«В юности мечталось о дальних странах, о космических путешествиях. Была легка на подъём, любила переезды и перелёты. А на старости лет уже ничего не хочется. Так что придётся осваивать Марс. Ну
«— Я вернусь обратно здоровым? — осторожно спросил Герман… — Безусловно! У нас большой процент полного выздоровления, и другие центры коррекции берут наши методы на вооружение. Вы пройдете
«…Раньше было не так. Чувство нечеловеческой, рвущей на клочки пространство и время мощи. Возможности симбиота, многократно помноженные на возможности Корабля. А сейчас они пытаются склеить осколки
«…Эдик гордился, что работает в Евроссийском медицинском центре — как-никак, самый большой на континенте! Умнейшие мозги от Ла-Манша до Камчатки — все здесь. За последние десять лет три лауреата
«Речь идёт о том, что мы не даём стопроцентных гарантий. Более того, всё может закончиться плачевно для здоровья Мари. Но одновременно с этим хочу предупредить, что без помощи ваша дочь рано или
«…Сейчас, слава богу, не двадцать первый век. Из пятидесяти миллионов жителей Города лишь пятьдесят тысяч были Избирателями, а политические кампании проходили на сайтах, закрытых для посторонних. И
«Сначала исчезли пчёлы» — антиутопия, погружающая читателя в, по мнению автора, весьма вероятное недалёкое будущее нашего мира, увязшего в экологическом и, как следствие, продовольственном кризисе. В
Ретрофантастика. Еще до начала эры космической экспансии человечество на Земле отказалось от дальнейшего развития разумных машин в пользу простой имитации разума, достаточной для выполнения
Девочка, соглашаясь сходить на интригующее ночное свидание со школьным хулиганом на морском берегу, не знала, каким удивительным приключением обернётся для неё этот поход…
Хроника конца света глазами шестнадцатилетней девушки из российской глубинки. История апокалипсиса внешнего и внутреннего. День за днём одна из тех, кому повезло выжить, обращается к единственному,
«Осенью здесь падали деревья. Они стояли голые, пока не пересыхали у самого корня. А потом налетал ветер, и в лесу начинался деревопад. Так было потому, что зима здесь длилась ровно четыреста дней, и
«Сегодня мы должны показать Благодетелям, что их старания не были напрасны и что ракасы могут принять в дар их технологии и отплатить честным трудом. Триста сезонов назад они изменили нашу жизнь:
«…Сестра, и без того не отличавшаяся весёлым нравом, стала ещё серьёзнее, чем обычно. — Я решила, что проще будет обо всём рассказать сначала тебе, а потом маме с папой. В общем, у меня скоро
«Вы прекрасно знаете, как возникли терраны! Ни в каких пробирках нас никогда не выращивали, это пропагандистская ложь обструкционистов. Мы — результат селекции. Обструкционисты тоже не гнушаются
«Банкротство, нищета и смерть где-нибудь в смрадной подворотне — это, конечно, выход. Самое то для истого художника. Но Август слишком давно в фермерах… Поэтому следующим утром, ясным и нежарким, —
«…Его готовили специально для тебя, для твоих вкусов и пристрастий. Дизайнеры сознания отменно потрудились. Ты ещё долго будешь оставаться в плену его обаяния».