Обошли строительную площадку. Пала роса, влажно темнела башня подъемного крана, потными крышами блестели домики во дворе.
От берега до берега натянулось плотное полотно тумана, скрывая воды реки, и только хоботы портальных кранов, прорвав туман, темнели над его молочно-белой поверхностью. Здесь же, над городом, покоилось незамутненной синевы далекое небо, лаская глаз.
С левобережья, будто прожигая ветви деревьев, поднималось из чащобы солнце. Сгоняя утренний темный холодок, лучи все ниже и ниже спускались по карнизу.
На крыльце показался старший сын, Семен. За ним шесть ребятишек, один меньше другого, высыпали во двор. Вылитые чингизиды! Вышла Марфа, протирая кулаками глаза.
— Ты, Веня, прости меня, — с усмешкой заговорил Семен, — я не знал о твоем возрасте, иначе бы не стал бить тебя. Марфута, понимаешь, — обратился он к сестре, — подвел тренер. Бей, говорит, на всю катушку, а что Ясаков безусый, так это игра природы, у парня бедна растительность на лице.
— Стройся! По старшинству, Марфута, проворнее! — командовал старик. — Эй, строитель Ясаков, становись!
Веня охотно пристроился за Марфой. На ходу она подбирала волосы, заломив над головой полные руки, улыбаясь беспечной улыбкой. В это утро ей хотелось понежиться, но упрямый Агафон приказал заниматься гимнастикой: от физкультуры освобождалась только сноха, когда она ходила беременной. Даже двухлетний мальчуган крепкой холодовской поделки приседал у крылечка, держась за ступеньку.
Семен решительно устремлялся грудью вперед. Лицо его с выпяченным подбородком выражало боевое напряжение. Холодным хрусталем осыпалась роса под ногами. Темный кружный след на белесой траве замкнулся вокруг полковника.
— Энергичнее! — покрикивал он, помахивая костылем.
Веня вскидывал руки, подпрыгивая и прогибаясь пружинно, потом опять устремлялся за Марфой, на поворотах лицом к солнцу мгновенно слепнул и снова не спускал глаз с проворных белых ног Марфы.
На столбах стоял железный бак, толстым корневищем провисал резиновый шланг с лейкой на конце. Первой шагнула под душ Марфа, раздвинув и сломав алмазные прутья дождевых потоков. Вспыхнувшая в брызгах крутая радуга разноцветным крылом осеняла ее милую голову.
Когда она вышла, одергивая полотняное платье, туго облегавшее бедра и грудь, Веня подступил к ней:
— Давай признаемся старику.
— Ты один это придумал или с товарищами? — она заманила его в кусты черешни, с ужасом и гневом воскликнула, закатывая глаза: — Неужели пьешь? Целыми бочками укатываешь? — И, оттесняя его к забору, приказала: — Начистоту говори! Никаких скидок на пережитки в твоем сознании не получишь от меня!
— А? Почему? А?
— Нет, милый мой, я тебе скидок не дам, парализую любые попытки оправдать дикие выходки ссылками на пережитки. Ты, как Рэм Солнцев, любишь это делать! Откуда у тебя пережитки? И дня ты не жил при капитализме! Я изучила твою биографию, имей это в виду.
— Сам не знаю, откуда у меня берутся отсталые замашки, — Веня почесал стриженый затылок и вдруг обрадованно предположил: — Может быть, поп виноват, а?
— Ты что меня дурачишь-то?
— Мама тайно от отца таскала меня крестить, а поп, черт его знает, может быть, не мыл купель, вот я и нахватался всяких пятен от какого-нибудь несознательного младенца.
— За вас взялся сам Анатолий Иванович Иванов. Слыхал?
— Если он взялся, то надо побольше сухарей сушить, в исправительный лагерь отправляться. Лучше ничего не придумаешь.
Вздох безнадежности всколыхнул высокую грудь Марфы.
— Что же делать, голова ты бедовая?
Веня не успел ответить: подошел Агафон и, улыбаясь жестким ртом, приказал:
— Покажи, Ясаков, какую для меня квартиру строишь.
Поднялись на леса, Веня приготовил свое рабочее место.
Послышались голоса людей. Из тумана, заливавшего впадину и сады, вынырнули рабочие в брезентовых пиджаках, подошли к дому, перекидываясь обычными утренними приветствиями и шутками.
— Гляньте, товарищи, наше дитя, как молодой кочет, уже на лесах, — сказал мастер, указывая на Веню. — С чего бы это пропал у ребенка сон? Так он, пожалуй, не вырастет… выше телеграфного столба.
И все засмеялись.
Смущаясь от этих дружественных насмешек, Ясаков заворчал: