В квартире или в магазине Ризи чувствовала себя уверенно, но на улицах. . . На улицах среди толп людей и скопищ автомашин она пугалась и впадала в ступор.
Ник в глухую затонировал стекла новенького «пассата» чтобы хоть в машине Ризи было комфортно. Это мало помогало. А потом и вовсе выяснилось, что девушка и город несовместимы-Ризи плохо спала по ночам. Появились кашель и одышка. Она бледнела и слабела с каждой неделей. Покупка коттеджа в ста километрах от столицы решила эту проблему.
Ризи поправилась. Вот только встречался с нею Ник по выходным и по праздникам. В будничные дни ездить в сельский дом к жене было совсем невозможно из-за пробок на дорогах. Для своего спокойствия и чтобы рядом с Ризи была хоть живая душа Ник приобрел щенка-овчарку. За полгода щенок изрядно подрос и жрякал как поросенок. Ризи перекармливала его и всегда находила оправдания перед Ником по этому поводу.
Под радостные вопли Гришки они весело перетаскали из багажника пакеты с покупками, находя время для поцелуев во внезапных местах, то у ворот, то на лесенке, то в дверях. Щенок то и дело норовил поучаствовать и совал лобастую голову между ними. Ризи смеясь, теребила его за уши.
– Милый, ты голодный! Я чувствую! Идем скорее-я приготовила блинчики, оладьи, отбивные, весенний салат, рыбу в кляре. . .
– Когда успела? Зачем так много?
– Сегодня, все для тебя! Идем, милый!
Ник разулся и сунув ноги в уютные теплые тапочки, что слегка обслюнявил Гришка, отправился к столу.
Ризи быстро выставила на стол свои кулинарные изыски. Пахло как всегда умопомрачительно.
Ризи обожала готовить и целыми днями пропадала на кухне, успевая и телевизор посмотреть между делом. В ее руках все спорилось, скворчало и исходило ароматами. Книги с рецептами заняли на кухне отдельный шкаф. Ризи выучилась читать очень быстро, а вот с письмом не заладилось, . . . Читая писанину Ризи-она записывала рецепты из ТВ-программ, Ник умирал со смеха. Но Ризи всегда очень обижалась, и читать ее каракули Ник перестал.
Телевизор для девушки из примитивного мира стал божеством. Она всему верила беспрекословно, а сериалы считала реальными событиями и сопереживала героям как ближним родственникам. Объяснения Ника по поводу «жвачника» /Ник по другому этого домашнего развлекателя и не называл/ Ризи не воспринимались совсем.
В конце концов, Ник махнул рукой. Всю неделю Ризи было чем заняться.
С аппетитом поглощая стряпню жены, Ник вынуждено слушал пересказ очередного сериала о несчастной даме. Как бишь он назывался? Бомжиха, сторожиха, менеджериха?
Ризи сидела напротив с блестящими влюбленными глазами и щебетала с упоением. Сама она, заполучив рост вполне земной, кушала очень мало, сохраняя стройную фигуру и хороший цвет лица. Косметикой Ризи не научилась пользоваться. /Может потому что подружек на новом месте не приобрела? /
После плотного обеда-ужина Ник отправился в ванную комнату в душевую кабину.
Через несколько минут к нему присоединилась голенькая Ризи.
Правду говорят: принимать душ одному– скучно, а вдвоем-долго!
Запах омлета и свежесваренного кофе проник по лестнице через приоткрытую дверь спальни, забрался в ноздри Ника.
Бормотал новости телевизор на стене. Напевая песенку без слов, Ризи в коротком халатике порхала по кухне. Быстро чмокнула Ника в щеку и устремилась от холодильника к плите.
Когда Ник вернулся из ванны, чисто выбритый и умытый, завтрак уже расположился на столе.
Окинув сервированный стол взглядом, Ник счастливо вздохнул. Он вспомнил про длинноногую стильную Ирину из офиса, что клеила его нагло который месяц, впрочем, без результата. Ирина такой завтрак ему не устроит!
– Хорошо спал?
– Замечательно, милая! С тобой мне не может быть плохо!
– Ой, говори еще!
В центре стола в вазе стояли вчерашние хризантемы. Ник переставил вазу на подоконник, чтобы видеть Ризи.
– Люблю тебя, малыш. . .
– И я тебя. . .
Их руки встретились над тарелкой с сыром. Они смотрели друг другу в глаза, а их пальцы ласкали друг друга.
– Ох, Ник! Все остынет!
Они ели омлет и ласкали друг друга взглядами. После завтрака, с трудом оторвавшись от пухлых губ Ризи, Ник спустился в подвал. Там за поленницей березовых и дубовых дров для камина была спрятана коробка с оставшейся валютой.