— Добро пожаловать в нашу общину, Антуан, — приветливо проговорила она. — Но чей ты сын во крови, и почему не он привел тебя к нам?
— Что, простите? — он почти ничего не понял из этой фразы.
— Антуан очень мало знает о нас, — пояснил Стефано. — Он говорит, что его творцом был Юлиус.
— Юлиус, ушедший от мира? — удивленно переспросила Алкеста.
— Да, — подтвердил молодой виконт.
Девушка-вампирша подошла к нему почти вплотную. Внимательно посмотрела ему в глаза и легким, быстрым движением провела по щеке, и только затем сказала:
— Ты не лжешь. Я чувствую в тебе кровь Юлиуса.
— Алкеста всегда отличалась способностью видеть самую суть вещей, — прокомментировал Стефано. — Это ее особый дар.
— Но если Юлиус твой творец, то... — продолжала вампирша, почти не обратив внимания на слова своего господина. — Неужели, ушедший от мира вернулся?
— Я не понимаю, о чем вы, — покачал головой Антуан.
— Всех нас интересует только один вопрос, — продолжил за Алкесту Стефано. — Где сейчас Юлиус? Почему ты ни разу не появлялся с ним?
— Он умер.
— Боюсь, ты не понимаешь, что говоришь. Столь древний и могущественный вампир, каким был Юлиус, не может взять и умереть. Он стал практически неуязвим, и считал это своим проклятьем, — покачал головой магистр города.
— Я видел собственными глазами, как он обратился в пепел, — глухо произнес Антуан. Перед его мысленным взором вновь встала эта картина, которая каждый раз заставляла его содрогнуться.
— Его слова истинны, — вновь подтвердила Алкеста, взгляд которой был устремлен куда-то в пустоту. — Я вижу то, что видел он.
— Я тоже вижу, — согласился с ней Стефано. — Значит, Юлиус нашел способ уйти. Что ж, это, в конце-концов, должно было случиться. Возможно, века саморазрушения сделали это возможным.
— Вполне вероятно, — кивнула вампирша. — Но тяжело осознавать, что подобная судьба постигла одного из сильнейших.
— Так вы знали Юлиуса? — спросил Антуан.
— Да, мой мальчик, — подтвердил Стефано. — Он был очень сильным вампиром. Почти тысячу лет он был магистром Микен, много путешествовал. У него была красавица жена Кадмея. Они прожили вместе около шестисот лет, но она погибла при весьма трагических обстоятельствах. Юлиус и сам тогда едва выжил. Но прежним уже не стал. Весь мир перестал иметь для него смысл. Поэтому нас всех так и удивило, что он обратил тебя, — все это он говорил, приобняв его за плечи и ведя по коридору.
— Обратил и тотчас же оставил, — заметила Алкеста. — Он хоть что-нибудь тебе сказал?
— Да. Он говорил, что ни у кого нет власти надо мной, что я свободен и принадлежу лишь себе, — проговорил Антуан.
— Весьма великодушно с его стороны, — усмехнулась вампирша.
— То есть? — не понял молодой виконт.
— Творец всегда имеет власть над своим птенцом, и эта власть заканчивается лишь со смертью одного из них. Юлиус мертв — а ты свободен. Никто из нас не может подчинить тебя себе. Пока ты на положении вампира-одиночки. Но, если захочешь, можешь попросить принять тебя в какой-либо из кланов. Тебе вряд ли откажут. А пока ты должен подчиняться лишь закону, ну и слушать меня как магистра города. И вообще, появляясь в любом городе, ты должен испросить разрешение на охоту у его магистра, иначе могут решить, что ты собираешься бросить вызов, — терпеливо объяснил Стефано. — Но у тебя еще будет время разобраться. А сейчас идем. Пока мы тут разговариваем, все уже собрались.
Алкеста, шедшая впереди, открыла двери, и они оказались в довольно просторном зале, который украшали искусно выполненные гобелены и картины знаменитых художников. Это бросалось в глаза в первую очередь, а потом уже Антуан увидел всю собравшуюся здесь компанию.
Их было около двадцати, даже меньше. Мужчины и женщины разного возраста, но не младше шестнадцати и не старше сорока пяти. Будто не существовало ни детства, ни старости. Вампиры. Анатуан просто знал это. Узнал, даже если бы ему не сказали. И все они сейчас смотрели на него. Смотрели с любопытством и оценивающе. Стараясь понять, какова его сила. Но стоило Стефано выйти вперед, как все взгляды тут же почтительно потупились. Он сам воспринял это как должное и сказал:
— Рад приветствовать вас всех. И хочу представить нового члена нашей общины — Антуана, птенца Юлиуса.
Среди вампиров раздался удивленный ропот. Магистр города поднял руку, призывая их к молчанию, и продолжил:
— Вы не ослышались. Именно Юлиус, ушедший от мира, создал нашего нового друга. Но его самого, к сожалению, нет больше среди нас. Он покончил с собой в огне.
По залу снова прокатились удивленные возгласы. Молодой виконт просто физически ощущал их готовые сорваться с губ вопросы: почему именно он стал избранником старого вампира? Почему он так силен? Кем он был для Юлиуса? От всего этого Антуан даже оторопел, но его выручил Стефано, сказав: