Не знаю, что произошло бы дальше, случись все это до нашей вылазки с Катей на Кондуй-озеро, но сейчас я мигом отрезвел, оттолкнул Настю.
— Ты что, сдурела? Уходи сейчас же!
Голос мой дрожал.
— Ах, ты так?!
— Что так?
— Только с Катькой можешь?..
— Ты с ума сошла…
Она бросила на меня взгляд, полный ненависти, прошипела с брызнувшей злобой:
— Запомни мое слово: все равно не быть вам с Катькой вместе. Тогда я тебя уступила, а теперь не уступлю. Еще придешь ко мне, в ножках валяться будешь, да только…
Где-то совсем близко послышалась песенка: я узнал голос Юрки. Нас разделяли, может быть, высокие заросли жимолости. Настя прошептала что-то и метнулась в кусты. Я стоял на тропе взбудораженный до крайности и все не мог опомниться.
Юрка вышел на тропу, заметил меня:
— А, это вы!
Его глаза расширились от удивления:
— Вы один?
— Как видишь.
— Чертовщина какая-то! Послышалось, будто разговаривают.
— Это я читал стихи.
— Стихи? Вы читали стихи? Вот никогда не поверил бы!..
— Чего же здесь особенного? Всякий мало-мальски культурный человек любит поэзию. Когда был еще в Москве, часто выступал на самодеятельных вечерах. Возможно, и здесь подвернется случай выступить. Послушай:
— Здорово! Прочтите еще…
Юрка, кажется, поверил. Я провел рукой по его вихрастым волосам:
— Идем в барак. Скоро заступать. Нужно успеть позавтракать.
— Прочтите, прочтите!
— Лучше прочти ты что-нибудь. В вашей семье, наверное, тоже любили стихи?
— В нашей семье? — он рассмеялся. — Ну нет. Батя больше матюкался. Придет, бывало, с работы сердитый, весь в машинном масле, взглянет на меня и скажет: до каких пор я тебя, лоботряса, кормить буду? Семья-то у нас семь человек, мать болеет, сестренки маленькие. Ну, когда я засыпался на экзаменах, батя взял меня за шиворот и вышвырнул на улицу. Хватит, говорит, на моей шее сидеть, паразит несчастный! Я, говорит, в порту кишки надрываю, чтобы тебя, мерзавца, в люди вывести, а ты двойки получаешь. Вот какими стихами он разговаривает.
— А я думал…
— Что вы думали?
— Да так, ничего… Вот я решил на машиниста экзамен сдавать. Если хочешь, будем готовиться вместе.
— Еще бы! Мне бы только в машинисты выбиться, тогда бы я чихал на нужду: половину зарплаты можно было бы домой высылать.
— Значит, договорились?