— Прости, но у меня тоже могут быть дела, — пожал плечами Антуан.
Этот ответ, казалось, не удовлетворил Рауля, но вслух он ничего не сказал. Возможно потому, что его вниманием полностью завладела одна из вампирш. Через некоторое время Антуан решил их оставить, не желая мешать. К тому же кто-то уже просил его помочь с делами — за прошедшие годы его талант коммерсанта только совершенствовался, хотя он сам почти не прилагал к этому усилий.
И все же домой Антуан вернулся позже Рауля, правда предполагал, что будет скорее наоборот. Увидев брата, он сказал:
— О, ты уже пришел? Я думал, твоя новая пассия тебя так просто не отпустит.
— Да ладно! Вечно ты! — насупился Рауль и уставился на горящий в камине огонь.
— А что я? Я ничего! — Антуан поднял руки в примирительном жесте.
— Если бы! — усмехнулся брат, так и не повернувшись.
— В смысле?
— Да так, ничего, — отмахнулся Рауль, но жест не выглядел беззаботным, и это не утаилось от Антуана. Сразу же оставив все готовые сорваться с языка шутки, он подсел рядом и спросил:
— Что-то случилось?
— С чего ты взял? — еще больше нахмурился Рауль.
— Природная интуиция. Так что произошло? Что ты такой хмурый?
— Скажи, неужели остальные правы, и мы станем друг для друга всего лишь птенцом и создателем?
— Что ты вдруг вспомнил об этом? Мы же, вроде, давно решили, что это не наш случай. Ты — мой брат, это для меня прежде всего.
— Но сейчас это совсем не то, что раньше, когда мы жили в отцовском поместье, — упрямо возразил Рауль, а потом мечтательно добавил, — Как бы мне хотелось побывать дома!
— Ты же знаешь, что это невозможно, — мягко проговорил Антуан. — Это нас выдаст и может погубить. Как старший брат, я просто не могу позволить тебе так рисковать. Мы не должны забывать, кем мы стали. Мы вампиры.
— Ты заговорил, прям как настоящий магистр, — усмехнулся Рауль. — Может, мне звать тебя «господин»?
Тут уж Антуан не выдержал, вспылил. Резко вскочил, схватил брата за грудки, тем самым подняв его над полом, и выпалил:
— Думай, что говоришь! Еще раз такое брякнешь — я тебя стукну! Понял?!
— Да понял, понял! — закивал Рауль, стараясь выбраться из его железной хватки. — Прости.
— То-то же, — проговорил Антуан, разжав руки. — Сорок лет, уже взрослый мужчина, а временами как дите!
При напоминании о своем возрасте Рауль вздрогнул как от пощечины. Он осторожно поглядел в зеркало, и оттуда на него, как и пятнадцать лет назад смотрело лицо молодого мужчины, почти юноши. А ведь если бы он остался человеком, то половина жизни была бы уже позади. Странно, что он никогда не задумывался об этом, а стоило.
Очнуться от этих мыслей его заставил голос Антуана:
— Эй, да что с тобой в самом деле? Ты начинаешь меня беспокоить! Неужели опять эта твоя меланхолия?
— Нет, не думаю, — покачал головой Рауль.
— Хорошо, если так, — в голосе Антуана все еще звучали нотки подозрения.
— Что ты за меня так волнуешься? Я же не ребенок. Да и что со мной может случиться? Я же, в конце-концов, бессмертный!
— Бессмертный, но не неуязвимый. Ты все же можешь умереть от целого ряда причин. Я тебе говорил. Или ты уже забыл?
— Да помню! — выдохнул Рауль, закатив глаза, и стал перечислять, — Огонь, отсечение головы, а в ближайшие сто лет и солнечный свет.
— Вот именно.