Глава семьи застукал парней за самым интересным.
– Противный старик, у самого не стоит давно и другим не разрешает! Вредная плесень!
Козлопасы постарше привели Шиллу сюда и привязали к столбу, что торчит с незапамятных времен на краю пустыни.
– Вонючие козлы, тоже мной попользовались, а еды не дали! – возмущенно стрекотала Шилла.
От всего этого негатива у Ника пропал аппетит. Он убрал пакет с сухарями в сумку, проигнорировав голодный взгляд дикарки.
«Никакая она не «шоколадка» ! Людоедка поганая! »
– Хватит! Достаточно!
Ник оборвал девчонку на полуслове.
– Я иду по своим делам, а ты иди по своим!
– Жадный ты! – Скривилась Шилла.
Она сидела под скалой обняв колени и потряхивала пыльной, косо подрезаной, копной волос.
Ник нацепил свое снаряжение.
– Пока.
– Доброй охоты, Ник-отозвалась дикарка и показала язык.
Ника передернуло от такого пожелания из уст людоедки.
В который раз Ник похвалил себя за то что прихватил кроссовки, собирая вещи из дома.
По каменным буграм идти приходилось осторожно, неверный шаг и загремишь вниз по склону. Ник шел сосредоточенно, ровным шагом, не торопясь. Не хватало еще ногу здесь сломать!
Когда пахнуло ветром с примесью дыма и жареного мяса это стало полной неожиданностью. Ник повернул лицо по ветру и увидел долину. Узкую здесь, метрах в трехстах от него и расширяющуюся дальше, почти до горизонта. Трава, деревья. Сочная зелень вклинилась между рыжих скал.
Ник огляделся. Удобного, пологого спуска поблизости не имелось. Пришлось идти еще около километра по гребню скал, пока не вышел к пологому склону, поросшему чахлой травой.
В долину Ник спустился, когда солнце уже цеплялось за верхушки гор. Вдалеке у рощицы виднелись какие-то постройки и загон для скота.
Ник прошел в том направлении не больше сотни шагов.
Огромные , лохматые псы налетели внезапно, как из под земли и сбили с ног. Порычали для порядка, но не укусили.
Ник лежал на спине смирно, не шевелясь. Карабин отлетел в сторону и до него не добраться. Три псины сидели свесив языки и равнодушно смотрели на него маленькими блестящими глазками.
Потом появились хозяева. Два загорелых бородатых крепыша в мохнатых штанах и безрукавках на голое тело.
Но у каждого пояс , а на поясе в ножнах кривой кинжал.
– Эй, люди! Я не вор, я иду из города к вашему чиру. У меня к нему послание .
Пока лежал под наблюдением собак, Ник придумал как объяснить козлопасам свое появление.
На горских парней его слова подействовали. Они отогнали собак и проводили Ника к своему жилью. Правда, карабин забрали.
Сарай в который они пришли, криво сколоченый из жердей со стенами плетеными из ивняка, явно предназначен не для жилья, а для хранения сена.
Нику предложили на ужин черствые лепешки и брынзу. Жареное мясо козлопасы зажали для себя или уже слопали. . .