— Потому что это был лучший выход из неразрешимой ситуации.
— Не забывай, валькирия, что ты всю ночь выкрикивала мое имя. Можешь даже не заикаться, что не хочешь меня.
— Тогда хотела! Но это не означает, что теперь я не сожалею о своих поступках. Или не раскаиваюсь в содеянном, — отчеканила Люсия полным негодования голосом.
Лучшая ночь в моей жизни, а валькирия отрекается от этого.
Проснувшись, Гаррет чувствовал себя спокойным и расслабленным, полагая, что Люсия наконец-то принадлежит ему.
Какой же ты чертов глупец…
Каждую секунду на протяжении всего года он думал о ней: с того самого момента как пробуждался до мгновения, когда снова погружался в сон. Даже тогда Гаррет не мог освободиться от наваждения. Если удавалось провалиться в блаженное забытье, ему снилась Люсия и совместная жизнь, которая могла бы у них быть, снилось, как они путешествуют по миру, вместе охотятся, а потом растят добрую дюжину ребятишек.
— Значит, раскаиваешься в содеянном?
То, что он назвал бы вершиной счастья — и удивительным, полным наслаждений откровением — валькирия считает ошибкой.
Осознание потрясло Гаррета. Если Люсия не собиралась уступать после их совместно проведенной ночи — самой невероятной за все его существование — значит, не уступит никогда. И ему предстояло провести следующие девятьсот лет, гоняясь за ней.
— Ты даже не представляешь, что я потеряла, МакРив. Впервые в жизни я не могу защитить себя, не имею возможностей…
— Я стану твоим защитником.
Ее кулаки сжались, сверкнула молния.
— Так и знала, что ты скажешь это! — закричала она. — Знала, что наверняка не поймешь, почему такое предложение сродни кинжалу в груди.
Собственная ярость Гаррета вспыхнула ярким пламенем.
— Значит, знала, что я скажу, что буду тебя защищать? И бесишься из-за этого? Может, мне стоило сказать, что тебе чертовски не повезло и придется как-то справляться самой, но спасибо за отменный секс!
Люсия сузила глаза, обдав МакРива полным отвращения взглядом.
Валькирия никогда не смотрела на меня так.
Гаррет судорожно взъерошил волосы.
— Во имя всех богов, ты самая невыносимая женщина, которую я когда-либо знал! Если ты потеряла свой дар, мы что-нибудь придумаем. Перевернем землю с ног на голову, чтобы вернуть его. Но мы сделаем это вместе.
— Мы не успеем что-либо придумать. У меня нет иного способа остановить апокалипсис.
Люсия повернулась, собираясь уйти.
— Нет, Лауша, не отворачивайся от меня. — Гаррет встал перед валькирией. — Я не побегу за тобой!
Когда она обошла его, МакРив преградил путь.
Сквозь крепко стиснутые зубы Люсия прошипела:
— Дай мне пройти.
Гаррет скрестил руки на груди.
— Нет, валькирия, думаю, ты останешься прямо…
Взметнувшаяся рука ударила его по щеке.
— Черт с тобой, женщина! Ступай свой дорогой! Ты предпочитаешь лить слезы по тому, что у тебя было, нежели подумать о том, что мы можем сделать вместе? Я выслеживал тебя по всему миру, оберегал, предложил всего себя. Хватит. Мое терпение кончилось.