— Будь ты проклят! Я не хочу жить без тебя!
От вас зависит, как вы будете жить.
— Ох, да заткнись ты! Ты же умер, заткнись, заткнись!
Но жуткая правда уже разрывала мне сердце.
Это же я кричала: «Волки!»
Это я нажала «IYD». Это мне показалось, что я не переживу нападения кабана. А знаете что?
Я пережила бы.
Я отогнала его и, прежде чем появился Бэрронс, была уже в безопасности.
На самом деле я вовсе не умирала.
Это он умер за меня, а в этом не было необходимости.
Я запаниковала.
Теперь он мертв.
Я смотрела на кинжал. Самоубийство станет моей наградой. А я заслуживаю только наказания.
Я снова взглянула на фото. Если Гроссмейстер найдет меня, не уверена, что буду бороться за жизнь.
Я подумала, что метку можно срезать, но поняла, что лучше не рисковать. Начав резать, я не смогу остановиться. Татуировка находилась слишком близко к спинному мозгу. Простой выход.
Я швырнула кинжал в грязь, чтобы не поддаться искушению.
Ну и кем же я буду, если убью себя после того, как убила Бэрронса? Трусихой. Но меня беспокоило не это. Если я покончу с собой, смерть Бэрронса окажется... бессмысленной.
А он достоин большего.
Я проглотила крик. Он был заперт во мне, давил на внутренности, жег горло. Крик звенел в ушах, хотя я знала, что не издала ни звука. Это был молчаливый крик. Я уже жила с таким криком, пытаясь не показать папе и маме, что смерть Алины убивает и меня. Я знала, что за этим последует, и знала, что в этот раз будет хуже. Потому что я стала хуже.
Гораздо, гораздо хуже.
Я помню сцены, которые Бэрронс открыл мне в своем сознании. Теперь я их понимала. Понимала, что может толкнуть человека на такое.
Я опустилась на колени у его тела. Когда он превращался в зверя, с него слетела одежда. А серебряный браслет просто лопнул на запястье. Почти две трети кожи были покрыты черными и алыми защитными рунами.
— Иерихон, — сказала я. — Иерихон, Иерихон, Иерихон.
Почему я так редко называла его по имени? «Бэрронс» — это была каменная стена, которую я построила между нами, и, если в этой стене появлялась хоть малейшая трещинка, я тут же цементировала ее страхом.
Я закрыла глаза, собираясь с духом. А когда открыла их, схватила копье обеими руками и попыталась вытащить его. Оно не поддалось. Застряло в кости. Придется бороться.
Я остановилась. Начала снова. Заплакала.
Бэрронс не двигался.
Я могу это сделать. Могу.
Я расшатала и вырвала копье.
И долгий миг спустя перевернула тело.