Вечные следы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В 1517 году Мисюрь-Мунехин ездил в Москву и присутствовал при встрече известного посла и ученого, написавшего потом книгу о Московии, — Сигизмунда Герберштейна. Мисюрю-Мунехину было поручено сопровождать представителя императора Максимилиана во дворец великого князя, угощать посла и т. д.

Интересно, что Мисюрь-Мунехин участвовал в переписке по поводу… кончины мира от потопа. Живший в Москве магистр немчин Николай Любчанин, он же Булев (Бюлов), прислал Мисюрю-Мунехину сообщение о зловещих предсказаниях математика и астролога Штоффлера из Тюбингена. Штоффлер выпустил альманах, на страницах которого объявил, что особое стечение светил в созвездии Водолея в 1524 году вызовет «знамение водное» — великие дожди и наводнения, от которых и погибнет вселенная.

Псковский дьяк сообщил обо всем этом старцу Филофею.

Западная Европа была объята ужасом перед «всемирным потопом». Но русские люди в потоп не верили. Максим Грек написал отповедь против утверждений «Николая Немчина, прелестника и звездочетца».

Третий Рим — Москва — не может погибнуть и не погибнет — таково было убеждение Мисюря-Мунехина, Филофея и Максима Грека. Псковский дьяк Михаил Григорьевич Мисюрь-Мунехин, «преизящный в добродетелях», как писал о нем старец Филофей, умер в 1528 году в Пскове. Похоронили его в Печорах, в стенах монастыря, построенного самим Мисюрем-Мунехиным, на подступах к древнему Пскову.

СОВРЕМЕННИК АФАНАСИЯ НИКИТИНА

Изучая историю знаменитого «Хожения за три моря» Афанасия Никитина (1466–1472), я решил подробнее, чем это было сделано до сих пор исследователями, раскрыть личность Василия Мамырева. Удалось установить, что Василий Мамырев, дьяк великого князя, высший чиновник правительственной канцелярии, оставил некоторые следы своей государственной деятельности во Владимире.

Известно, что в списках Львовской и II Софийской летописей перед «Хожением» Афанасия Никитина помещено вступление анонимного автора: «Того же году обретох написание Офонаса тверитина купца, что был в Ындее 4 годы…» В конце вступления указано, что рукописи Афанасия Никитина были доставлены Василию Мамыреву. Это произошло в 1475 году, когда были выкуплены русские купцы, захваченные в Крыму турками. Выкупленные «гости» возвращались на Русь через литовские в то время владения — Киев и Смоленск. Вероятно, именно от этих бывших турецких пленников и получил Мамырев «Хожение за три моря». Он, разумеется, не мог оставить без внимания столь редкостный документ. Мамырев или летописец, которому он передал «Хожение», пытались установить точные сроки скитаний Афанасия Никитича. Узнавали, когда отбыло ко двору Ширван-шаха посольство В. Папина, когда оно вернулось из Ширвана. Разыскивали, очевидно, самого Папина, но выяснили, что он был убит под Казанью (в 1470 году, как это удалось теперь мне уточнить).

Так или иначе, но для нас самым важным остается тот факт, что, по всей вероятности, при содействии Василия Мамырева драгоценные «тетради» путешественника в том же 1475 году были введены во II Софийскую летопись и таким образом получили широкую известность и бессмертие.

Говоря о Василии Мамыреве, нельзя не упомянуть о его причастности к истории города Владимира. Пожары были бедствием этого города. После одного из очередных пожаров, как свидетельствует «Летопись Русская» под 1486 годом, был «срублен град Володимер, а рубил дьяк Василий Мамырев».

Но вскоре восстановленному Мамыревым городу Владимиру снова не повезло. 25 мая 1491 года «згорел град Владимир весь, а всех церквей згорело в городе 9, а на посаде 13». Пламя угрожало даже праху Александра Невского, погребенному в городском монастыре. И снова одна из русских летописей повествует, что в 1492 году «послал великий князь дьяка своего Василия Кулешина рубити города Володимера древяна по Васильеву окладу Мамырева и срубиша его в 2 месяца».

Сам Василий Мамырев уже не мог принять участия в восстановлении недавно отстроенного им Владимира. К тому времени он находился в числе схимников Троице-Сергиевского монастыря под именем инока Варсонофия и был близок к кончине.

Чернец Варсонофий умер в 1491 году «июня в 5 день с субботы на неделю в 3 час нощи». О его смерти было помещено подробное сообщение в Вологодско-Пермской летописи.

Исследователи до сих пор не задумывались, чем объяснить, что И… М. Карамзин именно в библиотеке Троице-Сергиевского список «Хожения за три моря» библиотеке монастыря открыл древнейший список «Хождение за три моря». Варсонофий — Василий Мамырев не унес с собой в могилу тайну записок Афанасия Никитина. Между тем вполне справедливым может быть предположение, что Мамырев завещал свой личный список «Хождения за три моря» библиотеке монастыря.

ХРИСТОФОР КОЛУМБ И РУСЬ

В 1506 году в испанском городе Вальядолиде, в невзрачном доме с заржавленными железными балконами умер один из величайших героев истории — адмирал Христофор Колумб.

До конца своих дней он считал, что выстрелы, раздавшиеся в лунную ночь 12 октября 1492 года с борта «Пинты», возвестили миру об открытии Индии. Западную часть Кубы он принял за китайскую «провинцию Манго», а Эспаньолу (Гаити) — за остров Зипанго (Японию).

Он искренне думал, что побывал в десяти днях пути от устья Ганга.

Всю свою жизнь Колумб был уверен в том, что бросит якоря своих каравелл у мраморных набережных китайского города Квинсая (Ханчжоу) с его 1600 тысячами домов, 12 тысячами мостов и тремя тысячами роскошных бань.

Отправляясь в первый поход в 1492 году, адмирал с восторгом перечитывал данные ему верительные грамоты к «Великому китайскому хану» и иным властелинам Востока. В плавании Колумба участвовали не только знатоки золота, пряных растений и благовонных смол Китая, но участвовали и толмачи, знавшие несколько восточных языков, в том числе — что весьма примечательно — армянский.

Стараясь найти «западный» — морской и, как ему представлялось, весьма короткий путь в Индию и Китай, Колумб, конечно, знал и о «восточных», сухопутных, дорогах в эти страны.

Великий сухопутный путь в Китай начинался в Кафе (Феодосии) и Солдайе (Судаке), шел через Дон, Волгу, Астрахань, Яик, Ургенч, Отрар, Или, озеро Лобнор, реку Желтую и заканчивался у ворот Канбалыка (Пекина). Дон и Астрахань, в свою очередь, через Шемаху были связаны с Бассорой на Евфрате, откуда к устью Дона стекались сокровища Индии. Итак, знал ли Колумб что-нибудь о Руси?

Установлено, что Колумб обращался за советами к знаменитому итальянскому ученому Паоло Тосканелли, который, собирая сведения по географии Азии, виделся с русскими людьми, обитавшими «неподалеку от истоков Танаиса». Кроме того, Тосканелли пользовался устными сообщениями русских, когда вычислял протяженность материка Азии с запада на восток. Он мог поделиться полученными им сведениями с Колумбом.

Очень ценил Христофор Колумб знания Леонардо да Винчи. Гениальный ученый и художник обладал довольно обширными сведениями о пути от Гибралтара к устью Дона, интересовался Азовским, Черным и Каспийским морями. Все это было связано с поисками дорог в Индию.

Одержимый мыслью о «западном пути», Колумб ревностно изучал чертежи Земли. В его руках побывала знаменитая карта мира итальянского ученого фра-Мауро.

Начертанный в 1457–1459 годах в Эмилианских Апеннинах рукою брата Мауро земной круг поражал современников полнотой сведений. На севере мира была обозначена Пермия, на юге — оконечность Африки. Колумб впервые увидел на этой карте Волгу, Сарай, Сибирь, Самарканд и даже рисунок соляной горы на месте теперешней Илецкой защиты. Страна Монгул и «озеро Катай» неподалеку от Пекина, окраина Азии, обращенная к океану… Чертеж покрывали причудливые изображения церквей Руси, ворот Ургенча, стен Астрахани, минаретов ордынских городов. На карте были запечатлены звенья «восточного пути» в Китай и «Три Индии».

Источники карты фра-Мауро до сих пор не разгаданы. На мой взгляд, их следует связать с пребыванием русских в Этрусских Апеннинах. Это были участники Флорентийского собора, москвичи и суздальцы, хорошо знавшие историю недавних скитаний своих земляков во владениях Тамерлана.

Карту фра-Мауро в Лиссабон доставил итальянец Стефано Гривиджано. Заметим, что другой представитель фамилии Тривиджано первым описал, как выглядел Колумб. Еще одного Тривиджано мы знаем как «Тревизана», побывавшего при жизни Колумба в Москве, в Орде, на «восточной» сухопутной дороге в Индию.

Историки эпохи великих открытий и биографы Колумба должны отыскать фамильный архив дипломатов Тривиджано в Венеции. Там можно найти данные о Руси, Золотой орде, Крыме, Египте, Испании, о путешествиях и плаваниях генуэзцев и венецианцев — современников Христофора Колумба. Вполне возможно, что многое из этих сведений было известно великому мореплавателю.

Знала ли Русь во времена Колумба об открытиях западноевропейских путешественников и мореплавателей?