Двадцать пять лет жизни в обмен на вторую молодость? Если вам семьдесят, и у вас артроз, невроз, склероз и остеохондроз — это звучит заманчиво! Еще двадцать пять лет жизни — и не болит поясница, не

Полное собрание взаимных кляуз профессора некромантии Рихарда фон Диттмара и ведьмы высшей категории Гретты Бергман, впоследствии — Гретты фон Диттмар. Все средства от реализации будут направлены на

«Мое поколение» — так назван сборник, в котором собраны стихи молодых поэтов Челябинской области, различных и по возрасту и профессии. Поэты рассказывают о трудовых подвигах советских людей,

Великий Турнир запустит механизм смены власти. Маро сражается за Эфу, пробиваясь к вершинам. Я не знаю, к чему всё это приведёт. Но мне доподлинно известно, что в игру вступили Сонные Мастера.

Империя драконидов умеет впечатлить. И не всегда в лучшую сторону. Как бы там ни было - мы обрели здесь как друзей, так и врагов. Чтобы жизнь стала чуточку свободней первых должно стать больше, а

Был шеф-поваром, а стал Рыбаком с Легендарной Системой. Становиться сильнее через рыбалку и готовку? Легко! Узнай, как Шеф станет Легендой!

Бухать с незнакомцем плохая затея, а бухать с магом и вовсе чревато непредсказуемыми последствиями… Случайная встреча, пять капель за знакомство и итог, я теперь живу в шестнадцать веке. Так то

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо

Книга посвящена жизни Парижа в XVIII столетии, рассматриваемой в тесной связи с различными аспектами материальной и духовной культуры эпохи Просвещения. Авторы знакомят читателей с социальным

Один из самых грустных и психологически глубоких романов Диккенса.Роман, в котором он беспощадно обнажает душу ранневикторианского буржуа, лишенного человеческих чувств и одержимого жаждой

Чарльз Диккенс - наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников - аристократов и простого люда. И для тех, и

«Который час? Часы на колокольне Сент-Джайлса бьют девять. Вечер сырой и унылый, и вереницы фонарей затянуты мутью, как будто мы глядим на них сквозь слезы. Дует волглый ветер, и каждый раз, как

Ещё вчера я был преподавателем артефакторики в императорском университете, а уже сегодня правитель города, обреченного на гибель, в другом мире. Мире, где практически нет магии, а ночью за пределами

Прихожу в себя в чужом теле — вокруг крики, на руках чья-то кровь. Передо мной мажор насилует девушку, уверенный, что связи отца спасут его от наказания. Как же знакомо… — С дороги, мразь! — бью

Ещё вчера я был преподавателем артефакторики в императорском университете, а уже сегодня правитель города, обреченного на гибель, в другом мире. Мире, где практически нет магии, а ночью за пределами

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ

Зейн не заводит отношений, а Коннор определенно из тех парней, что заводят… Адвокат по уголовным делам Зейн Деверо близок к получению всего, ради чего он работал всю свою жизнь. Он на пути к тому,

Я — Адрэа Расхэ, попаданец, маг и мастер кханто, на которого род Босхо решил открыть настоящую охоту. Правда, они пока не знают, что убийца, которого они ищут, и студент-маготехник третьего курса

Сладкий сон обернулся настоящим кошмаром. Я оказалась в другом мире! Мой муж — злющий дракон! Любовница нагло восседает на его коленях, гордым видом показывая всем, кто здесь настоящая хозяйка.

Вероника Романова и Степан Ростовский – их ледовый дуэт вызывает восхищение, каждое движение – отточенное совершенство. Но под сверкающей поверхностью скрывается хрупкое равновесие: их любовь трещит