Простые слова: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В древнем сборнике поучений, посвященном вопросам морали, приведены четыре точки зрения на имущественные отношения. Вот одна из них: «[Тот, кто говорит] “Мое — мое, а твое — твое”, — обыватель; некоторые [авторитеты] считают, что таким было мнение жителей Содома»[8]. Такая мораль может привести к разгулу насилия и жестокости. Люди, для которых не существует понятие «Небеса», могут однажды обнаружить, что под ногами у них нет и той земли, по которой они могли бы уверенно ступать.

Легко ли постичь столь многомерное добро? Наверное, нет; но сам поиск его делает людей лучше.

Дух и материя

Мы, люди, — существа с двойственной природой. Подобно лягушкам, комфортно обитающим как в воде, так и на суше, мы живем в двух мирах: материальном и духовном — и ощущаем разницу между ними так же безошибочно, как самый крохотный лягушонок — разницу сред. Однако, несмотря на то, что мы постоянно скачем из одного мира в другой, мы никогда не уверены в результате прыжка, потому что один из этих миров ощутим и нагляден, а другой бесплотен и эфемерен.

В первом из них каждый человек из плоти и крови способен чувственно воспринимать материальные аспекты существования, и иногда нам представляется, что жизнь именно в этом мире — единственная реальная действительность. Мы воспринимаем запахи и слышим звуки, благодаря зрению узнаем окружающее, однако самым элементарным и надежным способом знакомства с ним остается осязание: раз это можно потрогать — это существует. Хотя в то же время нам точно известно, что не все объективно существующее мы в состоянии ощутить, — к примеру, радиоактивное излучение или вирус. Тем не менее, мы упрямо продолжаем считать реальными только те предметы, которые поддаются данному нам от природы чувственному восприятию.

С другой стороны, мы являемся частью нематериального мира. Этот абстрактный, неосязаемый мир не менее реален, чем первый, и мы обитаем в нем, одновременно пребывая в мире материальном. К сожалению, слово «духовный» стало одиозным, к тому же оно слишком часто звучит из уст всякого рода ненадежных людей, начиная от пожилых леди с затуманенными глазами, вещающих о духах, и кончая знахарями, торгующими «духовными» лекарствами и поделками, которые будто бы сделают нас мудрее, красивее, удачливее и стройнее. Вся эта болтовня о духовном мире порой доходит до полного абсурда, поэтому нет ничего удивительного в том, что многие стараются держаться от рассуждений о нем подальше.

Наш духовный мир естествен и реален. Не стоит сводить его к обиталищу привидений и духов, ангелов-хранителей и демонов. Первая и главная его функция — быть вместилищем мыслей, положительных и отрицательных эмоций, информации, полученной из книг, услышанной музыки, осознания собственного существования и своего отношения к другим. Все это невозможно ни потрогать, ни взвесить, однако нельзя отрицать, что способность к такой аккумуляции реальна и присуща большинству людей. Все вышеперечисленное и составляет в совокупности наш духовный мир.

На самом деле понятия «дух» и «материя» очень просты, в них нет ничего мистического. Мы все духовны и материальны одновременно: с одной стороны, каждый из нас наделен телом и теми органами чувств, которыми воспринимается материальное, с другой стороны, каждый является носителем духа, воплощенного в мышлении и эмоциях. Два параллельно существующих мира проявляются с разной интенсивностью в зависимости от ситуации. Проведенная выше аналогия с земноводными не вполне корректна, наша природа гораздо сложнее — ведь человек живет в обоих мирах одновременно: в одном находится его тело, а в другом — разум, постоянно взаимодействующие.

Восприятие мира и самого себя, основанное на том, что наше существование в первую очередь материально, а реальность осязаема, не присуще человеку от рождения и не является естественным, т. е. само собой разумеющимся. Такое восприятие основано на культурных максимах, которые мы впитываем с детства. С пеленок нам внушают, что мечты, мысли и сны не функциональны и не имеют практического смысла. Мы, в свою очередь, передаем нашим детям (и не только на словах), что реальностью считается только то, что можно потрогать и измерить, как бы говоря им: «То, что нельзя ощутить, — не имеет значения». В нашей культуре принято наказывать ребенка, разбившего чашку, волноваться, если он порезал палец, но его сны и мечты не привлекают наше внимание. Таким образом, мы ненамеренно, но последовательно приучаем дитя к мысли, что духовным можно пренебречь. Подобное воспитание имеет множество положительных сторон с точки зрения биологического выживания, ведь кошки, приматы и другие животные в естественных условиях просто не могут позволить себе жить вне материальных реалий, витая в мечтах (если они у них есть). Но крайне сомнительно, так ли необходимо подобное качество людям. Игнорируя значимость нефизического мира, мы обманываем самих себя. Если мне в голову лезут мысли об ангелах, их, эти мысли, можно, конечно, выбросить из нее, объясняя это тем, что данный вопрос нас сейчас не должен интересовать, однако вовсе избавиться от духовного аспекта человеческого существования нам не дано, ведь у нас есть сознание, а его сущность — духовная.

Что же такое духовность, что входит в это понятие? Религиозные и философские идеи, несомненно, являются частью духовной сферы существования, но ими отнюдь не исчерпывается определение. Термин «духовный» охватывает множество аспектов, включая и те, вполне материалистические, которые представляют собой конечный результат духовных процессов. Разум, понимание, расчетливость, способность вычислять и планировать, так же как способность любить и ненавидеть, — все это составляет наш внутренний мир, являясь частью нашей духовной сущности.

Все вышесказанное не является популярным изложением идеалистической (в противоположность материалистической) философии. При желании каждый может возразить, что названное мною духовным миром — как разум, так и чувственное восприятие, — это результат химических и физических процессов, происходящих в клетках мозга, и эта точка зрения не противоречит объективной картине мира. Но даже при этом подходе очевидно, что результатом мыслительного процесса могут явиться нереальные вещи, например сны, и необходимо постоянно допускать вероятность ошибок в рассуждениях и обмана чувств. Мы вынуждены контролировать, проверять и корректировать получаемую информацию, не полагаясь на свой внутренний мир, какая уж там реальность духовного!

Однако мнение, согласно которому духовный мир воспринимается только с помощью разума и никак иначе, ошибочно. Нельзя не согласиться с тем, что духовный мир открывается нам в результате электрохимических процессов в нашей плоти, но, как сформулировал однажды Анри Бергсон, тот факт, что одежда висит на вешалке, падает и перемещается вместе с ней, не означает, что вешалка важнее или что платье и вешалка теперь составляют одно целое. Является ли реальным духовный мир? Да, он так же реален, как все сущее. К сожалению, к нему нельзя прикоснуться и потрогать его, как невозможно потрогать запах или магнитное поле; его невозможно увидеть — он невидим, как звук трубы. И все же его можно почувствовать и измерить, проверить и определить при помощи адекватных ему инструментов восприятия и измерения.

Со школьной скамьи мы усвоили, что мышление — процесс, подчиняющийся определенным правилам и законам. Однако не стоит забывать, что хотя можно думать о высоком и прекрасном, о низком и недостойном, лениво мечтать или размышлять, невозможно не думать вовсе, пока наше тело функционирует нормально. Оба мира, материальный и духовный, настолько тесно связаны, что практически невозможно, находясь в сознании, пребывать только в одном из них, избегая при этом влияния другого.

Весь наш внутренний мир, не данный нам в ощущениях, может рассматриваться как духовное явление, и большая часть нашего «Я» попадает под это определение: характер, мысли, сны, мечты, чувства, — и это относится не только к гигантам духа, но к каждому человеку. С точки зрения материального мира все вышеперечисленное, не будучи материальным объектом, просто не имеет смысла.

Разговаривая друг с другом, люди производят звуки, которые сами по себе, вне человеческого сознания, не имеют значения и лишь будучи воспринятыми разумом, во взаимодействии с предшествующим опытом и ранее полученными знаниями обретают смысл. Рассказывая что-либо, передавая информацию, я тем самым знакомлю собеседника с некой нематериальной сущностью, до тех пор неизвестной ему. Таким образом, хотя общение представляет собой совокупность физических процессов, таких как речь, мимика и т. д., оно носит духовный характер.

Подданство и лояльность, социальная вовлеченность и отчуждение личности — все это нематериальные категории. Мы постоянно создаем и разрываем духовные отношения, хотя и не привыкли рассматривать их под таким углом зрения. В отличие от того, как это воспринимается массовым сознанием, материальный аспект не играет столь уж важную роль в отношениях между людьми. Даже партнерство в бизнесе есть не что иное, как духовное соглашение, а не сугубо материальная связь, как многие считают. Если мы видим двух людей, пожимающих друг другу руки, то должны понимать, что не сам процесс рукопожатия является основой их отношений. Чем интимнее отношения между людьми, тем большую роль играет в них духовный аспект.

Несомненно, что любовь — понятие нематериальное, так же как и отношения между любящими. Они могут иметь материальное выражение, но само чувство и связанные с ним эмоции лежат в сфере духовного. Именно на нематериальных отношениях основано понятие семьи. Ненависть, зависть, радость и все остальные эмоции не принадлежат материальному миру, хотя и могут быть направлены на материальный объект. Те, кого мы любим или ненавидим, имеют конкретное воплощение, но любовь и ненависть — часть духовного существования.

Успех, удачу, везение нельзя мерить материальными мерками — это духовные категории, оценка реальности как самим человеком, так и другими людьми. Сила вождя, лидера основана на духовном влиянии, а не на материальном, — сильный лидер не обязательно может быть способен поднять вес в сто килограммов. Даже такая исчисляемая вещь, как богатство, во многих отношениях нематериальна. Ведь это не только конкретные денежные суммы, но и понятие собственности, лежащее в области духовного, так же, как негласное соглашение о том, что деньги являются мерилом ценности других вещей.

Наша реальность имеет одновременно как физическую, так и духовную стороны. Нам, людям, эта двойственность восприятия присуща с рождения. Мы не выбираем, в каком из двух миров будем жить, выбор предопределен нашей природой и состоит для каждого из нас в решении вопроса о шкале ценностей, месте духовного начала на ней. Не вдаваясь в глубокие философские рассуждения, можно сформулировать его так: является ли человек изначально материальным существом, наделенным некой толикой духовного, или же духовная сущность человека первична и лишь раскрывается в четырехмерном физическом пространстве? Нам остается только выбрать, какой из этих подходов для нас предпочтительнее.

В физическом мире мы, как правило, сами избираем для себя место обитания. Я, к примеру, могу захотеть провести всю жизнь в подвале или, наоборот, в мансарде; в городе или деревне — все зависит от собственного выбора и обстоятельств. В другом же мире, духовном, где все имеют равные возможности, у нас несравненно большая свобода действия, ведь субъективная реальность нашего внутреннего мира включает в себя всю вселенную, которая по определению намного больше, чем собственно материальный мир. Границы физического присутствия не беспредельны, а законы, распространяющиеся на материальные объекты, намного строже и стабильней, чем законы нематериального, духовного существования.

Так, мое желание ударить кого-нибудь ограничивают как законодательство, так и собственные возможности. Намного свободнее я могу действовать в области духа: проклинать доступнее, чем оказать физическое воздействие. Многие аспекты материального существования находятся за границами возможностей воздействия человека и не подчиняются нашим желаниям и контролю. Мы не выбираем место своего рождения, а переезды не всегда даются нам легко. Дорога до ближайшего города может занять не один час, в то время как на путешествие в соседнюю галактику при помощи воображения уйдет мгновение. Чтобы совершить такое путешествие, не нужно даже шевелить пальцем. Нравится нам это или нет, но все люди — духовные существа. Где будет находиться мое тело — в саду или в сточной канаве, — зависит только от моего желания. То же относится и к духовному миру: каждый из нас сам выбирает, будет ли книга его жизни детективом, скандальной хроникой или священным текстом.

Существуют определенные духовные пределы, столь же реальные, как если бы это были физические границы. Некоторые из них можно преодолеть, некоторые нет, по крайней мере, в этой жизни. Например, в школе, нравится нам это или нет, мы вынуждены заниматься интеллектуальным трудом, чтением, которое представляет собой перевод материальных символов на язык духовного мира. Некоторые из нас терпеть не могут, когда ограничивают их свободу передвижения; другие точно так же не желают заниматься математикой.

Время нельзя остановить или повернуть назад, поэтому необходимо выбрать, чем именно его заполнить. Так же, в силу невозможности быть одновременно в нескольких местах, надо выбирать между поездкой в Непал и путешествием по Израилю. В сфере духовного происходит примерно то же самое: так как большинство из нас не могут одновременно думать о двух вещах, то неизбежно сталкиваются с необходимостью предпочесть одну из них. Скованные такими рамками, мы вынуждены делать определенный выбор в духовной сфере. Но есть и другие виды ограничений. Вот яркий пример: некоторые люди рождаются слепыми, глухими или лишенными обоняния, а есть те, кто страдает от ущербности духа — им приходится жить в ограниченном духовном мире из-за недостатка образования или интеллектуальной неспособности понять духовные реалии. Есть и принявшие решение не думать о чем-то, не пользоваться или не интересоваться чем-то. В таком случае, намеренно или нет, они делают себя духовно слепыми и глухими, калеками. Кроме того, существуют виды деятельности, которые требуют наличия определенных талантов. Для человека, не обладающего ими, они закрыты. Он может слушать музыку и наслаждаться ею, но при этом не уметь сочинять и воспроизводить ее. В этой сфере, в области музыкальных способностей, он «ущербен».

В духовной сфере люди ведут себя по-разному: некоторые уподобляются животным, другие же достигают значительных высот в раскрытии потенциала своей души. Человек может всю жизнь выглядеть прямоходящим, но духовно быть на уровне лошади: он тащит за собой телегу повседневных занятий, принимает пищу и выделяет отходы жизнедеятельности, совокупляется, спит; при таком образе жизни разница между ним и битюгом — только во внешнем облике. У обоих общие мечты, желания, да и восприятие мира у них может быть сходным.

Курица может провести всю жизнь в крохотном курятнике, там ее кормят, там она несет яйца, поблизости от него ее рано или поздно забьют на мясо. Ее можно пожалеть, но, скорее всего, имей курица способность говорить, она сказала бы, что вполне довольна своей судьбой. Ее жизнь спокойна и безопасна, без тревог и волнений. Человек, далекий от всего духовного, может вести такой же образ жизни и ни о чем не жалеть.

Это не вопрос о добре и зле — скорее, проблема выбора между деградацией или развитием. Например, мы всегда жалеем физически неполноценных людей. При виде умственно отсталых мы испытываем еще более острое чувство жалости. Те же чувства возникают у нас по отношению к слабоумному ребенку, но не из-за его внутреннего состояния (потому что он может ощущать себя абсолютно счастливым, как и любой другой ребенок). На самом деле мы сожалеем о том, что все они не способны использовать и развивать возможности, которые изначально дарованы человеку. Глядя на больного, впавшего в кому, мы не сочувствуем его страданиям (их в этом состоянии не бывает), но удручены деградацией дееспособной личности до состояния полной беспомощности. Духовная деградация порождает то же чувство жалости. Потенциальные духовные возможности каждого огромны; пренебрежение ими не является преступлением, но огорчает.

Если я в состоянии передвигаться, однако не могу реализовать эту возможность, возникает ощущение потери. Если я могу вознестись, но вместо этого ползаю, то чувство то же самое. Не повезло тому, кто вынужден вести подобную нищую жизнь. Такая форма духовной бедности не обусловлена ни материальной нищетой, ни наличием или отсутствием довольства собой и своим местом в мире. Можно жить очень напряженной духовной жизнью и все же не находить в ней удовлетворение, и, наоборот, — духовно нищее существование может сопровождаться ощущением полного счастья, особенно если человеку не с чем сравнивать или не из чего выбирать.

Если бы имелся какой-нибудь способ объективной оценки духовности, он бы позволил измерить несоответствие потенциальных возможностей их воплощению в жизнь. Определить, что такое физическое здоровье, очень просто: это состояние, когда все органы тела нормально и гармонично функционируют в соответствии с заложенным в них потенциалом. Но это в полной мере применимо и к другим сферам бытия. Цельной натурой можно назвать лишь того, чьи достижения соответствуют его способностям и возможностям.

Понятие духовного роста означает, что человек сегодня достиг большего, чем вчера. Имея двойственную природу, он должен провозгласить еще одну Хартию прав человека, на этот раз — духовную. Продекларированная в первой хартии, принятой ООН, неограниченная свобода передвижения и выбора места жительства должна быть распространена и на духовный мир. Для того, чтобы сделать первый шаг, надо осознать, что это реально, оценить свои возможности и пересмотреть иерархию приоритетов в отношениях духа и тела. Это требует осознанного выбора. Нам решать, будут ли эти отношения враждебными, дружественными или нейтральными. Обычно, не желая попасть в неловкое положение, мы стараемся поддерживать равновесие, всячески пытаясь избежать конфликта, стараясь даже мысленно не произносить слово «духовность», потому что этот термин слишком всеобъемлющ и нас это пугает. Если вы поместите крохотное существо в огромном помещении, оно испугается, забьется в угол и не станет исследовать пространство, представляющееся ему безбрежным. Мы точно так же выглядываем из-за плинтуса, привыкая обходиться малым.

Нам самим выбирать, каким образом взаимодействовать с духовным миром. Нам решать, заниматься ли практически применимыми вещами, сконцентрироваться ли на абстрактных идеях или посвятить себя совершению добрых дел и поступков. Выбрав любой из этих путей, мы непременно расширим границы своего духовного «Я». Кто-то станет более продуктивно действовать на своем поприще, кто-то вырастет интеллектуально или эмоционально, научится сопереживать другим. Любой выбор дает толчок раскрытию духовной сущности человека. И интеллектуал, и человек, выбравший путь активного действия на благо окружающим, будут развиваться духовно. Не стоит пытаться решить, кто из них важнее, — это тема для другой дискуссии. Сейчас мы говорим о духе, а не о святости и доброте. Любой из них будет оценен по своей шкале: по влиянию на общество, по степени святости или просто по желанию других людей с ним общаться.

[[8]] Трактат «Авот», 5:10.