Всемирный следопыт, 1928 № 10: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Гаральд, я пережил тогда полубредовые минуты. Иногда я терял сознание, а когда открывал глаза, то мне представлялось, что корабль надвигается на меня с уверенностью пули, прорезающей воздух в поисках жертвы., потом. Гаральд, я увидал красный гюйс на носу трехмачтовика и алый в сквозном сиянии солнца вымпел на фок-мачте. И вот тогда, Гаральд, я выбрался из колючего прикрытия пальмовых листьев, сорвал с себя лохмотья рубахи и, огласив песчаные дюны Паравы неистовым криком, начал бешено размахивать импровизированным флагом в воздухе.

Вот, Гаральд, краткая история того, как золотой лев пытался спасти меня, как я спасся от него — и как все-таки меня спасли. Я никогда уже не вернусь на улицу Гаакона, к старине Тромсену и его льву. И никогда я не пожалею о том, что променял костяшки счетов на солнце, воздух и звонкий смех московских комсомольцев…

ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ

ИЗ ВЕЛИКОЙ КНИГИ ПРИРОДЫ

«Твига» — это жирафф (на наречии свахипи, одном из многочисленных диалектов западной Африки). А жирафф, как известно, — специфически африкотское животное, по размерам отнюдь не подходящее для поднесения его в подарок ко дню рождения. Будучи одним из самых странных созданий природы, жирафф в то же время отличается удивительной грацией движений, что придает этому странному животному еще более парадоксальный вид. Основная родина жираффов — безбрежная равнина Макати, расстилающаяся вокруг озера Танганайка. Равнина эта покрыта различными колючими породами низкорослых деревьев, мимозой; встречается изредка гигантская эфобия, не похожая ни на одно из современных представителей растительного царства, — настоящий пережиток доисторической флоры. Населена равнина бесконечными разновидностями диких животных, прекрасно чувствующими себя среди этой не захваченной еще человеком пустыни. Здесь можно встретить целый ряд животных из семейства козловых: конаков, эланд и других; среди них, подобно живому перископу, выделяется маленькая рогатая головка жираффа на непомерно длинной шее.

Забавно глядеть на жираффов, когда они «пасутся», — иначе, как в кавычках, трудно применить это слово, так как они вытягивают шею и тщательно обгладывают все листочки на верхушках деревьев. Предел досягаемости для жираффов—20 футов; поэтому они избегают пастись в лесах с более высокими деревьями: их раздражает невозможность обглодать верхушку, и они не хотят довольствоваться нижними «ярусами», находя их менее нежными, и сочными.

Природа снабдила жираффов, подобно другим животным, своеобразной защитной одеждой, не отличающейся от цвета песка и сожженной солнцем травы. Любопытно при этом отметить, что природа не дала ни одному животному в качестве защитного цвета яркой зеленой окраски сочных изумрудных пастбищ.

Жирафф имеет скорость хода, не уступающую бегу скаковых лошадей, несмотря на хардверную особенность своего бега: он одновременно приводит в движение переднюю и заднюю ноги одной стороны тела; брыкаться он может в трех направлениях и дает жестокие удары головой, а не только рожками, так как голова его, весом свыше 25 фунтов, на длинной (до 10 футов) шее является грозным оружием в борьбе.

Еще одна любопытная особенность жираффов: они уже снабжены рожками при появлении на свет…

Туземцы утверждают, что жирафф — единственное животное, которое защищается от нападения льва. Действительно, львы некогда не нападают на жираффа в одиночку. Обычно на охоту отправляется львиная чета, и пока самка отвлекает на себя внимание жираффа, самец, уловив удобный момент, вспрыгивает, подобно гигантской кошке, на спину жираффа и одним ударом мощных челюстей перегрызает ему шею.

Шкура жираффов идет на выделку вожжей, туземных щитов, сандалий и т. д. Она является также лучшим материалом для изготовления длинных ремневых бичей, употребляемых в Южной Африке для упряжки быков, ибо никакое другое животное не может дать цельный ремень длиной в 30 футов. Кожа жираффа в сыром виде исключительно тверда и толста, а по тяжести составляет груз не менее чем для 12 человек. Особенно ценной считается маленькая кисточка на хвосте из черных жестких волосков, идущих на изготовление плетеных браслетов и разного рода безделушек. Такой «хвостик» стоит 7 долларов (около 14 руб.) и дает возможность туземцу оплатить годовой налог за право иметь свой дом.

Теперь перейдем к рассказу об одной гигантской твиге, которая причинила немало хлопот колониальной телефонной компании, регулярно разрывая рожками провода. Провода находятся на высоте, не доступной другим диким животным, и даже жираффу среднего размера пришлось бы прыгать, чтобы повредить их. Жалобы на нарушение телефонной сети непрерывно притекали в управление в городке Дар-эс-Салаам, и в конце-концов решено было принять меры к уничтожению жираффа— «телефонного вредителя».

Нанятый охотник в течение двух месяцев пытался выполнить задание. Жирафф словно издевался над ним, регулярно продолжал порчу телефона на расстоянии 10–20 миль от места, где он в данный момент находился. Охотник ездил взад и вперед на дрезине, которую тянули бечевой туземцы, безропотно бежавшие по жаре вдоль железнодорожной линии, выезжал в глубь равнины в автомобиле — все было напрасно.

Наконец ему удалось встретиться с животным. Изумленный охотник, подъехав в автомобиле к железнодорожной линии, увидел на значительном расстоянии, как огромный жирафф, вытянув шею, старательно облизывает провода у телефонного столба; затем жирафф двинулся дальше и на половине расстояния между столбами, где провода под тяжестью несколько опускаются, задел их рожками, и они повисли в воздухе тонкими дрожащими струнами.

В это мгновение внимание животного было привлечено скрипом песка под колесами автомобиля. Изумленный жирафф оглянулся и, вместо того, чтобы бежать, с интересом направился медленными шагами навстречу любопытному и невиданному им жуку— автомобилю. Любопытство могло бы погубить его, если бы охотник не отличался странностью, свойственной, впрочем, многим охотникам: при виде доверчиво приближавшегося жираффа, глядевшего на него в упор черными миндалинами глаз, у него опустились руки…

— Что же ты, стреляй! — закричал шофер.

Охотник смущенно улыбнулся, нехотя поднял ружье и дал шесть выстрелов, позорных в его практике, так как ни один из них не попал в цель. Жирафф вскинул голову, круто повернулся и полным ходом умчался по направлению к Абиссинской пустыне.

Охотник виновато засмеялся.

— Каждый может промахнуться, не правда ли? — сказал он шоферу.

Впрочем, испуганный выстрелами жирафф не появлялся больше у телефонной линии, потеряв охоту к облизыванию проводов.

В одном из сел на левом берегу Днепра[31]) имелось единственное гнездо аиста. Помещалось оно на дереве близ школы и развалин завода. В апреле этого года (26/IV 28 г.) страшной силы ураган причинил в окрестностях много бед. Гнездо тоже было разрушено, а находившиеся в нем три зеленоватых яйца разбились. Старых аистов неудача постигает уже не в первый раз.

В прошлом году молодые птенцы также погибли при довольно оригинальных условиях. Обыкновенно, первые уроки летания молодые аисты брали на высокой заводской трубе. Когда птенцы мало-мальски в состоянии были летать, родители перенесли их на верхушку трубы, где молодые птицы на еще слабых ногах стояли в ожидании дальнейших указаний старших. В этот момент, под дуновением порывистого ветра, все птенцы неожиданно попадали внутрь трубы. Взволнованные аисты-родители с громким клектанием начали кружиться над роковым местом.

Эту сцену наблюдали пс близости рабочие и решили спасти молодое поколение аистов. Через верхний люк с большим трудом и опасностью для жизни рабочим удалось достать одного живого птенца. Он оказался весь вымазан сажей… Молодую птицу пустили в гнездо. Однако, взрослые аисты несколько раз выталкивали птенца из гнезда, несмотря на неоднократные попытки посадить его туда снова.

В конце-концов молодого аиста родители заклевали… Очевидно решили, что таким аистам существовать не полагается…

В благоприятные зимы на Сивашских озерах в Крыму во множестве остаются на зимовку различные водоплавающие птицы, в том числе огромные стаи диких уток всевозможных пород. Но в сильные морозы озера замерзают, и тогда птицы вынуждены искать пристанища в других местах. В такое время утки встречаются даже на горных речках.

Однажды поздней осенью знакомый мне наблюдатель заповедника ловил форелей в реке Альме. Неподалеку плавала стайка перелетных крякв. Следует заметить, что горные речки обладают очень быстрым течением и не замерзают даже в самые трескучие морозы. Вдруг выше по течению в воду шлепнулась сверху какая-то крупная хищная птица. Течение понесло ее к наблюдателю, который преблагополучно вытащил, к своему удивлению, ястреба-тетеревятника, полумертвого от испуга и ледяной воды…

Оказалось, тетеревятник, в пылу охотничьего задора или от продолжительной голодовки, бросился на плававшую утку. Кряква успела во-время нырнуть, а дерзкий хищник невольно испытал вынужденное купанье.

Разумная и продуктивная деятельность муравьев уже в древности вызывала интерес и восхищение человека, но только в последние годы натуралисты открыли много нового в обычаях и работе муравьев. К числу таких недавних открытий относится и тот факт, что иные виды муравьев, не довольствуясь сбором готовых продуктов, занимаются разработкой своих полей и огородов, и производят затем жатву по всем правилам земледельческого искусства!

[31] Село Сергиевка, Мелитопольского округа.