— Да. Когда-то им была я.
— И все мы...
— Мы — длань наказующая. Мы предназначены жить с людьми бок о бок. Мы — их кара. И, если придет наш час, и нам будет дан знак, мы должны будем исполнить нашу миссию — уничтожить человечество, когда оно окончательно и бесповоротно погрузиться во тьму.
— Так вот для чего мы живем, — тихо сказала Менестрес.
— Да. Мы неотделимы от человечества, равно как и они от нас. Мы сдерживаем равновесие в мире. Во многом поэтому наше место в тени человечества, оно развивается, а мы лишь наблюдаем за этим. Так и должно быть.
— Теперь я понимаю, почему Варламия существует лишь как небольшое отдаленное королевство. Вампиры не должны править людьми. Это приведет их к гибели, и нас вслед за ними.
— Именно. Мир меняется. И я чувствую, что мое детище — Варламия, скоро уйдет в прошлое. Оно просуществует еще не более тысячи лет. Мир изменится настолько, что такое количество вампиров не сможет продолжать жить на одном месте, не вызывая подозрений. Вампиры должны будут навсегда покинуть Варламию, и именно тебе выпадет навсегда скрыть ее от людей. Только твоя дочь сможет потом попасть в эти катакомбы, чтобы пройти путь Королев, но уже ни один человек не сможет их найти. Когда придет это время, ты сама почувствуешь это.
— Да.
— А теперь ты должна завершить свой путь. Ты должна воссоединиться с духом матери. Впитать ее силу.
Менестрес снова увидела рядом с собой дух матери. Ациела подошла, вернее, подплыла к ней почти вплотную и сказала:
— Пришло время мне передать тебе свою силу. Помни, я всегда с тобой. От королевы к королеве да перейдет сила наша! Правь мудро...
С этими словами она поцеловала Менестрес в лоб, а затем просто втянулась в нее. Принцесса ощутила невероятный прилив сил. Когда она немного пришла в себя, то услышала голос Дайомы:
— Подойди ко мне, сестра.
Менестрес подошла к ней почти вплотную. В руках Дайомы появился неведомо откуда взявшийся кинжал. Им она взрезала себе запястье и, протянув ей руку, сказала:
— Пей. Испей от меня, Менестрес.
Она послушно приникла ртом к ране и сделала несколько глотков. Когда она отступила, то почувствовала, как сила наполняет ее тело, каждую его клеточку.
— Теперь твоя сила стала полной, — удовлетворенно сказала Дайома. — Такой силой не обладает никто из вампиров или людей. Но они не будут знать об этом, ибо она скрыта защитными барьерами. С моей кровью ты впитала и знание о том, как управлять ею. Если же ты снимешь все барьеры до единого и призовешь все свое могущество, то не найдется никого, кто сможет противостоять тебе. Даже целая армия вампиров не сможет остановить тебя. Ибо твоя сущность, сущность королевы проявиться. Ты станешь Молчаливой Гибелью.
— Молчаливой Гибелью? — переспросила Менестрес.
— Да. Сильнейшим вампиром, в котором есть сила самой Смерти. Ты — королева. Королева по праву рождения. Но бывают случаи, когда это приходиться доказывать. Я знаю, ты будешь хорошей королевой своему народу. А теперь прощай. Ты прошла путь королев до конца. Но помни, ты не должна никому говорить о том, что узнала и увидела здесь. Это — табу.
— Клянусь!
Дайома улыбнулась и сказала:
— Прощай, прощай королева Менестрес.
Дайома снова легла на дракона и застыла, опять обратившись в холодный камень. Несколько секунд спустя статую поглотили воды озера. Последнее, что увидела Менестрес, это морда дракона. У него не было одного глаза.
Бамбур, Влад, Лора и Герм ждали Менестрес, стараясь производить как можно меньше шума. Ждали уже очень долго. Бамбур начал всерьез беспокоиться о своей молодой госпоже, но он был бессилен сделать что-либо и это бесило его. Его беспокойство все нарастало, когда они услышали приближающийся звук шагов. Это были стражники. И в то же время контур закрытого входа в подземный ход снова осветился голубым светом. Каменная стена пещеры отошла в сторону, и они увидели Менестрес.
Она казалась прежней, но все же изменилась. Она будто стала выше ростом. В ее движениях, походке чувствовалась как никогда истинная королевская стать. В глазах горел ровный огонь, как напоминание о ее силе. Менестрес была подобна бутону цветка, который, наконец, расцвел во всем своем великолепии.
— Менестрес... — только и сумел сказать Бамбур.
Она улыбнулась. Но тут ее заклятье спало с пещеры, и секундой позже ворвался целый отряд стражников-вампиров Джахуба. Их было около двадцати. Их командир крикнул:
— Здесь чужие! Схватить их!
Завязалась схватка. Бамбур и Влад выхватили мечи и выступили вперед, загораживая собой Менестрес и остальных. В пылу борьбы они не заметили, что она снова обрела облик воина с маской на лице. Она не собиралась стоять в стороне.