— Песня у нас, пионеров, тогда хорошая про картошку была. Не знаете ее?
— Я по радио слышал, — сказал Нолька.
А мы все закричали:
— Спойте, дядя Саня!.. Спойте, спойте!
Дядя Саня засмущался и закашлялся.
— Да у меня, ребята, ни голоса, ни слуха… Ну да ладно… Только — условие: всем подпевать!
И запел. А сам улыбается, такой веселый стал и, правда, на пионера сделался похож.
И мы все дружно подпеваем: «Дал-дал…»
Дядя Саня дальше:
Так распелись, что и в самом деле картошки захотелось. Даже Борька Скутальковский забыл, что он нам уже не компания, и вовсю с нами пел. В воздухе прохладно сделалось, а от костра теплом веет, и красные языки пламени змейками в ночи вьются.
— Ну, конечно, пионеров идеал уже готов, — сказал дядя Саня и стал палкой разгребать костер. Он высвободил железный ящик, подвинул его к себе и сбросил крышку.
— Ахалай-махалай! Отлично фокус удался! — воскликнул дядя Саня. — Смотрите, какое волшебство! — И он, стараясь не обжечься, стал ловко выхватывать из своей духовки одну за другой картофелины и кидать их на траву. Мы посмотрели на картошку и ахнули. Ну прямо как в сказке! Каждая будто маленькими драгоценными камешками усыпана, и они от огней костра так и сверкают.
— Спокойно! — предупредил дядя Саня. — Пусть немного поостынет. Думаете, что за чудеса? Это соль кристалликами выступила. Попробуете — увидите, что за объедение.
У нас слюни текут, дождаться не можем, хотя и все дома ужинали. Наконец дядя Саня командует:
— Теперь разбирать! Не жадничать, по одной! Не обжигаться!
Попробовала я — вкуснота!.. Ну, честное пионерское, получше всяких апельсинов. Шкурка хрустит, соль язык щиплет… Так нам эта картошка с кристалликами понравилась, что мы умолкли, — слышно было лишь почавкивание. А костер наш тем временем уже догорел.
Валёнка говорит:
— Давайте до утра жарить. Мы с Нолькой картошки найдем.
Но дядя Саня головой покачал:
— Хорошего помаленьку, Другой раз соберемся, еще испечем. — Потом помолчал и сказал: — Компания, как я посмотрю, у вас тут хорошая подобралась, а чем занимаетесь?
Лина Чик рассмеялась и говорит:
— Чем же нам заниматься? Играем…
— А во что?
— Во что придется, — отвечаем, — в казаки-разбойники, в партизан…
— Девчонки в «мамы-папы»! — крикнул Нолька.
— И всё? — спрашивает дядя Саня.
— А во что же еще?
Но Борька Скутальковский перебил нас:
— Это они. Я не играю.
— А ты что делаешь?