Та обернулась.
— Да?
— Нас не представили. Я детектив Риццоли.
— Знаю. Вы из Бостона. — Кэти мельком глянула на Габриэля и Сансоне — те еще надевали пальто. — Весь город о вас судачит.
— Мы можем где-нибудь поговорить? О Джулиане Перкинсе.
— Прямо сейчас?
— Да, пока из него и моей подруги не сделали стрелковую мишень.
Кэти посмотрела на часы и кивнула.
— За углом есть кафе. Встретимся там через десять минут.
Но ждать пришлось не десять, а двадцать минут. Наконец Кэти вбежала в кофейню, растрепанная, нервная, пропахшая табаком, и Джейн поняла, что она тайком курила в машине. Она протиснулась в кабинку к Джейн.
— А где ваши мужчины? — спросила Кэти, поглядывая на пустые сиденья.
— Пошли покупать походное снаряжение.
— Они едут завтра с поисковой группой?
— Мне не удалось их отговорить.
Кэти задумчиво посмотрела на Джейн.
— Вы не представляете, с кем имеете дело.
— Я надеялась, что вы мне расскажете.
Подошла официантка с кофейником.
— Тебе налить, Кэти?
— Надеюсь, он крепкий?
— Как всегда.
Кэти подождала, пока официантка отойдет, потом заговорила снова.
— Тут все очень непросто.
— А на собрании казалось — проще простого. Выслать группу, поймать убийцу полицейского.
— Да, потому что люди всегда предпочитают простые пути. Черное или белое, правда или ложь. Джулиан для них — типичный негодяй. — Кэти выпила горький кофе одним глотком, даже не поморщившись. — Но он не такой.
— Какой же он тогда?
Взгляд Кэти стал очень серьезным.
— Вы когда-нибудь слышали о «пропавших мальчиках»?[12]
— Не поняла.
— Это юные мужчины, в основном подростки, которых выгоняют родные. Вышвыривают на улицу. Не из-за какого-нибудь серьезного проступка, а потому, что они — мальчики. В общинах, где они живут, одно это делает человека навеки ущербным.
[12] Этот термин заимствован из книг Джеймса Барри (1860–1937) о Питере Пэне.