Семейное Рождество: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не забывай о манерах, Чарльз, — строго сказала Элизабет, но, несмотря на это, по-доброму взъерошила волосы наглеца. — Это твой… дядя. Чарльз — старший сын Берти, — объяснила она, имея в виду брата. Она назвала по имени остальных детей, которые были детьми кузенов или кузин.

— Как тебя зовут? — спросил Чарльз.

— Чарльз! — возмущенно воскликнула Элизабет.

Но Эдвин поднял руку.

— Вы замечали, — спросил он, подмигнув мальчику, — что если ребенок не знает чего-то, что должен знать, взрослые неизменно говорят ему, что он должен об этом спросить? А когда он все-таки спрашивает, взрослые расценивают это как дерзость?

— Да-а-а-а! — громко согласились дети, и Эдвин усмехнулся.

— Это дядя… Эдвин, — объяснила Элизабет.

Послышался хор просьб, чтобы дядя Эдвин поиграл с ними.

Он со смешком снова поднял руку, требуя тишины. Почти у всех его близких друзей были маленькие дети, которые по какой-то необъяснимой причине всегда видели в нем потенциального приятеля. Его друзья утверждали, что это происходит потому, что в глубине души он все еще оставался ребенком. И любил детей.

— Завтра, — пообещал он. — Мы так много будем играть, что вы даже захотите лечь спать пораньше. Более того, вы будете просто умолять ваших нянь, чтобы они отвели вас в кровать.

Дети недоверчиво зашумели, а Чарльз, который был здесь кем-то вроде заводилы, фыркнул.

— Обещаю, так и будет, — сказал им Эдвин. — Но сегодня я пришел, чтобы увидеть своего сына, его зовут Джереми. Никто не видел, он здесь случайно не пробегал? — спросил он, оглядываясь по сторонам и всем своим видом демонстрируя притворную озабоченность.

— Не-а, — с превосходством в голосе сказал ему какой-то пухлый мальчик. — Он ведь всего лишь малыш.

— Я хотела поиграть с ним, — добавила маленькая девочка, — но ему надо было спать. Он правда ваш? Он ведь и тети Лиззи.

Элизабет повела мужа в комнату, смежную с детской.

— Вы не должны были давать им обещания насчет завтра, — сказала она с тихим упреком. — Они будут разочарованы, когда вы его не сдержите. Дети такое не забывают.

Он не ответил. В комнате было тихо и царил полумрак, потому что окна были занавешены, но малыш не спал. Эдвин слышал его воркование и видел, как он машет кулачками, лежа на спине в своей кроватке. Когда Эдвин подошел ближе, малыш внимательно посмотрел на отца. Эдвин с трудом сглотнул и был рад, что жена стояла далеко позади него. Он мечтал об этом почти три месяца.

Это был самый горький опыт в его жизни — быть так далеко от своего ребенка. Он продумывал множество вариантов, чтобы быть с ним рядом, включая даже покупку второго дома в Лондоне для Элизабет. Но, если бы они жили в городе в разных домах, возникло бы слишком много щекотливых вопросов. И все же ему казалось невозможным поселить семью в доме, ранее принадлежавшем отцу, даже при том, что большой дом был со вкусом обставлен, комфортабелен и расположен в фешенебельном районе города. В конце концов, всем было известно, что это дом преуспевающего торговца.

— Он подрос, — сказал Эдвин.

— Конечно. Ведь вы не видели его почти три месяца.

Неужели она обвиняет его?

— У него выпали волосы, — сказал он.

— Это естественно, — ответила она. — Они вырастут снова.

— Вы все еще кормите его… грудью? — Он помнил, как был удивлен, когда ее мать вместе с доктором были категорически против ее решения не нанимать кормилицу. Это был единственный раз, когда она пошла против воли матери.

— Да.

Она не сделала попытки взять ребенка на руки, и, судя по всему, малышу было вполне хорошо и так. А Эдвину очень хотелось взять его на руки, но он боялся даже прикоснуться к нему.

— Он выглядит вполне здоровым, — сказал он.

Почему он никогда не мог поговорить с Элизабет нормально, а все его слова были либо суровыми, либо банальными? Они никогда не разговаривали. Они делили супружескую постель в течение двух недель, которые он предпочел бы забыть, поскольку все это время она была холодной, безразличной и каждую ночь в постели вела себя как овечка на заклании, однако по-прежнему оставались почти молчаливыми незнакомцами, которым было неуютно друг с другом.

— Вы хотели подняться в комнату, — напомнила она. — Вы присоединитесь к нам позже за чаем?

— Полагаю, я воздержусь от удовольствия видеть наших гостей до ужина, — ответил он.