Читать книгу «Девушка, золотые часы и всё остальное» онлайн.

— Я не совсем вас понимаю, мистер Хупер.

— Не упрямься, не советую. У тебя мало времени. Один раз удалось исчезнуть — и весьма ловко, но теперь все знают, где тебя искать и скоро они будут здесь.

— Кто будет?

— Бог мой! Тебя ведь зовут Кирби Винтер?

Тут Кирби услыхал в коридоре громкий шум, и в его дверь внезапно кто-то заколотил.

— Извините. Кажется, ко мне стучат.

— Это как раз они, упрямец. Так мы договорились?

Кирби вздохнул и повесил трубку. Он двинулся было в сторону двери, но на полпути остановился. Похоже, за дверью бурлила целая толпа. Внезапно он услыхал за спиной другой стук, в дверь, тоже запертую, ведущую в соседний номер. Оттуда донесся приглушенный голос:

— Кирби!

Он узнал Карлу. Подойдя к двери, он отозвался.

— Открой задвижку, дорогой, — приказала она.

Он дернул задвижку. Карла улыбнулась ему и, склонив голову, прислушалась к шуму в коридоре.

— Смотри-ка, как они быстро пронюхали.

На ней была желтая курточка, белые бермудские шорты, а лицо закрывали огромные темные очки.

— Да кто, наконец?

— Понятно кто. Газетчики, любимый! Жадная, ненасытная, все и вся презирающая толпа с блокнотами и магнитофонами наготове. Я предвидела, что этим кончится, поэтому попросила Джозефа занять комнату между твоим и нашим номером. Комнаты так расположены, что вместе образуют длинную анфиладу. Пришлось Джозефу уговаривать одних очень милых молодоженов.

— Чего хотят от меня эти люди?

— Надо торопиться, милый. Не будь простофилей. Они сумасшедшие. Могут и дверь выломать.

Через смежную комнату, заперев за собой двери, они прошли в ее номер. Там она протянула ему свежий утренний выпуск «Майами Ньюс». Львиную долю первой полосы занимала его, Кирби Винтера, фотография. Фотография была из старых. Заголовок гласил: ТАИНСТВЕННЫЙ ПЛЕМЯННИК КРЕППСА УКЛОНЯЕТСЯ ОТ УПЛАТЫ НАЛОГОВ. От неожиданности Кирби резко сел.

«Сегодня в полдень, мистер Уолтен Грамби, вице-президент Корпорации Креппса, сообщил о серьезных сложностях по уплате налогов на наследство Омара Креппса. Сложности возникли из-за отказа Кирби Винтера, племянника Креппса, сообщить о местонахождении двадцати семи миллионов долларов, переведенных за одиннадцатилетний период из Корпорации Креппса на счет компании «Проекты О.К.», которая находилась в единоличной собственности покойного Омара Креппса.

Мистер Грамби сообщил репортерам, что таинственные «Проекты О.К.» арендовали для своей конторы небольшое отдельное помещение. Единственными служащими компании являлись мисс Вильма Фарнхэм и мистер Кирби Винтер. На следующий день после смерти Омара Креппса мисс Фарнхэм уничтожила всю документацию «Проектов О.К.» и закрыла контору. До сих пор не удается выяснить, было ли уничтожение документов ее личной инициативой, или же она действовала при соучастии племянника миллионера. Мистер Грамби утверждает, что Креппс всегда тщательно скрывал операции своей компании. Представляется возможным, что «Проекты О.К.» были созданы Омаром Креппсом для утаивания своих доходов от налоговой инспекции.

Мистер Грамби также утверждает, что Кирби Винтер объехал весь свет, выполняя конфиденциальные поручения Омара Креппса и лишь изредка возвращаясь в Майами. Сегодня утром на совещании исполнительных директоров Корпорации Креппса Кирби Винтер отказался раскрыть тайну своей деятельности и сообщить, что сталось с полученными двадцатью семью миллионами. Мисс Фарнхэм также отказалась давать объяснения.

Мистер Грамби сообщил репортерам, что есть все основания предполагать сговор. Весьма вероятно, что Винтер и Фарнхэм попытаются покинуть страну. К настоящему времени взять у них интервью не удалось».

— Боже мой, — едва вымолвил Кирби, подняв ошеломленный взгляд на Карлу.

Она подошла и, сняв очки, присела рядом с ним.

— Теперь тебе все понятно, дорогой?

— Они надеются выведать у меня…

— Да, цифры завораживают. Пустые глупые людишки представляют себе кучи денег, запрятанные в разных романтических уголках по всему миру. Они ненавидят тебя, Кирби. И одновременно они восхищаются тобой. За то, что ты смог так ловко присвоить эти миллионы себе, как только умер дядя.

— Но ведь все совсем не так!

— Разве имеет значение то, что на самом деле?