MoreKnig.org
Гранат. Глобальная история
Гранат. Глобальная история
Мягкий, но хрустящий, сладкий, но терпкий — с его странной структурой зерен, наполненных восхитительным гранатовым соком, настолько ярким, что трудно не подумать, что это какая-то потусторонняя кровь
0
Белая карета
Белая карета
«“Проблесковый маячок” – так это у них называется. Всполохи мерцающего сознания: про что была до сих пор твоя жизнь?» Этот вопрос задает себе не только герой новой книги Леонида Никитинского «Белая
0
Зелёный
Зелёный
Марк – тот, кого обычно не замечают. Он привык молчать и не задавать лишних вопросов. Но когда его одноклассник говорит: «На меня нельзя кричать!» – Марк вдруг понимает, что и на него нельзя. Что его
0
Он сделал все, что мог. «Я 11-17». Ответная операция.
Он сделал все, что мог. «Я 11-17».
К повести «Он сделал все, что мог» рисунки В. Макеева. К повестям  «Я 11-17» и «Ответная операция» рисунки А. Лурье.
0
Гордость и предубеждение (Иллюстрации художника Ч. Э. Брока)
Гордость и предубеждение (Иллюстрации
В начале XIX века английская писательница Джейн Остен (1775–1817) писала свои романы с изяществом, глубиной и мудростью, которые избавили жанр романа от клейма «несерьезности» и научили многие
0
Сквозь зеркало и что там увидела Алиса, или Алиса в Зазеркалье (Пер.Н.М. Демуровой)
Сквозь зеркало и что там увидела Алиса,
Знаменитая сказка замечательного английского писателя, философа и математика Льюиса Кэрролла о приключениях девочки Алисы в волшебной стране Зазеркалье. Блистательный перевод Н.М.Демуровой,
0
Гордость и предубеждение (Иллюстрации художника Хью Томсона)
Гордость и предубеждение (Иллюстрации
В начале XIX века английская писательница Джейн Остен (1775–1817) писала свои романы с изяществом, глубиной и мудростью, которые избавили жанр романа от клейма «несерьезности» и научили многие
0
Момент касания орбит
Момент касания орбит
Эн, бегущая от призраков прошлого, пытается собрать себя по кусочкам в чужой стране. Ее жизнь – это интенсивное изучение китайского языка, тоска по дому, друзья-одиночки и бесшабашные ночи в клубах,
0
Эмма (пер. М.Кан)
Эмма (пер. М.Кан)
Ироничная история очень умной молодой женщины, попадающей впросак постоянно — по наивной глупости окружающих? О да! Величайшая (и первая в мировой литературе) книга об интеллектуалке, стоящей на
0
По ту сторону Тулы. Советская пастораль: роман
По ту сторону Тулы. Советская
Роман Андрея Николева «По ту сторону Тулы» вышел в 1931 году и стал одним из последних модернистских текстов, успевших появиться в официальной советской печати. Андрей Николев — псевдоним
0
Биография моего блокнота
Биография моего блокнота
Михаил Николаевич Алексеев известен читателям по романам «Солдаты» и «Вишневый омут», повестям «Наследники», «Дивизионка», «Хлеб — имя существительное», а также по многочисленным статьям и очеркам.
0
Ипотека страданий
Ипотека страданий
Дебютная прозаическая книга драматурга Натальи Зайцевой — хроники одного года прекарной жизни творческого человека: перемещения между городами, долги, наскучившие подработки, влюбленности и свидания
0
Срока у подвига нет
Срока у подвига нет
Новая документальная повесть Николая Масолова — это взволнованный рассказ о советских людях, действовавших во вражеском тылу в районах, где сходятся границы трех братских республик — России,
0
Русофобы
Русофобы
Семён Семёныч знает верное средство.
0
Шляпа Вермеера. XVII век и рассвет глобального мира
Шляпа Вермеера. XVII век и рассвет
«Оригинальная и вдохновляющая… “Шляпа Вермеера” — это драгоценное исследование двух разных, но сплетенных друг с другом миров, движущихся навстречу современности.» London Review of Books
0
За развилкой — дорога
За развилкой — дорога
Татарский писатель Вакиф Нуруллин, чьи произведения получили признание в республике, впервые выходит к всесоюзному читателю с книгой, куда вошли повести, посвященные людям колхозного села, нашим
0
Белый курган
Белый курган
Повесть о сельских коммунистах и комсомольцах Калмыкии, об их героическом труде и помощи фронту во время Великой Отечественной войны. 
0
Труженики моря
Труженики моря
Роман был написан Виктором Гюго (1802—1885) на одном из островов Ла-Маншского архипелага, где писатель провел в изгнании девятнадцать лет. На «Тружеников моря» Гюго смотрел как на завершающую часть
0