Я посмотрела на себя в зеркало и нахмурилась. В глаза бросился длинный седой волос, который я незамедлительно взяла двумя пальцами и быстро выдернула: без него было гораздо лучше. Год назад у меня

Ульяна посмотрела на себя в зеркало и зажмурилась. То, что она увидела, — ей не понравилось. Но когда она быстро открыла глаза — отражение никуда не исчезло. Наоборот, оно сигналило ей, что нужно

Вчера, около семи вечера, меня позвал в свой кабинет Чеслав. Едва я переступила порог, как он сказал: — Знакомься! Сергей Петрович Могтев. Полный мужчина лет шестидесяти царственно кивнул мне,

«…— Как же мы без кролика на Рождество, — причитала Лана, — это совершенно невозможно! Сядем за стол, а его нет! Танюшенька, ты ведь приедешь? — Конечно, — заверила я, — непременно буду у вас

Татьяна повествует о необычном опыте переполненной событиями жизни, о странствиях юности, о любви к семье, которая, как она уверяет, в конечном счёте её спасла. Искренность, умение посмеяться над

Лифт был сломан. И толку-то — досадовать теперь? Эмоциями делу не поможешь. Поэтому, подпрыгнув и сместив рюкзак за плечами на нужное место, Катя бодро подхватила лыжи и связку громоздких ботинок

…Дождик не дождик, а так, какая-то нудная морось. Октябрьский вечер дышал знобким холодом. От фонарей по чёрному асфальту расползался медными брызгами свет, но не разгонял тьму, наоборот — он своим

Серебряный медальон весь почернел от времени, пузатая серединка сильно обтёрлась — и только по краям овала ещё можно было разглядеть какой-то растительный орнамент. Замочек давным-давно сломался, а

Как всегда в начале мая в воздухе витал дух любви и беспечности — женская консультация была почти пуста, лишь пара-тройка беременных бесформенными облачками проплыли мимо Лены по коридору. Лена

Вера спала, и ей виделся странный сон — будто она фея. Настоящая фея с прозрачными слюдянистыми крылышками… Крылышки видно, если повернуть голову чуть в сторону. Если опустить голову, то видно ещё

Я в тупике. Я загнана в угол! Если я срочно не приму какое-то решение, то сойду с ума. Хотя, со стороны, у меня вроде бы всё в порядке. Я здорова, не работаю, детей у меня нет пока, мы с мужем

Людочка, вспыльчивая и капризная особа девятнадцати лет, сидела на балконе, любовалась панорамой открывающегося перед ней города с высоты последнего, пятнадцатого этажа. Вдали — другие дома,

Конечно, все знают, что не насытится око зрением и не наполнится ухо слушанием, но не особо верят древним мудростям, ибо знают: многие, даже самые прекрасные вещи — очень быстро надоедают. Тогда и

Самый главный праздник (у нас, в России) — это всё-таки Новый год, а не день рождения или прочие юбилеи. Новогоднюю ночь ждут практически все. Ждут чуда. Сказки. Возвращения в детство…

В первых числах сентября Илья Антонович был вынужден встретиться с сестрой своей покойной жены. Бывшей первой жены…

Он родился ещё в советские, скудные времена — когда все были равны и жизнь каждого человека подчинялась определённому порядку, нарушить который могло лишь чудо. Его мать, Галина — не первой

Её звали Лидией. Лида. Ли-доч-ка… Если воспользоваться сравнениями классика, это «Ли-доч-ка» — тоже напоминало конфетку-карамельку, которая сначала тесно прилипает к нёбу, а затем мягко, с едва

Ира росла в очень хорошей, интеллигентной семье. Папа был врач, мама — учительница в школе. Жили бедно (советские ещё, дефицитные времена!), но весело. Летом ходили в походы с палатками, зимой — всей