История боевого фехтования: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В этот период в тактике ассирийской легкой пехоты произошли серьезные изменения. Рельефы из дворцов ТиглатПаласара III (он же Тугултипалесарр III) и Ассурнасирпала II позволяют нам сделать выводы об умении легкой пехоты быстро перестраиваться и образовывать единый строй для боя с колесницами или конницей врага, что позволяло ей действовать более самостоятельно, независимо от прикрытия и поддержки других родов войск.

В таком строю первую шеренгу составляли аконтисты, прикрывающие своими щитами задние шеренги стрелков. Позади них стояли три шеренги лучников. Для удобства ведения стрельбы воины располагались в шахматном порядке, а метатели дротиков и передний ряд стрелков опускались на колено, что давало возможность одновременно участвовать в обстреле всем лучникам. Пращники находились позади строя, действуя врассыпную, так как их оружие требовало большего пространства для размаха. Оттуда они могли вести только навесной обстрел через головы своих товарищей. Если атака бывала отбита и враг отступал, стрелки и аконтисты вновь рассыпались и вели преследование индивидуально. (170).

Тактика фалангистов осталась без изменений, но улучшилось вооружение. Первую шеренгу щитоносцев теперь составляли воины, облаченные в ламелярные или чешуйчатые доспехи. Остальные ряды копьеносцев были вооружены круглыми щитами и копьями, и одеты в более легкие — "мягкие" доспехи (170; 45).

Колесницы увеличились в размерах и запрягались упряжкой на четырех коней. Экипаж состоял из возницы, лучника, часто облаченного в длинный доспех и двух копьеносцев со щитами. Колесничные отряды теперь могли сочетать в бою стрельбу из лука с действием холодным оружием. В рукопашной копьеносцы могли сходить с повозок и вести бой индивидуально или сформировав строй. Кроме того, при штурме укреплений отряды колесничих оставляли уже ненужные колесницы и продолжали бой в качестве стрелков или аконтистов, укрывшись до момента рукопашной схватки огромными плетеными щитами (45; 103; 170).

Примерно в IX веке до н. э. ассирийцы стали использовать кавалерию как отдельный род войск. Вначале она состояла из отрядов лучников и метателей дротиков, посаженых на коней. Воины постоянно взаимодействовали друг с другом, причем аконтисты придерживали за узду лошадей лучников и прикрывали их щитами, пока те вели стрельбу, стоя на месте или в движении. Позже необходимость в помощи у всадников отпала; ассирийские кавалеристы научились управлять лошадьми ногами, но до тех пор рукопашный бой был для них неприемлем и ассирийцы предпочитали воевать на расстоянии (76;170).

При Тиглат-Паласаре III ассирийская кавалерия уже представляла собой достаточно грозную ударную силу. Воины были вооружены луками, мечами, топорами и копьями. Щитов, судя по изображениям, они не имели, видимо, это было связано со сложностью управления лошадьми (170).

По всей вероятности, всадники, помимо рассыпного, знали еще и сплоченный строй. Первую шеренгу конной фаланги составляли воины, облаченные в доспехи, прикрывавшие собой следующих за ними (в доспехи были облачены и лошади первой шеренги). На сохранившихся изображениях ассирийские кавалеристы наносят удары копьями только двумя способами: или от головы, или от бедра. Непосредственно в рукопашной схватке, скорее всего, могла участвовать только первая шеренга всадников, второй ряд вступал в бой лишь в случае прорыва противника.

Важным нововведением Тиглат-Паласара III явилось учреждение отборного гвардейского корпуса ("Царского полка"), куда входили все рода войск. Кроме выучки, эти воины выделялись из остальной массы войск лучшим вооружением. Практически весь состав корпуса, включая гимнетов, кавалеристов и задние шеренги фалангистов, получил чешуйчатые или ламелярные доспехи. Гвардейские фалангисты внешне отличались от армейских формой щитов, напоминающей конус. Воины первой шеренги имели щиты больших размеров, остальные были вооружены более удобными щитами размером поменьше.

Такая структура армии просуществовала до падения Ассирийского государства. Последние его завоевания относятся ко времени Нового Царства:

Саргон (722–705 гг. до н. э.) — воевал с Египтом, Эламом, Урарту, Халдеей.

Сеннахериб (705–681 гг. до н. э.) — с Элламом.

Асаргадон (681–667 гг. до н. э.) — совершил походы в Аравию и Египет. Ашурбанипал (667 — около 629 гг. до н. э.) — завоевал Элам.

Затем последовали гражданские войны, пока Ассирия не пала под ударами Мидии и Вавилона в 610 году до н. э.

Глава 2

АНТИЧНЫЙ МИР

Мнение, сложившееся о военной системе армий античности, несколько тенденциозно и однобоко. Действительно, трудно смириться с мыслью о том, что тактика древних могла быть достаточно гармоничной и практичной, приспособленной для достижения максимальных результатов при минимуме затраченных усилий. Довольно поверхностно наши современники осведомлены о способах действий греческой и македонской фаланги, равно как и римского легиона.

Зарубежные историки серьезно занимаются изучением "военной машины" прошлого (тому подтверждение — ряд великолепных изданий, перечень которых представлен в библиографии этой книги), но у нас в стране, к сожалению, этому вопросу уделяют мало внимания. Одним из немногих иностранных исследовательских трудов по военной тактике, переведенных на русский язык, является 4-томник Ганса Дельбрюка "История военного искусства", без сомнения, во многом полезная работа.

Основные сведения (правда, разрозненные) о боевой тактике античных армий мы получаем из книг древних авторов, таких как Аппиан, Арриан, Тит Ливии, Вегеций, Полибий, Ксенофонт и Цезарь. Достоверно известно, что Полибий и Посидоний создали теоретическую работу, своего рода руководство по тактике, до наших дней не сохранившуюся. Известно также, что Марк Порций Катон Старший написал труд "О военном деле", а полководцы Цельз и Фронтин описывали римскую военную систему. Эти работы были так хороши, что император Август на их основе создал устав для армии, который впоследствии был дополнен императорами Траяном и Адрианом. До наших дней эти записи также не дошли.

Изо всех трудов названных авторов наиболее ценны работы Ксенофонта и Цезаря, хотя сведений по интересующей нас теме там немного. Оба эти автора были профессиональными военными и знакомы с темой не понаслышке. Полибий тоже знал военное дело, так как сам был в свое время командующим конницей "Ахейского союза", противостоявшего Риму в Греции и Македонии в начале II века до н. э.; однако в сохранившихся пяти книгах его "Всемирной истории" в 40 книгах, информации по тактике мало.

Тит Ливии и Вегеций никогда не были военными, их работы смело можно назвать "сочинительскими". Обладая недюжинным литературным талантом, первый из них, мало того, что слабо разбирался в военном деле, так еще и путал хронологию исторических событий. Его работы больше были направлены на воспитание у юношества возвышенного патриотического чувства. Ренат Флавий Вегеций, живший во времена заката Римской империи (либо при Феодосии Великом, либо при Валентиниане III) в своей статье "Краткое изложение основ военного дела", скорее всего, пользовался отрывками из недошедших до нас работ Полибия и Посидония, Катона, Цельза и Франтина. Его "Краткое изложение…" удивительным образом состоит из вполне рациональных деловых советов, перемежающихся с абсолютно несостоятельными измышлениями автора.

У Аппиана (вторая половина II века н. э.) и Арриана (95175 гг. н. э.) сведения по тактике также очень скудны. Первый из них не имел никакого отношения к армии, а второй, хотя и был римским офицером, а затем — консулом, но в своем "Походе Александра", почти не касался военного устройства македонской армии. Но даже немногие отрывочные сведения ценны для нас.

7. ГРЕКИ И МАКЕДОНЦЫ

Любой школьник может сказать, что древние греки воевали плотным строем — фалангой, фланги которой прикрывала легкая пехота, а позже — кавалерия. Фаланга в нашем представлении — это тесный строй гоплитов, выстроившихся в несколько шеренг, ширина фронта которого достигала чуть ли ни километра. Е.А. Разин в своей работе "История военного искусства" по этому поводу высказал следующее мнение:

"Фаланга — это не только строй, но и боевой порядок греческой армии. Действовала она всегда, как единое целое.

…Спартанцы считали тактически нецелесообразным делить свою фалангу на более мелкие части. Начальник наблюдал за тем, чтобы не нарушался порядок фаланги. Сильной стороной фаланги являлся ее удар, атака накоротке. В сомкнутом строю она была сильна и в обороне… Уязвимым местом ее были фланги, особенно фланги первой шеренги, которая прежде других наносила или отражала удар. Воины держали щит в левой руке, правое плечо оказывалось открытым, и его прикрывал правофланговый сосед. Но первого правофлангового никто не прикрывал. Поэтому здесь ставили наиболее сильных и хорошо вооруженных бойцов. Вследствие этого правый фланг фаланги был сильнее левого фланга.

…Атака носила фронтальный характер, и тактика была очень простой. На поле боя едва ли имелось даже самое элементарное тактическое маневрирование. При построении боевого порядка учитывалось только соотношение протяжения фронта и глубины построения фаланги. Исход боя решали такие качества воинов, как мужество, стойкость, физическая сила, индивидуальная ловкость и особенно сплоченность фаланги на основе воинской дисциплины и боевой выучки".

Все, казалось бы, просто, но при этом не делается даже попытки разобрать механизм действия первых шеренг в рукопашном бою. Кроме того, многих исследователей интересует мнимая слабость правого края фаланги: якобы из-за того, что воины держат щит в левой руке, правое плечо оказывалось открытым. Поводом к такому суждению послужил фраза Ксенофонта, описывавшего одно из сражений:

"Воины, стоявшие на самом краю на правом фланге, после натиска лакедемонян на невооруженный фланг были перебиты".

В комментариях этот случай был объяснен так: