Но бабушка не удивилась.
— Тут всё время ходят поезда, — сказала она, — возят разные грузы по окружной дороге.
И Петя тоже скоро перестал удивляться. Поезда шли и шли, то в одну сторону, то в другую, а то сразу два — навстречу друг другу.
Когда Петя и бабушка сидели за чаем, в комнату быстрым шагом вошёл дед. Петя посмотрел на него. Это был совсем другой дед, не тот, к которому Петя привык за лето, не тот, который ловил рыбу, в старой рубашке с заплатой на спине. Дед был в новом тёмном костюме, в белой рубашке с чёрным галстуком. Волосы у деда блестели, а башмаки блестели ещё больше, чем волосы. И ещё — Петя повёл носом… Да, от деда пахло одеколоном!
Дед провёл рукой по Петиной голове:
— Ну, как спал?
Бабушка быстро налила деду чаю:
— Дедушка спешит на работу!
— А что ты делаешь на своей работе? — спросил Петя.
— Варю клей, — ответил дед.
— Варишь клей? — удивился Петя.
— Варю! — кивнул дед.
— Идёшь варить клей, а сам надел хороший костюм. Ты бы фартук подвязал. Только бабушкин тебе мал будет!
— А мне не нужен фартук! — ответил дед. — Мой клей варится в котле величиной с дом, а размешивает его машина-великан. Нажмёшь кнопку, она включается и сама мешает клей огромной железной рукой.
Петя посмотрел на деда — шутит он, что ли? Котёл — с дом. Железная рука!
— А что этим клеем можно склеить?
— Мост! — спокойно ответил дед.
— Какой мост? — спросил Петя.
— Настоящий. Вот такой. — И дед показал в окно.
А там по мосту как раз проходил поезд: д-д-д…
— А ракеты можно им клеить?
— А как же, — ответил дед. — Ракеты обязательно. Я и мои помощники, мы варим очень сильный, просто могучий клей.
И дед ушёл на работу.
Кто поет?
За дедом захлопнулась дверь. В квартире стало тихо. Петя прислушался. Совсем тихо? Нет, не совсем.
Чр-р-р-, чр-р-р… — это чирикает счётчик. Он живёт в маленькой-маленькой комнатке, за маленькой-маленькой дверкой и всё время тихонько чирикает.
А в комнате идут часы. Так быстро топают: тип-топ, тип-топ, тип-топ…
Бабушка поставила на газ кастрюли, взяла чайник и отвернула кран в кухне. Др-р-р… — вода ударила в дно чайника и загремела, как гром.
А водопроводная труба пропела: у-о, у-о-а…
— Посмотри-ка за чайником, — сказала бабушка, — а я пойду подмету в комнате. Как вскипит, позови меня.