, которые всячески отговаривали их от сумасбродной затеи. Зная всю область вдоль и поперек, крестьяне уверяли Амундсена, что его план совершенно невыполним, что никогда еще никто не пытался среди глубокой зимы подниматься на плоскогорье, а тем более пересекать его с востока на запад. Невзирая на все уговоры, молодые люди остались при своем решении.

Задуманное предприятие казалось им довольно простым и легким, и на осуществление его они смотрели очень оптимистически.

Из усадьбы Муген путешественники вышли с небольшим пищевым запасом. У них было одно кило овсяного печенья, полкило какао, немного сахара и чая, полкило шоколада, два пакета гороховой муки, пакет сушеных овощей, двенадцать кубиков бульона, полбутылки мясного экстракта. Кроме того, от крестьян они получили масло, сыр и хлеб в виде сухих лепешек. Общий, вес заплечного мешка со всем снаряжением был около пятнадцати килограммов. Амундсен рассчитывал, что этого провианта свободно хватит на неделю, а при экономном расходовании и на больший срок.

Следуя указаниям, полученным от владельцев усадьбы Муген и справляясь с показаниями компаса и с картой, путешественники легко прошли до озера Фьеллио в двадцати километрах от Мугена, где начиналось Большое плоскогорье. Под'ем на него был тоже нетруден. Но дальше положение осложнилось. Кругом, насколько хватал глаз, высились горные вершины, приблизительно одинаковой вышины и одинакового вида. Не было никаких приметных знаков, никаких особенностей пейзажа, которыми можно было бы руководствоваться при выборе Своего курса.

Приходилось итти по компасу. Но под вечер погода начала хмуриться, и видимость ухудшилась. Целью первого перехода была небольшая пастушья хижина, приблизительно в середине плоскогорья.

Ветер крепчает, начинается снегопад. Метель скрывает от глаз лыжников даже ближайшую местность. Братья идут друг за другом, стараясь, чтобы передовой держался запеленгованного (взятого по компасу), направления, а идущий сзади контролировал товарища, наблюдая, чтобы тот не сбивался в сторону. «Долго итти по такому методу я абсолютно никому не советую, — шутил, вспоминая о своем походе, молодой Амундсен, — но „подвигаться“ вперед при его помощи — можно!» Однако, через много лет он все же прибегнет к такому способу, когда пойдет со своими спутниками по ледяным пустыням Антарктики к Южному полюсу…

Стемнело рано, но путешественники успели разыскать хижину. Впрочем, расположиться в ней на отдых удалось не сразу: окно и дверь оказались забитыми гвоздями, а дымовая труба заложенной куском жести. Прошло порядочно времени, пока братья, сильно продрогшие на ветру, — было около 12 градусов мороза, — забрались, наконец, в хижину, привели ее в некоторый порядок и согрелись.

На приготовление ужина, вернее, обеда, а может, и позднего завтрака — братья ничего не ели с пяти часов утра — понадобился не один час. Холодный воздух висел над огнем толстым слоем и потому в трубе не получалось надлежащей тяги — развести огонь в плите сначала так и не удалось. Кроме того, вообще нелегко добывать воду из снега. В кастрюльке, поставленной на спиртовку, за 45 минут не обнаружилось ни малейших признаков таяния снега. Подставив под кастрюльку еще две горящие свечи, молодые люди лишь через два часа добыли литр воды!

В этой хижине братья провели двое суток. Поднявшаяся накануне метель перешла в настоящую пургу. Выступать в поход в такую пагоду было бы сущим безумием! Решено было подождать, пока уляжется ветер и прекратится снегопад. К счастью, скромные запасы путешественников получили неожиданное подкрепление: при внимательном обследовании хижины был найден мешочек ржаной муки. Жиденькая мучная кашица составляла единственную пищу братьев за те двое суток, что они просидели здесь.

К тому времени старший Амундсен наладил плиту и, забравшись на крышу, вытащил из дымовой трубы кусок жести, заваленный сверху большими камнями. Вскоре под плитой весело гудел огонь. Воспользовавшись этим, братья растопили достаточное количество снегу, разлив потом воду по найденным в хижине бутылкам. Чтобы вода не замерзла, бутылки были засунуты в спальные мешки.

На третий день метель улеглась, и решено было продолжать поход к Гарену. Однако дойти до него так и не удалось. Вернее, Амундсены дошли до усадьбы, но, заблудившись, не попали в нее, а кружили вокруг да около, пока, наконец, не повернули обратно.

Нужно было с самого же начала очень точно определить направление: на западном краю плоскогорья было только два места, где можно было спуститься. Между тем при наступившей снова оттепели мокрый снег, падавший на карту, когда путешественники справлялись по ней, так испортил бумагу, что Амундсены были вынуждены итти дальше только по компасу. В результате они заблудились.

В наступившей темноте они принялись искать места для ночлега. За одним небольшим холмиком метель нанесла высокий снежный гребень, под которым и было найдено отличное убежище. Развернув свои спальные мешки, братья достали из них мешки с провизией и сложили их между снежным гребнем и спальными мешками, отметив это место лыжными палками и лыжами на случай, если провиант занесет снегом. Поужинав, оба улеглись спать.

Повидимому, в ту ночь стоял очень сильный мороз, потому что Руал скоро проснулся от холода. Решив глотнуть немного спирту, который они держали для спиртовки, Амундсен вылез из спального мешка и направился к месту, где лежали мешки с провиантом. Но их там не оказалось! Одно время шел довольно густой снег, но сейчас была звездная ясная ночь. Руал подумал было, что мешки занесло снегом и стал расчищать его в отмеченном лыжами месте. Брат Руала тоже проснулся и принял участие в раскопках. Лыжи и лыжные палки стояли попрежнему там, где они были воткнуты в снег, но драгоценные мешки исчезли бесследно. Раскопки продолжались часа три и не привели ни к какому результату.

Положение путешественников, заблудившихся среди пустыни, Да еще без всякого провианта, было в высшей степени опасным. Если бы им не удалось как можно скорее выйти к какому-нибудь населенному месту, они или замерзли бы или погибли голодной смертью. С такими веселыми перспективами они пустились около пяти часов в дорогу, едва разбирая при свете звезд показания компаса.