Адька кивнул и, не прекращая своего кружения, двинулся вниз по улице. Издали это было очень смешно. Лариса рассмеялась, прижала локтем руку Кирилла и заторопилась.
Глава вторая
«В Западной Украине прошли небывалые весенние паводки… В Дагестане землетрясение в семь баллов. Вся страна шлет помощь дагестанским братьям…»
Греков отодвинул газету.
Перепалка между Всесвятским и Стародубом обострялась. Правда, говорил начальник цеха, а Всесвятский лишь изредка вставлял слово. Всегда одно и то же: комплектация, дефицит, неритмичность…
Лепин что-то рисовал в углу. Наверняка Всесвятского. Трудно найти более подходящую натуру для карикатуры… Земцов, главный технолог, тихонечко посапывал.
«Спит. С открытыми глазами наловчился спать. Это же надо! Человек ко всему привыкает», — подумал Греков и окликнул:
— Тихон Алексеевич!
Главный технолог не шевельнулся, только зрачки засветились, постепенно принимая осмысленное выражение.
— А в Дагестане землетрясение. Семь баллов. Представляете?
— Не может быть, — бодро, с готовностью ответил Земцов.
— Почему не может? — Всесвятский повернулся к Земцову. — Когда я работал в Ашхабаде, например…
— Мне плевать на землетрясения, — Стародуб сгоряча дернул Всесвятского за пуговицу пиджака. — Ты мне декаду по номенклатуре засчитывай, ясно? Куда это годится?! — Иван Кузьмич жалобно посмотрел на Грекова. — Все, понимаете, в ажуре. Люди из кожи лезут, а из-за механического…
— Обижают Ваню, — проговорил Греков.
— Нас не обидишь. Мы зубастые. — Иван Кузьмич повернулся к Всесвятскому, словно примериваясь, куда его почувствительнее куснуть. — В землетрясение, говорите, попали? Оно и видно.
Все лениво рассмеялись. Лишь Лепин недовольно нахмурился: Всесвятский переменил позу, а он не закончил рисунок.
— У меня междугородная заказана, с Москвой. А тут конца не видно. — Всесвятский привычно вскинул руку, обнажая часы, и недовольно вздохнул: —Мое мнение — лишить сборочный цех на пятьдесят процентов, за неритмичность, — и он покинул кабинет.
Греков встал и прошел вдоль стола. Так получалось, что люди работали на одном заводе, встречались редко. У каждого свои заботы. А вот на балансовую комиссию старались прийти все: не придешь — пожалеешь, потом бегай, доказывай.
Греков остановился рядом с креслом, в котором сидел главный технолог Земцов.
— Вы считаете, что приспособление к магнитометрам уже готово? — сдерживая раздражение, произнес Греков.
Земцов дернулся, попытался встать, но Греков придавил ладонью его плечо.
— Приспособление передано в цех? — вновь спросил Греков.
Земцов молчал. Не будет же он в который раз повторять, что шлифовщики подводят.
— Так вот, ведущую группу лишим прогрессивки. И всему отделу срезать наполовину. Я вас предупреждал. Что по отделу главного конструктора? — Греков повернулся к Лепину.
Главный конструктор Лепин снял очки и принялся вертеть их в руках.
— Закончили рабочие чертежи? — спросил Греков.
— Не успели, — помедлив, ответил Лепин.
— Причина?
— Большой объем. Еще недельки две возиться.
— А лишу-ка я и вас премии, мой друг, чтобы Земцову не было обидно.