Свидание у Сциллы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ты знаешь, что Мессин написал книгу?

— Который Мессин?

— Марсель, дед.

— Книгу?

— Автобиографическое повествование.

— Шутишь? Марсель Мессин никогда не писал, он запрещал себе это. Таких увлечений у него не было.

— Рассказ об участии в Сопротивлении. Ты уверена, что он ничего не писал?

— Ничего, насколько мне известно. — Ребекка задумалась. — Может, до моего прихода? Это было в семьдесят втором… Вряд ли. Мессин не писал, тем более о войне. Он не хотел, чтобы партизанская жизнь служила рекламой ему и его издательству. Торговать героизмом? Это несвойственно Мессину.

— Но «Прежде, чем забыть»…

— Что ты говоришь?

— «Прежде, чем забыть» могло бы… — пробормотал я.

Переступив порог Сциллы, Ребекка больше не слушала меня. Книга, о которой я говорил, была опубликована в 1948 году и сразу же похоронена.

Так хорошо и так быстро, что даже энциклопедистка Ребекка не ведала о ее существовании! Вот что меня потрясло. «Прежде, чем забыть» все-таки скрывала тайну, которую Клаус хотел разоблачить. Книга, задуманная им, не имела другой цели — это очевидно. Решение загадки было у меня в кармане, потому что я нашел связь между автором и издателем: Клауса Хентца заставили замолчать. Оставалось только выяснить, что же произошло 13 сентября 1943 года.

Занавес Сциллы опустился за моей спиной. Несмотря на смятение, я решительно шагнул вперед. Никогда еще я не был таким отважным. В Сцилле царила тишина. Морис занимал свое обычное место за конторкой, где отмечались поступившие на день заказы. Несмотря на свои эмоции, я заметил, что выражение лица у Мориса изменилось. Исчезла печаль, появилась сдержанная улыбка.

Морис умел быть выразительным, не произнося ни слова. Годы работы в Сцилле научили его, что поднятые брови или сжатые губы способны выказать любые чувства. Слышал ли он, о чем мы разговаривали с Ребеккой? Я никогда не узнаю этого. Довольный собой, Морис проводил нас к столику Поля Мессина.

Мы явились первыми. Помнится, что в зале был еще один мужчина в сером костюме, листавший рукописи, — достояние Сциллы. Казалось, он так поглощен чтением, что ничего не слышит. Морис усадил нас и протянул Ребекке карту блюд, заметив, что меню уже заказано Полем Мессином. Я точно знал, что это за меню: вначале — омары с трюфелями, а в конце — сладко-соленые пирожные. Ребекка вышла в туалет.

Плохо соображая, я оглядел Сциллу: дверь, открывающаяся в сад; стол, за которым я сидел в прошлую пятницу и где все началось; портреты писателей, рукописи и в глубине зала — человек, погруженный в чтение.

— Все как обычно. — Я вздрогнул. Морис стоял у меня за спиной. — Этот господин — банкир. Он приходит сюда каждый день и обожает читать. — Морис окинул взглядом зал и, наклонившись, прошептал: — Господин Хентц поступал так же. Иногда он приходил неожиданно среди дня и листал манускрипты. — Дрожание пальцев, теребивших лацкан пиджака, говорило о чувствах Мориса. Он тихо добавил: — Поступите как он. В ожидании приглашенных посмотрите полки с книгами Уверен, господин Хентц одобрил бы это.

Морис кивнул в сторону полки над столиком Поля Мессина. Это решило все. Он повернулся и пошел к входу. Когда я размышляю об этом сейчас, мне кажется, что он дал такой совет, услышав наш разговор с Ребеккой на пороге Сциллы.

Я повернулся к столику Поля Мессина, потом к полке. На ней были собраны манускрипты самых великих. Лакло, Рабле, Савиньи, Пруст, Ронсар, Боссюэ, Бомарше… В этой бесценной тесноте собрано столько мыслей, что их хватило бы на целую человеческую жизнь.

За столом, приготовленным для Поля Мессина, было предусмотрено пустое место, в самой середине, под полкой, для Клауса Хентца. Я стал искать место самого Мессина и вздрогнул от неожиданности, увидев, что мое — напротив покойника. Конечно, я же его лучший друг. Это был еще один знак внимания Ребекки.

Я прекрасно видел, что стояло на полке. Книги выстроились в ряд как раз до того места, где символически должен сидеть Клаус. Именно там я заметил книгу, которая была уничтожена, изуродована и исчезла. Я так хорошо ее знал и столько раз перечитывал, что желтая обложка сразу бросилась мне в глаза.

Триста шестьдесят три страницы, бумага плохого качества, напечатана в 1948 году. На обрезе название: «Прежде, чем забыть».

Вдалеке Морис нес вахту у входа в Сциллу. Ребекка еще не вернулась. Мужчина в сером костюме стоял спиной ко мне. Интуиция подсказывала мне, что голосом Мориса Клаус снова подавал мне знак. Невнятный голос убеждал меня, что я у цели. В этом экземпляре скрыта моя тайна. Подчеркнутое слово, заметка на полях, дата, подробность… Ответ, наконец.

Дрожа от нетерпения, я обошел стол, протянул руку к полке и схватил книгу Мессина. Открыл. Несколько листков упали на пол. Если точно, то двенадцать страниц, исписанные с обеих сторон.

Как вор, я сунул книгу и страницы рукописи под пиджак. Обернулся. Морис ничего не видел. По крайней мере мне так казалось. Незнакомый читатель не интересовался мной. Посмотрев в зал, я увидел, что Ребекка возвращается. Я опустился на свое место, прижимая свой приз, свое сокровище к сердцу, стучащему, как походный барабан. Я взмок от страха.

— Все нормально? — забеспокоилась Ребекка. Я не ответил. — Матиас, что с тобой? — Мои руки сжимали добычу. Я наклонился вперед. — Матиас!

— Я вернусь. Мне надо сполоснуть лицо.

— Тебе помочь?

— Нет!