Ночь длиною в жизнь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не торопись, крошка! — крикнул я и направился в кухню.

Оливия вошла следом и заявила:

— Дермот появится с минуты на минуту.

Я так и не понял — угрожала она или оправдывалась.

— Мне не нравится физиономия этого парня. У него нет подбородка. Никогда не доверял людям без подбородка. — Я распахнул холодильник и заглянул внутрь.

— Ну, к счастью, твои вкусы в отношении мужчин никого не волнуют.

— Волнуют — если ты настроена всерьез, и он будет околачиваться вокруг Холли. Как, говоришь, его фамилия?

Однажды жена — мы как раз начали подумывать о разводе — грохнула дверцей холодильника мне по голове. Сейчас Оливию так и подмывало повторить. Я стоял, нагнувшись, чтобы было удобнее, но она сдержалась.

— А зачем тебе?

— Пробью через компьютер. — Я вытащил пакет апельсинового сока и взболтал. — Что это за дрянь? С каких пор ты перестала покупать приличные продукты?

Оливия поджала губы, покрытые легкой прозрачной помадой.

— Не смей пробивать Дермота через компьютер, Фрэнк.

— У меня нет выбора, — приветливо сообщил я. — Надо же убедиться, что он не педофил!

— Боже мой, Фрэнк! Он не…

— Может, и нет, — согласился я. — Кто знает? Наверняка разве скажешь, а, Лив? Лучше перепроверить, чем потом горевать.

Я открыл пакет и отпил большой глоток.

— Холли! — Оливия повысила голос. — Поторопись!

— Я не могу найти лошадку! — Над головой раздался топот.

— Они выбирают одиноких мамочек с милыми детишками, — объяснил я Оливии. — Как ни странно, среди них масса типов без подбородка. Никогда не замечала?

— Нет, Фрэнк, не замечала. Ты не имеешь права пользоваться служебным положением и запугивать…

— Вот в следующий раз покажут педофилов по телевизору, обрати внимание: белый фургон — и никакого подбородка, честное слово. На чем ездит Мотти?

— Холли!

Я еще глотнул сока, вытер горлышко рукавом и убрал пакет в холодильник.

— На вкус — кошачья моча. Давай я увеличу алименты, купи приличный сок, а?

— Твои алименты даже если утроить, все равно на пакет в неделю не хватит, — ласково и холодно ответила Оливия, взглянув на часы.

Если тянуть кошку за хвост слишком долго, она покажет коготки.

Холли разрядила обстановку, выскочив из комнаты с криком: «Папа-папа-папа!» Я оказался у подножия лестницы как раз вовремя: Холли скатилась по ступенькам вертящейся петардой — золотая паутина волос, розовые искры, — повисла у меня на шее, обвив талию ногами, и хлопнула по спине школьным портфелем и плюшевой лошадкой по имени Клара, видавшей лучшие времена.

— Привет, игрунка, — сказал я, целуя дочь в макушку. Холли была легкой, как фея. — Как прошла неделя?

— Куча дел, и я не игрунка, — строго сказала Холли, нос к носу. — Что такое игрунка?

Холли девять, у нее тонкая кость и нежная кожа — точная копия родственников по маминой линии; мы, Мэки, — крепкие, толстокожие и густоволосые, скроенные для тяжелой работы в дублинском климате; только глаза у нас особые. Когда я впервые увидел Холли, она взглянула на меня моими же глазами — огромными распахнутыми голубыми озерами, сразившими меня как удар электрошока, и мое сердце до сих пор каждый раз екает. Пускай Оливия сменит мою фамилию, как старую почтовую бирку, пусть набьет холодильник противным соком, пусть приглашает педофила Мотти на мою половину кровати, но ей никогда не справиться с этими глазами.