Вторжение моря: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Однако несколько лет назад, после того, как были прекращены работы над внутренним морем[23] в Бараде, к западу от Габеса (предпринятые по проекту капитана Рудера[24]), генеральный резидент[25] и бей[26] Туниса распорядились переселить племена туарегов в оазисы, простирающиеся вокруг шоттов, в надежде, что эти превосходные воины станут чем-то вроде стражей пустыни. Напрасный труд: имохаги — историческое название народа — заслуживали, как и прежде, меткого прозвища «туареги», что значит «ночные разбойники». Именно так их называли в Судане, где они держали в страхе все население. Кроме того, если работы над созданием моря в Сахаре были бы в один прекрасный день возобновлены, нет сомнений, что эти воинственные племена возглавили бы борьбу жителей пустыни против затопления шоттов.

Даже если туареги нанимались проводниками или охранниками караванов, в душе они все равно оставались грабителями по натуре, настоящими сухопутными пиратами, и эта скверная репутация слишком прочно закрепилась за ними, чтобы им можно было доверять.

Много лет назад майор Пэн, исследуя эти опасные районы Африки, ежечасно рисковал подвергнуться нападению воинственных туземцев. А экспедиция капитана Флаттера[27], отправившаяся из Уарглы в 1881 году? Все помнят, как отважный офицер и его товарищи приняли смерть в Гоире и Гхараме. Военным властям Алжира и Туниса приходилось быть постоянно начеку, чтобы держать в узде многочисленные племена туарегов.

Из всех туарегских племен самыми воинственными слывут ахаггары. Именно их вожаки издавна были предводителями вспыхивавших то здесь, то там мятежей, столь затруднявших поддержание французского влияния на бескрайних пространствах пустыни. Особенно много хлопот губернатору Алжира и генеральному резиденту в Тунисе доставляли районы шоттов, или себх. Поэтому читателю должно быть ясно, какое значение для этих мест имел близящийся к завершению проект создания в Сахаре внутреннего моря. Об этом проекте и пойдет речь в нашем повествовании. Нетрудно представить, какой ущерб должно было нанести племенам туарегов его осуществление — караванные пути сокращались, а значит, властям становилось легче держать в узде пиратов пустыни. Эти разбойники не смогут больше ежегодно добавлять немало имен к африканским некрологам!

Понятно, что ахаггары не желали допустить ничего подобного. К этому воинственному племени принадлежала и семья Хаджара, пользовавшаяся среди туарегов большим влиянием. Смелый, дерзкий, не знающий жалости сын Джаммы издавна слыл одним из самых опасных предводителей банд, державших в страхе районы пустыни к югу от Оресских гор. В последние годы он возглавил множество нападений на караваны и французские отряды; слава его росла, и имя передавалось из уст в уста среди племен, постепенно отступавших б восточную часть огромной, лишенном растительности песчаной равнины, называемой Сахарой. Действия мятежника всегда были молниеносны, и хотя военные власти давно отдали приказ всем командирам во что бы то ни стало захватить главаря туарегов, Хаджару многие годы удавалось ускользать от преследователей. Едва властям сообщали, что видели его в окрестностях одного оазиса, как он уже появлялся вблизи другого. Сплотив вокруг себя большую группу туарегов, не менее дерзких и жестоких, чем он сам, Хаджар терроризировал весь край от алжирских шоттов до Малого Сирта. Караванщики решались пересекать пустыню лишь в сопровождении многочисленного эскорта[28] или вовсе не отваживались двинуться в путь, отчего сильно страдала торговля во всей Северной Африке вплоть до рынков Триполитании.

В Нефте, Гафсе и главном городе края — Таузаре — стояли вооруженные французские подразделения, но все попытки захватить Хаджара и его банду неизменно терпели неудачу, вплоть до того дня, когда бесстрашный предводитель туарегов был схвачен отрядом спаги.

Известно, с каким рвением, с какой самоотверженностью и отвагой устремляются на бескрайние просторы Черного континента отважные путешественники, последователи Бёртона[29], Спика[30], Ливингстона[31], Стенли[32] в поисках новых открытий. Их насчитывается не одна сотня, и сколько еще имен прибавится к этому славному списку, прежде чем наступит день — а до него очень и очень далеко — когда третья часть Старого Света раскроет свои последние тайны! А до тех пор — сколько таких экспедиций закончится катастрофой!

Беда постигла и экспедицию во главе с отважным бельгийцем, задавшимся целью исследовать наиболее пустынные и наименее изученные районы Туата. Карл Стейнкс[33] снарядил свой караван в Константине и двинулся на юг. Людей в его экспедиции было немного — около десятка арабов, набранных им в окрестностях города. Караван состоял из верховых лошадей и верблюдов; четыре лошади были впряжены в две повозки со снаряжением экспедиции.

Пройдя через Бискру, Туггурт и Негуссию, где легко было пополнить запасы продовольствия, а французские власти этих городов оказывали путешественнику помощь и поддержку, караван достиг Уарглы, расположенной на тридцать втором градусе северной широты, — и оказался в самом сердце Сахары.

До тех пор экспедиция не испытывала серьезных трудностей. Конечно, люди и животные были сильно утомлены, но никакие опасности им не грозили. Французское влияние ощущалось даже в отдаленных уголках пустыни. Туареги здесь вели себя тихо, и не только исследовательские, но и торговые караваны могли бороздить пески без особого риска.

В Уаргле Карл Стейнкс вынужден был обновить состав своей экспедиции: некоторые из арабов следовать дальше отказались. Пришлось расплатиться с ними. Не обошлось без затруднений: арабы оказались при расчете мелочно придирчивы. Однако разумно было уступить их требованиям и избавиться от этих людей: коль скоро они не желали продолжать путь, оставлять их в составе экспедиции было бы небезопасно.

Но путешественник не мог двинуться дальше, не набрав новых людей, а большого выбора, понятно, у него не было. Он счел, что счастливо вышел из положения, приняв услуги нескольких туарегов, которые за солидное вознаграждение согласились сопровождать его до конечного пункта экспедиции, будь то на западном или восточном побережье Африканского континента.

Мог ли Карл Стейнкс, даже осведомленный о нравах туарегов, предполагать, что допустил в свой караван вражеских лазутчиков? Банда Хаджара не спускала с экспедиции глаз до самой Бискры и только выжидала удобного случая. И вот теперь разбойники, которым предстояло стать проводниками в незнакомой местности, могли завлечь отважного путешественника туда, где его будет поджидать их главарь…

Так и случилось. Покинув Уарглу, караван двинулся на юг, пересек Северный тропик и достиг мест обитания ахаггаров, откуда Стейнкс рассчитывал повернуть на юго-восток, к озеру Чад. Однако начиная с пятнадцатого дня после выступления экспедиции из Уарглы никто ничего не знал о Карле Стейнксе и его спутниках. Что же произошло? Добрался ли караван до озера, возвращается ли он, обогнув его с востока или с запада?

Экспедиция Карла Стейнкса вызывала живейший интерес в многочисленных географических обществах, особенно в тех, предметом изучения которых были путешествия в глубь Африки. До Уарглы географы были в курсе событий. На протяжении еще сотни километров до французских властей порой доходили кое-какие вести, переданные кочевниками пустыни. Все позволяло надеяться, что через несколько недель экспедиция благополучно достигнет озера Чад.

Но шли недели, месяцы, а о храбром путешественнике ничего не было известно. В отдаленные южные районы были посланы разведчики; участие в поисках приняли и французские войска: солдаты бороздили пустыню в разных направлениях. Поиски ни к чему не привели, и возникли опасения, что экспедиция либо погибла в результате нападения кочевых племен, либо приняла смерть от истощения или болезни в бескрайних песках Сахары.

Географы не знали, что и думать, и уже потеряли всякую надежду не только когда-нибудь увидеть Карла Стейнкса живым, но и получить хоть какие-то сведения о судьбе злосчастной экспедиции, как вдруг объявившийся в Уаргле араб пролил свет на окружавшую ее тайну.

Этому арабу, одному из участников экспедиции, удалось бежать. Он рассказал, что туареги, нанятые Стейнксом в Уаргле, предали его, и караван стал жертвой нападения банды под предводительством Хаджара, уже снискавшего дурную славу своими дерзкими налетами. Карл Стейнкс отчаянно защищался. Укрывшись вместе с преданными ему людьми в заброшенной мечети, он двое суток выдерживал атаки туарегов. Но численное превосходство нападавших сделало невозможным дальнейшее сопротивление, и все члены экспедиции были зверски убиты.

Нечего и говорить, как всколыхнуло французов это известие. Возмущенные голоса слились в единый крик: отомстить за гибель отважного путешественника, отомстить безжалостному главарю бандитов-туарегов! Само имя главаря сопровождалось в разговорах немыслимыми проклятиями. Были все основания полагать, что далеко не первый караван в Сахаре пал его жертвой. Поэтому французские власти приняли решение организовать экспедицию для поимки Хаджара, дабы покарать его за все преступления и одновременно положить конец пагубному влиянию, которое он оказывал на племена туарегов. Было известно, что эти кочевые племена мало-помалу отступают на восток Африканского континента, и основной зоной Их обитания стали южные области Триполитании и Туниса. Оживленная торговля в этих районах оказалась под угрозой — туарегов надо было во что бы то ни стало привести к повиновению.

Итак, решение об экспедиции было принято, а губернатор Алжира и генеральный резидент в Тунисе получили приказание оказывать ей всемерную поддержку во всех городах края шоттов, где размещались французские гарнизоны. Трудную и опасную миссию, от которой ожидали столь важных результатов, военный министр возложил на эскадрон спаги под командованием капитана Ардигана.

На крейсере «Шанзи» шестьдесят человек прибыли в порт Сфакс. Через несколько дней после высадки, погрузив палатки и провиант на верблюдов, отряд в сопровождении проводников-арабов покинул побережье и двинулся на запад. Ему предстояло пополнять запасы продовольствия в Таузаре, Гафсе и других городках и поселках, которых немало в оазисах вокруг Джерида.

Под началом капитана находились старший лейтенант, два лейтенанта и несколько унтер-офицеров, в том числе бравый старший сержант Николь.

Ну, а коль скоро старший сержант был членом экспедиции, нечего и говорить, что в нее вошли также его конь по кличке Наддай и неразлучный с ним пес Козырный Туз.

Продвигаясь вперед с размеренностью, которая служит залогом успеха, экспедиция пересекла весь тунисский Сахель[34]. Оставив позади Дар-эль-Мехаллу и Эль-Геттар, отряд сделал двухдневную остановку в Гафсе, центре области Хенмара.

Гафса расположена в излучине уэда Байев. Город раскинулся на террасе, обрамленной цепью холмов, а чуть поодаль вздымаются величественные горы, уступами уходящие к самым небесам. Из всех городов южного Туниса Гафса насчитывает самое большое число жителей. Люди скучены на тесном пространстве в домах и глинобитных хижинах. В возвышающейся над ней крепости, где прежде несли охрану тунисские солдаты, теперь расположились французские войска, но есть среди них и арабы. Гафса считается центром просвещения: здесь работают несколько школ, где обучение ведется как на французском, так и на арабском языке. Развиты в этом городе и всевозможные промыслы: ткачество, изготовление шелковых хаиков, а также тонких покрывал и бурнусов, отменная шерсть для которых доставляется из Хаммата. Достопримечательностью являются термы[35], построенные еще в эпоху Древнего Рима; есть здесь и горячие источники, температура воды в которых достигает двадцати девяти — тридцати двух градусов по шкале Цельсия.

Остановившись в этом городе, капитан Ардиган узнал самые последние новости о Хаджаре: банду туарегов видели близ Феркана, в ста тридцати километрах к западу от Гафсы.

Предстояло преодолеть немалое расстояние, но спаги, как известно, считаются с усталостью не больше, чем с опасностью.

Энергии и выносливости солдатам было не занимать, они знали, чего хотят от них командиры, и только и ждали сигнала к выступлению. «Между прочим, — заявил старший сержант Николь, — старина Наддай шепнул мне на ушко, что готов покрывать по два перехода в день, а уж Козырный Туз — тот так и рвется вперед!»

Итак, пополнив запасы продовольствия, капитан со своим отрядом двинулся в путь. Первым делом им пришлось пересечь лес, в котором насчитывалось не меньше сотни тысяч пальм, а в центре его таилась еще роща, целиком состоящая из фруктовых деревьев.

На пути между Гафсой и алжиро-тунисской границей отряд миновал городок под названием Шебика, где капитану подтвердили сведения о главаре туарегов. Хаджар то и дело нападал на караваны, пересекавшие эти отдаленные районы провинции Константина, и его «послужной список» пополнялся все новыми грабежами и убийствами.

[23] Проект создания внутреннего моря в Сахаре путем проведения канала от Габесского залива к алжирской и тунисской частям пустыни с предполагаемой площадью водного пространства в 16 тысяч кв. км оживленно обсуждался, но в итоге Парижская академия наук сочла осуществление этого замысла бесполезным, а отдельные ученые и вредным. Совершенно фантастическим был признан следующим проект Дональда Маккензи — залить указанное пространство водами Атлантического океана. Однако изыскательские и проектные работы в этой области продолжались группами энтузиастов; о двух таких экспедициях (вымышленных) рассказывается в романе.

[24] Рудер Франсуа-Эли (1836–1885) — французский инженер, автор идеи Устройства внутреннего моря в Сахаре (1874 г.).

[25] Резидент — дипломатический представитель; в данном случае — полномочный правитель, назначенный метрополией (страной, владеющей колониями) в подчиненные территории.

[26] Бей — здесь: титул наследственного местного правителя Туниса, подчиненного французскому губернатору.

[27] Флаттер (?— 1881) — французский офицер; совершил Две экспедиции по исследованию области, заселенной туарегами; был убит этими аборигенами.

[28] Эскорт — сопровождение, охрана, конвой.

[29] Бёртон Ричард Френсис (1821–1890) — английский исследователь Африки.

[30] Спик Джон Хеннинг (1827–1864) — англичанин; путешествуя с Р. Бёртом в середине XVIII века, сделал ряд важных географических открытий (оз. Танганьика, оз. Виктория и проч.).

[31] Ливингстон Давид (1813–1873) — шотландский миссионер, ставший знаменитым исследователем Южной и Экваториальной Африки, проработавший на Черном континенте свыше 30 лет, совершившим множество географических и этнографических открытий и пользовавшийся большой популярностью среди различных племен и народностей негров-банту.

[32] Стенли Генри Мортон (настоящие имя и фамилия — Джон Роуленд; 1841–1904) — американский журналист, руководивший в 1869–1871 годах экспедицией по розыскам Давида Ливингстона. В 1874–1877 и 1887–1889 годах совершил два трансконтинентальных путешествия по Экваториальной Африке. В 1879–1884 годах основал по поручению бельгийского короля Леопольда II компанию «Свободное государство Конго» (впоследствии — Бельгийское Конго, ныне — Республика Заир).

[33] Стейнкс Карл — судя по дальнейшему содержанию романа, персонаж вымышленный. Данных о нем в многочисленной справочной и научной литературе обнаружить не удалось.

[34] Сахель (араб.) — берег; в данном случае — окраина Сахары.

[35] Термы — в Древнем Риме общественные бани, отличавшиеся богатством архитектурного убранства, наличием залов для спорта, собраний, развлечений, выполняли функции своего рода клуба для состоятельной публики.