Она глядела на Жемчужину, которая выполняла свой утренний ритуал омовения, расположившись в пятне солнечного света на стапелях под ними. Время от времени на мелководье всплескивала рыба, и тогда кошка останавливалась и замирала, держа пистолетом поднятую ногу, а потом возвращалась к своему занятию.
Селина сказала:
— В тот день когда Томеу привез нас в Каса Барко, тут были два рыбака, они чистили рыбу, и Томеу заговорил с ними.
— Это был Рафаэль, двоюродный брат Томеу. Он держит свою лодку в сарае по соседству с моим.
— В деревне что, все родственники?
— В большей или меньшей степени. Хуанита принесла тебе подарок.
Она повернулась и посмотрела на него; длинные пряди волос, выбившиеся из узла, свешивались ей на шею словно кисточки.
— Правда? А что это?
— Иди и посмотри.
— Я с ней уже здоровалась, но она ничего не сказала про подарок.
— Это потому, что она не говорит по-английски. Иди скорей, ей не терпится тебе его вручить.
Селина скрылась в доме. До него донеслись обрывки их забавного разговора, а потом она снова вышла на террасу, неся корзину, покрытую белым полотенцем.
— Апельсины.
— Las naranjas, — сказал Джордж.
— Они так называются? Как я поняла, их передала Мария.
— Муж Марии выращивает апельсины.
— По-моему, это ужасно мило с ее стороны.
— Надо пойти и поблагодарить ее.
— Но как мне это сделать — я же не знаю испанского! Сколько времени ты его учил?
Он пожал плечами.
— Месяца четыре. Когда поселился здесь. До этого не знал ни слова.
— Но ты говорил по-французски.
— Да, французский я знал. И немного итальянский. Итальянский мне здорово помог.
— Мне надо постараться выучить несколько слов.
— Могу одолжить тебе учебник грамматики — почерпнешь из него пару полезных глаголов.
— Я знаю, что Buenos dias значит доброе утро…
— A Buenas tardes — добрый день, a Buenas noches — добрый вечер.
— Еще Sí — это значит да.
— A No значит нет — гораздо более полезное слово для юной девушки.
— Уж это-то я запомню, пускай у меня и куриные мозги.