MoreKnig.org
Жемчужины Филда
Жемчужины Филда
[Историческая проза]
В послеблокадном Ленинграде Юрий Давыдов, тогда лейтенант, отыскал забытую могилу лицейского друга Пушкина, адмирала Федора Матюшкина. И написал о нем книжку. Так началась работа писателя в
0
Южный Крест
Южный Крест
[Путешествия и география]
Герой этой маленькой повести — капитан Коцебу, моряк романтической эпохи парусных кораблей. Лучшие годы его жизни были полны опасностей, приключений и открытий. Кругосветные плавания прославили
0
Тайная лига
Тайная лига
[Историческая проза]
«Юрий Владимирович Давыдов родился в 1924 году в Москве. Участник Великой Отечественной войны. Узник сталинских лагерей. Автор романов, повестей и очерков на исторические темы. Среди них — „Глухая
0
Глухая пора листопада
Глухая пора листопада
[Историческая проза]
"Глухая пора листопада" – самый известный в серии романов Юрия Давыдова, посвященных распаду народовольческого движения в России, в центре которого неизменно (рано или поздно) оказывается провокатор.
0
Соломенная Сторожка (Две связки писем)
Соломенная Сторожка (Две связки писем)
[Историческая проза]
Юрий Давыдов известен художественными исследованиями драматических страниц истории борьбы с самодержавием и, в особенности, тех ситуаций, где остро встают вопросы нравственные, этические. Его
0
Март
Март
[Историческая проза]
Хмурый Петербург прошлого столетия – вот где происходят основные события исторического романа «Март». Его герои – люди необыкновенной душенной чистоты и удивительной революционной энергии.
0
Завещаю вам, братья
Завещаю вам, братья
[Биографии и Мемуары]
Юрий Давыдов известен читателю как автор исторических романов и повестей. История давно и серьезно интересует писателя. С первых своих шагов в творчестве он следует неизменному правилу опоры на
0
Вечера в Колмове. Из записок Усольцева. И перед взором твоим...
Вечера в Колмове. Из записок Усольцева.
[Историческая проза]
Повесть о Глебе Успенском рассказывает о последних, самых драматических годах жизни замечательного русского писателя. Но вместе с тем она вмещает все его нравственные искания, сомнения, раздумья о
0
Бестселлер
Бестселлер
[Историческая проза]
«Бестселлер» – гармоничный сплав превосходно проработанного сюжета и незаурядного стилистического мастерства. В центре романа – фигура знаменитого Владимира Бурцева, заслужившего в начале минувшего
0
Плау винд, или Приключения лейтенантов
Плау винд, или Приключения лейтенантов
[Путешествия и география]
«… Покамест Румянцев с Крузенштерном смотрели карту, Шишмарев повествовал о плаваниях и лавировках во льдах и кончил тем, что, как там ни похваляйся, вот, дескать, бессмертного Кука обскакали, однако
0
Зоровавель
Зоровавель
[Историческая проза]
Вашему вниманию предлагается поэма в прозе, посвященная узнику острова Лонгерн поэту В. К. Кюхельбекеру. Юрий Давыдов начал работать в жанре исторической литературы еще в послеблокадном
0
Синие тюльпаны
Синие тюльпаны
[Историческая проза]
Повесть о бывшем зеке и тайном сыске «Синие тюльпаны» была опубликована в 1990 году, номер журнала «Дружба народов» быстро разошелся, в библиотеках его зачитывали до дыр. Исторические параллели между
0
Сенявин
Сенявин
[Историческая проза]
«... Последний парад флотоводца Сенявина был на Балтике. В море был шторм. Дождь не прекращался. Тьма стояла как ночью. А ночью было темно, как минувшим днем. Палила пушка с флагманского, требуя
0
Головнин
Головнин
[Историческая проза]
«... Шведы шли кильватерной колонной, друг за другом. Они не знали учения о слабом звене в цепи, но избрали для прорыва именно слабое звено: северный проход, закрытый лишь отрядом контр-адмирала
1
Заметки практика (Вместо предисловия)
Заметки практика (Вместо предисловия)
[Публицистика]
Архивная работа, повседневная и, так сказать, невидимая миру, необходима. Причин несколько. Постараюсь их изложить. А вот одну, личную, объяснять толком не умею. Как-то так получилось, что смолоду
0
Хранитель кожаных портфелей
Хранитель кожаных портфелей
[Публицистика]
 "Разбирая бумаги, будьте осторожней, нам пришлось два письма утопить, так как были очень подозрительны и можно было предположить динамит. По всей вероятности, тут его нет, потому что В. Р. разбирал
0
Никто не узнает наших имен
Никто не узнает наших имен
[Биографии и Мемуары]
«Мы,— заявлял один из тринадцати,— торжественно поклялись, что никто и никогда не узнает наших имен... Мы основали лигу, род ассоциации, управляемой тайно и неизвестной даже полиции, которой,
0