Корейская война закончилась победой как для КНДР, так и для Республики Корея. Обоим государствам, в течение некоторого периода почти полностью оккупированным вражескими войсками, удалось практически полностью отстоять свои территории. В южнокорейской историографии, правда, факт победы передается чуть более скромным выражением: «преодоление государственных трудностей». В любом случае и Корейская Народно-Демократическая Республика, и Республика Корея продолжили свое развитие в направлениях, определенных при основании каждого из государств. Подобный исход войны в условиях паритетного противостояния недавно сформировавшихся социалистического (во главе с СССР) и капиталистического (во главе с США) лагерей был объективно предопределен.
Однако Соглашение о перемирии от 27 июля 1953 г., будучи по своему характеру временным, не принесло долгожданного мира. Два корейских государства по-прежнему не признавали друг друга и объявляли своей территорией весь Корейский полуостров, который с этого времени стал постоянным источником нестабильности в Восточной Азии. Корейская война окончательно закрепила разделение полуострова на два враждебных государства, являвшихся азиатскими форпостами двух военно-политических блоков. Из-за вынужденной или добровольной миграции населения с севера на юг и наоборот появилось большое количество разделенных семей, когда дети и родители, братья и сестры оказались по разные стороны от демаркационной линии. После войны проблема объединения Кореи стала важнейшей и практически неразрешимой задачей правительств обоих государств. Последующие 30-40 лет XX столетия принесли двум Кореям лишь первые робкие шаги на пути межкорейского сближения. Только начиная с 1990-х годов межкорейские отношения вступили в фазу активных контактов.
За хрупкий мир и право КНДР и Республики Корея продолжать строить общество своего типа была заплачена очень дорогая цена. За годы войны общее число погибших достигло 1,5 млн человек, а раненых — 360 тыс., многие из которых на всю жизнь остались калеками. Северная Корея была полностью разрушена американскими бомбардировками, так что в конце Корейской войны американское военное командование официально заявило, что в Северной Корее «больше нет объектов для бомбардировки». Там было уничтожено более 8 700 промышленных предприятий, более 600 тыс. жилых домов. Ущерб, нанесенный экономике КНДР, оценивался в сумму, превысившую 420 млрд вон.
Несмотря на то что Южная Корея не подвергалась таким разрушительным бомбардировкам, как Северная, ущерб, который страна понесла от боевых действий, также был достаточно велик. За годы войны в Республике Корея было разрушено 44% зданий, уничтожено 42% промышленного оборудования, 68% промышленных предприятий. Экономический кризис был настолько велик, что к началу 1953 г. ценность национальной валюты (так же, как и в Северной Корее, именовавшейся вона) упала в 11 раз, поэтому в феврале 1953 г. правительство было вынуждено провести денежную реформу. Цены за годы войны выросли в 18 раз. Общий экономический ущерб, нанесенный Республике Корея, оценивается суммой в 3 млрд долларов США.
После войны в Южной Корее значительно усилилась антикоммунистическая идеология, что отрицательно отразилось на развитии демократического движения.
В годы войны также имела место масштабная миграция населения, связанная с изменением границ демаркационной линии, добровольным переходом в Северную или Южную Корею сторонников левых или правых сил (одновременно с поочередным отступлением войск Севера и Юга), а также в связи с насильственной депортацией населения на Север (до 83 тыс. человек; относительно Юга сведения отсутствуют).
Другим немаловажным итогом Корейской войны стало возвращение на Корейский полуостров американских вооруженных сил, что противоречило ст. 4 Соглашения о перемирии, в которой говорилось о необходимости вывода из Кореи всех иностранных войск. 1 октября 1953 г. был заключен корейско-американский Договор об обеспечении взаимной безопасности, согласно которому на территории Республики Корея должны были быть расквартированы американские войска. Присутствие вооруженных сил США на Корейском полуострове, с одной стороны, защищало Южную Корею от «агрессии с Севера», т. е. на первых порах в известной степени служило гарантом мира. С другой стороны, в Республике Корея начался процесс частичной американизации корейской культуры, который оценивается достаточно негативно самими южными корейцами. В-третьих, со временем факт наличия в Южной Корее американских вооруженных сил стал важнейшим препятствием в межкорейском диалоге и из гаранта мира (в связи с изменением внутрикорейской и международной обстановки) превратился в фактор нестабильности.
С конца 1953 г. Республика Корея и Корейская Народно-Демократическая Республика стали развиваться как два независимых, совершенно не связанных и взаимно не признающих друг друга враждебных государства, населенные одной нацией, имевшей некогда единую историю.
Северная Корея оказалась в уникальном геополитическом положении, будучи окруженной тремя сильнейшими державами мира: с юга — враждебными США, контролировавшими всю систему обороны Южной Кореи, а с севера — Китаем и СССР, отношения с которыми со временем заметно охладели. Поэтому Северная Корея была вынуждена тратить много сил и выделять большие средства, чтобы развивать свои вооруженные силы.
Южная Корея стала фактически островным государством, отделенным от внешнего мира с запада, юга и востока морями, а с севера — наглухо закрытой демаркационной линией. Для поддержания порядка в разрушенной стране и восстановления экономики Ли Сынман пошел по пути усиления единоличной власти, которую сами южные корейцы стали воспринимать как диктатуру.
Глава 4. ЮЖНАЯ КОРЕЯ НА ПОРОГЕ «ЭКОНОМИЧЕСКОГО ЧУДА»: КОНЕЦ ПРЕЗИДЕНТСТВА ЛИ СЫНМАНА, «АПРЕЛЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ» И ВТОРАЯ РЕСПУБЛИКА
Новый исторический период, начавшийся в 1953 г., после окончания Корейской войны, и завершившийся в 1961 г. с приходом к власти «диктатора» Пак Чонхи, был очень важным для Южной Кореи. Он во многом определил дальнейший путь ее развития. Во-первых, именно в это время назревало и затем реализовалось первое выступление народа Республики Корея против собственного правительства, которое обозначило новый этап его национальной и политической зрелости и показало объективную необходимость будущих демократических преобразований. Во-вторых, несмотря на тяжелое экономическое положение страны, именно в этот период стали укрепляться и набирать силу структуры, ставшие основой для последующего рывка в развитии ее экономики.
§ 1. Первая Республика после Корейской войны
В преддверие Корейской войны Ли Сынман стал стремительно терять свою популярность как среди корейских политиков, так и в народных массах. Поскольку корейское Национальное собрание[313], избиравшее президента страны и имевшее полномочия вносить поправки к Конституции, создавалось исходя из партийной принадлежности кандидатов, выставлявших свои кандидатуры на выборах, Ли Сынман решил создать свою политическую партию. Корейская война, в ходе которой президент страны был наделен особыми полномочиями, давала хорошие шансы Ли Сынману укрепить власть.
Еще в конце 1951 г., когда линия фронта стабилизировалась в районе 38-й параллели, ряд политических организаций, как входивших в парламент, так и не представленных в нем, создали Подготовительный комитет для образования новой партии. Однако сразу же две группировки в новом Комитете разделились на две враждующие части. Поэтому 23 декабря 1951 г., в день образования новой «пролисынмановской» партии, фактически было образовано две партии с одним и тем же названием — «Либеральная партия» (дословно: «Партия свободы» — Чаюдан). Только к лету 1952 г. удалось частично преодолеть противостояние, и руководство партией взял на себя Ли Бомсок (1900-1972) — известный борец за независимость Кореи. С 1941 г. он исполнял обязанности начальника штаба Армии возрождения (Кван-боккун), а после образования Республики Корея возглавил новое правительство (одновременно, чуть более полугода, занимая должность министра обороны), а в 1952 г. был министром внутренних дел.
5 августа 1952 г. должны были состояться вторые президентские выборы. Несмотря на создание лояльной Ли Сынману, но еще слабой Либеральной партии, парламентское большинство было далеко не на стороне Ли Сынмана. Поэтому старая система выборов президента через парламент означала практическую невозможность для Ли Сынмана быть переизбранным на второй срок. Поэтому при поддержке Либеральной партии с конца 1951 —начала 1952 г. в Национальное собрание стали вноситься предложения об изменении Конституции и введении прямых президентских выборов. Поначалу они не получили должной поддержки. Однако, воспользовавшись военным положением, 26 мая 1952 г. Ли Сынман смог отправить за решетку 47 оппозиционных членов парламента. В результате 4 июля 1952 г. поправку к Конституции удалось принять. На августовских выборах президента Ли Сынман был выдвинут кандидатом от Либеральной партии. На пост вице-президента претендовал Ли Бомсок.
Августовские выборы принесли Ли Сынману победу. Возможно, в его популярности среди народа свою роль сыграл факт удачного вовлечения в Корейскую войну войск ООН, которые помогли отстоять территорию Республики Корея. С другой стороны, Программа Либеральной партии, адресованная прежде всего «рабочим, крестьянам и имеющим совесть предпринимателям» и обещавшая «покончить с эксплуатацией»[314], также способствовала определенной популярности партии в народе.
После окончания Корейской войны Ли Бомсок попытался привлечь в Либеральную партию своих сторонников из некогда возглавляемого им Союза демократической молодежи (Минчжок чхоннён-дан). Его попытка занять лидирующие позиции в южнокорейской политике привела к конфликту с Ли Сынманом, который был вынужден в сентябре 1953 г. исключить Ли Бомсока из партии. Либеральная партия оказалась на грани развала. Однако 5-й Съезд Либеральной партии, созванный в марте 1954 г., передал руководство непосредственно Ли Сынману. Его заместителем стал Ли Гибун (1896-1960), ближайший соратник Ли Сынмана, занимавший с 1951 г. пост министра обороны.
Укрепившая свои ряды Либеральная партия смогла одержать победу на очередных (третьих) парламентских выборах, которые проходили 20 мая 1954 г. Согласно южнокорейской историографии, Либеральная партия смогла получить 2/3 (137) мест в парламенте во многом благодаря не совсем демократическим методам проведения выборов и привлечению полиции.
Таким образом, с середины 1954 г. Ли Сынман на время значительно укрепил свою власть и смог приступить к дальнейшему пересмотру Конституции, направленному на укрепление власти президента. Новая, вторая по счету группа поправок была принята 27 ноября 1954 г. большинством в 2/3 голосов (135 из 203)[315] и опубликована 29 ноября того же года. Таким образом, на следующих президентских выборах 15 мая 1956 г. Ли Сынман должен был одержать победу.
Однако его политика, направленная на усиление собственной авторитарной власти, и неэффективные шаги в сфере экономики вызывали у населения Южной Кореи все большее недовольство. 18 сентября 1955 г. из бывшей Демократической гражданской партии (Минчжу кунминдан) была образована оппозиционная Демократическая партия (Минчжудап). В первом пункте ее Программы указывалось на необходимость борьбы с диктатурой (т. е. «диктатурой» Ли Сынмана) и развитие демократии. Партию возглавил Син Икхи (1896-1956), известный деятель движения за независимость, бывший член Временного правительства Республики Корея в эмиграции, соратник Ким Гу. Следует отметить, что в современной южнокорейской историографии деятельность Демократической партии как оппозиционной лисынмановскому режиму оценивается весьма положительно, в отличие от советской, в которой деятельность партии называют отражением интересов национальной буржуазии. Тем не менее в третьем пункте Программы партии говорилось о необходимости распределения благ в соответствии с принципами общественной справедливости и повышения уровня благосостояния крестьян, рабочих и других представителей трудовых масс. По-видимому, в 1950-е годы в Южной Корее, несмотря на провозглашенную политику антикоммунизма, левые идеи еще оставались достаточно популярными как в народе, так и среди политиков, которые пользовались ими для достижения поставленных целей.
Очевидно, Программа Демократической партии оказалась достаточно привлекательной для народа. В ходе предвыборной президентской кампании 1956 г. Син Икхи — кандидат на пост президента от Демократической партии, пользовался большой популярностью в народе. Однако всего за 10 дней до выборов, 5 мая 1956 г., по пути в провинцию Чолла Син Икхи скоропостижно скончался от кровоизлияния в мозг. Партия оказалась практически безоружной в борьбе против диктатуры Ли Сынмана. Большие надежды возлагались на Чан Мена (1899-1966), который в 1951 г. непродолжительное время возглавлял кабинет министров Республики Корея и был выдвинут на пост вице-президента от Демократической партии.
Президентские выборы 15 мая 1956 г. принесли Ли Сынману победу. Он сумел набрать более 5,046 млн голосов. Вторым по количеству набранных голосов стал Чо Бонам (1898-1959), который представлял «Комитет по продвижению Партии прогресса», созданный 26 января 1956 г., за несколько месяцев до выборов. Сама Партия прогресса (Чинбодан) окончательно оформилась лишь в ноябре 1956 г. Чо Бонам набрал 2,163 млн голосов. Более 1,856 млн голосов было отдано за умершего Син Икхи, чье имя, очевидно, не успели изъять из бюллетеней. Эти голоса были признаны недействительными. Следовательно, Ли Сынман набрал всего 52% голосов, если учитывать голоса, отданные за покойного Син Икхи (или 70%, если не брать их в расчет). Иными словами, победа Ли Сынмана была очень непростой. В южнокорейской историографии отмечается, что перед выборами Ли Сынман прибегал к таким методам давления, как террор, шантаж, подкуп. На выборах вице-президента победил представитель Демократической партии Чан Мен, набравший 4,012 млн голосов и значительно опередивший Ли Гибуна, кандидата от лисынмановской Либеральной партии.
Таким образом, третьи президентские выборы, несмотря на изменение Конституции страны, наглядно продемонстрировали все большее падение популярности Ли Сынмана. Не за горами было новое испытание на прочность его власти: парламентские выборы, намеченные на май 1958 г. Следующий после президентских выборов 1957 год показал, что кроме Демократической партии у Ли Сынмана появился новый серьезный противник — Партия прогресса, лидер которой — Чо Бонам получил достаточно сильную поддержку на предшествующих президентских выборах. В ее Программе, ставившей своей целью как процветание национального капитала, так и улучшение жизни крестьян, рабочих и деятелей культуры, в качестве важнейшей задачи выделялась борьба против коммунистической диктатуры и «диктатуры капиталистов и гнилых элементов», т. е. Ли Сынмана.
В начале 1958 г. Ли Сынман предпринял ряд шагов для того, чтобы силой расправиться с возможными будущими конкурентами. В середине января 1958 г. были арестованы Чо Бонам и ряд руководящих работников Партии прогресса. Их обвинили в шпионаже в пользу КНДР, а также в поддержке антигосударственных северокорейских предложений по мирному объединению страны. Трудно сказать, насколько справедливыми были выдвинутые обвинения, однако биография Чо Бонама давала хороший повод для того, чтобы с легкостью расправиться с ним. В 1925 г. он входил в число руководителей Корейской коммунистической партии, а затем в течение двух лет обучался в Москве в Коммунистическом университете трудящихся Востока. 25 1 февраля 1958 г. Партии прогресса было отказано в продлении регистрации, и она прекратила дальнейшее существование.
Тем не менее парламентские выборы (четвертые по счету), проведенные 2 мая 1958 г., еще больше пошатнули власть Либеральной партии и Ли Сынмана. В принципе, Либеральная партия, получившая 126 мест в парламенте, составляла большинство. Кандидаты от Демократической партии смогли получить 79 мест, от Партии единства (Тхонилъдан) — 1 место и беспартийные — 27. Однако итоги выборов показали, что в большей части городов правящая Либеральная партия больше не имела поддержки. Например, в Сеуле из 16 избирательных округов в 14 победу одержали кандидаты от оппозиционной Демократической партии.
Таким образом, новые президентские выборы, намеченные на 1960 г., несмотря на все предпринимаемые меры, могли закончиться поражением Ли Сынмана, не желавшего оставлять президентский пост. Правящие круги не имели другого выхода, кроме как продолжать репрессивную политику, направленную против оппозиции. Именно поэтому в апреле 1959 г. была закрыта наиболее оппозиционно настроенная газета «Кёнхян синмун» («Столичная и провинциальная газета»), обвиненная в публикации серии статей, «неверно» излагавших факты из политической жизни Южной Кореи того времени.
Однако к 1959 г. недовольство Ли Сынманом и его политикой стало приобретать все большие масштабы. Если в 1956-1958 гг. число крупных антиправительственных выступлений трудящихся находилось на уровне 32-45 в год, то в 1959 г. оно достигло 95 выступлений.
К этому времени у южнокорейского народа было достаточно причин для того, чтобы быть недовольным политикой властей. Не вызывала особого оптимизма идея повторного «похода на Север».
Однако наибольшее неприятие у народа вызывала политика Ли Сынмана в сфере экономики, которая получила название «экономики [основанной на] помощи» (вончжо кёнчже), поскольку она строилась главным образом на помощи со стороны США. Многие из тех, кто в годы Корейской войны перешел на Юг, раскаивались в своем поступке и завидовали тем, кто остался на Севере, успешно и в короткие сроки восстановившем народное хозяйство.
[313] С 1950 до 1961 г. верховный орган власти Республики Корея назывался Верховной народной палатой (Тэмин ыйвон). Однако в настоящей книге для удобства изложения материала он именуется Национальным собранием — по названию, принятому с 1948 по 1950 г. и впоследствии, с 1961 г. Подобному «упрощению» названия корейского парламента следует и южнокорейская историография.
[314] Наиболее важные выдержки из документов, освещающих историю Республики Корея в 1945-1990 гг., удачно представлены в южнокорейском сборнике материалов «Хангук хёндэса каный (Лекции по новейшей истории Кореи)» (Сост. Ким Инголь и др. Сеул, 1998), а также в сборнике «Сарёро понын 20 сеги Хангукса (История Кореи XX века, представленная в исторических материалах)» (Сост. Ким Самун. Сеул, 1997).
[315] Современная южнокорейская историография оценивает принятие второй группы поправок к Конституции страны как незаконное, поскольку для достижения полных 2/3 голосов было необходимо, чтобы за поправки проголосовало 136 человек.