Евреи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Странное волнение охватило его.

Оттого, что во дворе было людно, а он не находил Неси, и оттого, что в комнатке благоговейный голос произносил важные слова, которые облегчали и сбрасывали с человека ответственность за все, что творится на земле, — радость и печаль смешались в его душе.

Он не смел оглянуться, чувствуя на своей спине взгляд слепого, но и хотелось ему вырваться от его чар и крикнуть громко, чтобы ему отдали Неси… чтобы не мучили людей.

Он видел их из оконца, и как уставшие волы казались они ему. Они беспомощно толпились у своих лачуг, и ему хотелось от сострадания вырвать свое сердце и отдать им для утешения, для просветления.

С дрожащими губами, со слезами на глазах, он повернулся к Дону и, как отцу своему, сказал:

— Если бы, Дон, вы могли увидеть людей во дворе, вы не сказали бы: люди — самый дешевый товар. Самый дорогой, Дон, самый дорогой… Посмотрите на них. Они устали, они разбиты. Ради чего они работали? Мне стыдно назвать их людьми… Это души, Дон, живые души. Они трудятся, страдают, — ради чего? На их пути я вижу: пот, слезы, кровь… Ради чего? Пот, слезы, кровь, — повторил он в волнении, — слезы, кровь…

Слепой замахал руками, — и снова, одни властные, полились твердые звуки из святых слов, которые сбрасывали со всех ответственность за то, что происходит на земле с человеком. Они лились глухо и светло, звали куда-то далеко от земного ничтожества и как будто прикрепляли крылья к телу, чтобы оно взвилось.

— Ну вот, — произнес Дон, — я кончил. Будем разговаривать…

Теперь, после молитвы, он казался добродушным, а длинная борода придавала ему вид святого.

— Вы сказали, — начал он…

В сенях кто-то затопал резко, с шумом. Дон оборвался. В комнату влетел Исерель и, бледный от ужаса, крикнул:

— Ступайте, Нахман, скорее к Шлойме. Кажется, Лея повесилась. Весь двор там!

Слепой вскочил с кровати… Нахман, не простившись, выбежал из комнаты и очутился среди толпы, которая неслась с криком к квартире Шлоймы. В ворота вбегал народ, и мальчики летели впереди. В толпе мелькнули глаза Неси, и Нахман на миг страшно обрадовался.

— Слава Богу, слава Богу, — послышался возле него знакомый голос.

— Это, кажется, Хаим, — подумал Нахман в смятении, — да, Хаим.

— Не бегите так, — попросил тот, — я задыхаюсь. Ее спасли…

— Я сильно встревожился, — пробормотал Нахман.

Он не имел слов от радости, и шел и смеялся. Хаим начал подробно рассказывать, как хитро Лея устроила виселицу в сарае, украв для нее у Шлоймы длинный шарф, и закончил с восторгом:

— Шлойма — герой. Одно сердце есть в мире — его найдешь у Шлоймы.

Они растолкали толпу и вошли в комнату. Любопытных уже выпроводили, и в ней было просторно. Шлойма сидел, подперев голову руками, и задумчиво смотрел на улицу. На кровати лежала Лея, неузнаваемая, с посиневшим лицом, тяжело дышала, и каждый раз в испуге закрывала лицо руками.

— …Скажи что-нибудь отцу, — говорила знакомая Нахману черноглазая женщина, — скажи, милая…

— Хотела бы не жить, — тихо произнесла Лея.

— …И вот, — продолжила какая-то старуха, не отходившая от Леи, — прилетел ангел и сказал: от Бога я… Девочку твою возьму к Нему. И сказал: и будет она сидеть с Ним рядом и видеть дела Его.

— Так он сказал, — с восторгом прошептала Лея.

— И еще сказал: Ты, мать, подожди на земле. Придет день, и Он пошлет меня за тобою. И мать увидит девочку…

— Я буду ждать, — сказала Лея, закрывая лицо руками. — Теперь она там и видит меня?

— Мужайтесь, Шлойма, — произнес Нахман, повернувшись к старику.

— Я тверд, Нахман. Но сталь портится, железо портится, — отчего сердце не портится и чувствует? Бессильно время над ним…

Он отвернулся. Нахман стоял, как прибитый гвоздями, и молчал. Сидел в печали большой человек, раздавленный правдой жизни.

— Выйдем, Нахман, — шепнул Хаим, — ему лучше быть одному.