— А почему у папы нет орденов?
— Папа молодой, а я, видишь, старый.
Максимов улыбнулся, ему нравилось разговаривать с ребятами. Он взял девочку за руку, и маленькая мягкая ладошка утонула в его руках. Прищурив улыбающиеся глаза, он присел на корточки.
— А мы ведь еще с тобой не познакомились. Скажи, как тебя зовут?
— Таня. A y тебя есть девочка?
Мать заволновалась.
— Таня, нельзя называть дядю на «ты».
Она краснела, испытывала неловкость.
— Она знает, что к дедушке обращаются на «ты», — успокоил ее Максимов. — Так вот, Танечка, девочки у меня нет.
— А мальчик?
Трудно было Юру, студента кораблестроительного института, назвать мальчиком: косая сажень в плечах и ростом выше отца. Вот только ямочка на одной щеке осталась совсем детская.
— Мальчик у меня есть. Юра.
— И у меня есть мальчик. — Таня порылась в карманчике платья и достала маленькую, с мизинец, куклу. Она подумала и сказала, глядя Максимову в глаза: — Тоже Юра!
— Ты к кому же едешь? — спросил Максимов.
— К тебе.
Максимов понимающе кивнул:
— Ну что ж, ко мне, так ко мне. Милости прошу.
— Таня, что ты говоришь! — опять всполошилась мать.
В Энскую пришли ночью. На пирсе Максимова ждала машина, и дежурный по соединению, который появился, подобно призраку, невесть откуда, проверил документы лейтенанта.
— Эту семью устроить на плавбазе, — распорядился Максимов.
— Товарищ адмирал, у нас гости из Москвы, — смущенно объяснял дежурный. — Все каюты заняты, даже своих офицеров пришлось потеснить. На плавбазе их устроить невозможно.
Максимов посмотрел на молодую семью. Женщина держала на руках уснувшую девочку, а лейтенант поставил чемодан на снег и переминался с ноги на ногу. Максимов велел дежурному позвать их в машину.
Лейтенант заглянул в окошко «волги».
— Спасибо, нам неудобно беспокоить вас, товарищ адмирал.
— Садитесь, — коротко бросил Максимов и, перегнувшись назад, нажал ручку дверцы.
В дороге молчали.
Когда машина остановилась у дома, Максимов сказал:
— Переночуете у меня, а завтра видно будет.
Молодые люди послушно пошли за Максимовым.
Хозяйка дома, в легком халате, в шлепанцах на босу ногу, но тщательно причесанная, открыла дверь и остановилась удивленная, что муж не один.