Улица: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Он же ниггер. Ты ведь за них, разве нет?

— Не ниггер, а негр. А тебе бы понравилось, если бы я обозвал тебя жидом?

— Говноед.

Спорт — развлечение для идиотов, поучал нас Дэнни, не что иное, как уловка, способ заставить забыть, как эксплуатируют рабочих — наших родителей. Бадди О’Коннор, Джерри Хефферман и Пит Морин — все классные игроки, но, сознают они или не сознают, всего-навсего капиталистические холуи.

Наших учителей Дэнни тоже умел довести до точки кипения. Он допытывался, почему в нашем учебнике по истории не упоминается Спартак и ничего не сообщается о попытках Антанты подавить русскую революцию в 19-м году.

— Не те книги читаешь, Фельдман, — говорил историк.

— Съел? Садись, коммунист паршивый.

— А что, если скинуться и отправить его в Россию? Что скажете, ребята?

Мученичество свое Дэнни нес с гордостью. Мало-помалу, шаг за шагом он внедрялся в Кадетский корпус[79] и Ученический совет ФСШ. Сегодня он всего-навсего рядовой ученик, а завтра уже старший кадет, имеет доступ к нашему подвальному арсеналу; и вот уже Ученический совет дозревает до того, что сочиняет петицию с требованием выдачи на обед бесплатного молока и запрета бить ремнем. Меж тем нас в эту пору, когда мы начали отращивать бороды и переходили из девятого в десятый класс, интересовало уже не то, сколько голов забьет «Ракета» Ришар, а то, как соблазнительно скидывает с себя одежды Лили Сен-Сир в театре «Гейити». Предмет нашего последнего помешательства, мисс Сен-Сир, бесподобно изображала Леду с лебедем, но Дэнни и ее не одобрял.

— В жизни не встречал такого сборища разложенцев, — говорил он.

— Да ты хоть ее видел?

— Это же класс!

— Она бреет мохнатку.

— Ты не понимаешь, это же искусство. Она раздевается под классическую музыку.

Дэнни прочел нам лекцию о правах женщин — мурыжил часа два. Сказал, что стриптиз — одна из форм разложения капитализма, и, обратившись к Шубинеру, спросил:

— А тебе, интересно знать, понравилось бы, если бы твоей матери пришлось раздеваться на сцене догола?

Принимая во внимание габариты миссис Шубинер, не приходится удивляться, что мы буквально повалились от хохота.

— Смотри, как бы я не заехал тебе по уху, — прошипел Шубинер. — Нарываешься.

Нас с Дэнни, как выяснилось, кое-что роднило. Ни я, ни он, когда на школьных сборищах пели «Боже, храни короля», не присоединялись к хору. Дэнни вообще терпеть не мог королей и не верил в Бога. Я же не хотел петь «Боже, храни короля», так как не одобрял политики Англии в Палестине. Роднило нас — во всяком случае, я на это надеялся — и кое-что еще. Накануне вечером Сегал — он играл с папой в кункен — сказал:

— Слыхал про эти клубы коммунистической молодежи?

— Ну? — поддержал разговор отец.

— Слыхал, что они устраивают сходки в пятницу вечером?

— Ну? Ну и что?

— Как что? Как это что?

— Не может быть!

Сегал украдкой нацелил свою сигару на меня.

— Тебе пора делать уроки, — сказал папа.

Теперь, когда класс чуть не целиком нападал на Дэнни, я кидался его защищать.

— Дайте и Дэнни слово. У нас свободная страна.

— Скажешь тоже!

[79] Организация по вневойсковой подготовке молодежи.